Александр Борискин - Тайна рождения параллельных миров

Он увидел впереди ювелирную лавку и потащил туда Сюзи. Выбрав золотую, с маленьким сапфиром, заколку для волос, он подарил ее Сюзи и поблагодарил за помощь в подборе одежды. Она тут же заколола ею волосы, слезы немедленно высохли, и она опять стала о чем-то рассказывать Паше, но он ее уже не слушал.

«Очень она проста, да и умишко — слабенький!»- подумал Паша.

Впереди показался местный рынок, и парочка свернула к его входу. Они прошли ряды, где торговали овощами и фруктами. Паша не выдержал, и купил по коробке земляники и малины, которые очень любил.

Молочные ряды прошли не останавливаясь.

В мясных рядах Паша купил приличный кусок копченого сала, пахнувшего дымком и прямо тающего во рту. Такое сало он встречал на Земле только на рижском рынке около железнодорожного вокзала. В хлебных рядах он купил половину буханки ржаного хлеба, по которому очень соскучился. Сюзи постоянно выставляла на стол белый хлеб, считая, что есть черный магу не положено по статусу.

В винных рядах глаза разбегались от разнообразия наливок, сухих и крепленых вин, различных водок. Со всех сторон к ним тянулись руки продавцов с наполненными их продукцией стаканами.

«Тут алкоголиком стать совсем просто: пройдись вдоль ряда да пробуй, что предлагают. В конце ряда упадешь пьяным замертво».

— Сюзи, я не разбираюсь в ваших винах. Посоветуй, что предпочитают молоденькие девушки?

— Если вы, мой господин, имеете в виду меня, то я больше всего люблю сладкие виноградные выдержанные не менее пяти лет вина.

Паша купил бутылку вина, выбранную Сюзи, а для себя — бутылку местной водки на пробу, благо закуска имелась. Сюзи упаковала все покупки, сделанные на рынке, в пакет и вручила его шустрому мальчишке, отирающемуся рядом и предлагающему услуги носильщика для доставки в гостиницу, заплатив за это сущую мелочь.

— Мой господин! Пойдем обратно? Больше на рынке ничего интересного нет!

— А что там впереди?

- «Блошиный рынок». Туда приличные люди не ходят!

— Обязательно пойдем туда! Хочу посмотреть, что там есть.

Паша вспомнил, как он года два назад наведался на «блошиный рынок» около Удельной в Питере, и недорого сторговал у какого-то мужчины бомжеватого вида фарфоровую матрешку с еще пятью, вложенными внутрь одна в другую. Они были покрыты слоем грязи, но без сколов и заметных царапин. Придя домой, он загрузил их в посудомоечную машину, не пожалев пары таблеток, и уже через два часа любовался их формой и яркими красками, которыми они были расписаны. Позже, показав их специалистам, он узнал, что это коллекционный образец, выпущенный еще в девятнадцатом веке на фарфоровом заводе известного заводчика Кузнецова. Стоимость его составляла не менее десяти тысяч долларов. Впоследствии, Паша подарил матрешек матери на день рождения, и они заняли центральные место в горке с посудой на даче.

На «блошином рынке» продавцов было в разы больше покупателей. В основном это были побитые жизнью люди, выставившие на продажу всякую дребедень, которую отыскали в старых разрушенных домах, на чердаках и в подвалах, а, может быть, и на свалках. Они сидели рядом с расстеленными на земле кусками материи, на которых были разложены вещи на продажу. Это было очень удобно, так как в случае необходимости можно было ухватить материю за углы и сразу собрать вещи в импровизированный мешок, не занимаясь их укладкой. А там уж, смотря по обстоятельствам.

Паша медленно шел мимо рядов, иногда включая магическое зрение. Рядом шествовала Сюзи, морща свой прелестный носик от запаха, распространяемого давно не мытыми телами продавцов, и всем своим видом показывая, что она оказалась здесь случайно. Неожиданно, при взгляде магическим зрением на стеклянную бижутерию, выставленную какой-то пожилой женщиной на продажу, Паша заметил слабенькое свечение магической энергии.

Он подошел ближе и внимательно просмотрел выставленные вещи. Стеклянная призма, высотой сантиметров десять, стоящая на стеклянной же подставке, слабенько светилась магией. Паша взял ее в руки и разнял призму и подставку. Немедленно между ними образовалось мощное облако магической энергии по запасам равное накопленному во вживленном в его бедро драгоценном камне. При совмещении призмы с подставкой, магическая энергия как бы скукоживалась и опять растворилась в них.

Женщина с интересом наблюдала за манипуляциями Паши.

— Плати пять золотых и эта безделушка — твоя, — сказала она. Паша поставил призму обратно, и сделал вид, что рассматривает стеклянные бусы, выложенные рядом.

— Ладно, отдам за два золотых, — проговорила женщина, увидев, что интерес к призме потерян.

— Пол золотого, иначе ухожу!

— Согласна! Эта стеклянная безделушка лежит здесь уже год, и никого, кроме тебя не заинтересовала. Только ты смог оторвать призму от подставки! Я всегда считала, что они — единое целое.

Паша достал деньги и расплатился с продавцом. Потом забрал призму с подставкой и положил в бумажный пакет.

Они с Сюзи не успели далеко отойти от места покупки призмы, как кто-то резко дернул Пашу сзади за рукав. Он оглянулся. Перед ним стоял неказистый мужчина, разодетый в пух и прах, со злостью глядевший на него. Паша сразу магически включил запись изображения и звука на кристалле на шляпке Сюзи.

— Продай мне стеклянную безделушку! Даю три золотых! — проговорил он. Паша отрицательно покачал головой.

— Пять! … Семь! … Десять! — мужчина с ненавистью смотрел на него.

— Я не продаю эту вещь! Деньги меня не интересуют!

— Тридцать золотых! Никто тебе не предложит за нее большую цену!

— Нет!

— Ты все равно не знаешь, что это такое и не сможешь ею воспользоваться! Эта безделушка представляет интерес только для мага, а ты, баран, ничего в ней не поймешь! Еще раз прошу, продай ее мне! Иначе я отберу ее у тебя!

— Во-первых, я смогу в ней разобраться. Я — маг пятого ранга Павелиус! Во-вторых, Вы должны поумерить пыл и разговаривать с незнакомыми людьми более почтительно!

В-третьих, попробуйте ее у меня отобрать! Мало не покажется!

У меня другое предложение: я плачу Вам один золотой за то, что просветите меня в отношении этой безделушки! Поскольку Вы ее все равно не получите, так хоть золотой заработаете!

Паша знал за собой неприятное свойство: когда ему в глаза хамили и провоцировали на конфликт, его сознание заливала волна безудержного гнева, и он мог перестать контролировать ситуацию. Тем более теперь, когда он стал магом пятого ранга. Из последних сил он продолжал сдерживаться.

— Да ты что! Хамишь прямо мне в глаза, да еще и угрожаешь! Мне, магистру магии Стефаниусу! Да я тебя в порошок сотру! Вызываю тебя на дуэль с использованием магии!