Маргарет Уэйс - Сага о Копье. Хроники Копья: Драконы осенних сумерек. Книга 1.

Танис со вздохом поскреб в бороде:

- Утехинский Теократ - человек недостойный. Теперь мы в этомполностью убедились. В своем стремлении к власти он не брезгует даже тем,чтобы использовать гоблинское отребье. Если жезл достанется ему, ониспользует его разве что для своей корысти. Мы же потратили годы на поискихоть какого-нибудь знамения истинных Богов... И теперь, когда мы наконецего обрели, по-моему, совершенно необязательно отдавать его такомумошеннику. Тика сказала, что, по ее разумению. Высокие Искатели в Гаванивсе еще взыскуют истины. Может, они просветят нас насчет жезла - что этовообще такое и какими силами обладает... Дай карту, Тас!

Вытряхнув на пол содержимое нескольких сумок, кендер наконец разыскали подал ему нужный пергамент.

- Мы сейчас находимся вот здесь, на западном берегу Кристалмира, -продолжал Танис. - К северу и к югу лежат отроги Харолисовых гор,образующих Утехинскую долину. Через эти хребты нет ни единой тропы. Толькоперевал Врата, южнее Утехи...

- Почти наверняка перекрытый гоблинами, - пробормотал Стурм. - Можетбыть, на северо-востоке...

- Опять через озеро! - В голосе Флинта прозвучал ужас.

- Да, - кивнул Танис спокойно, - через озеро. Но этим путем мыпопадем на Равнины, а мне почему-то вовсе не кажется, чтобы вы... - онпосмотрел на Речного Ветра и Золотую Луну, - чтобы вы так уж жаждаливернуться туда. А вот западная дорога ведет через Сторожевые Пики и УщельеТеней прямо в Гавань. По-моему, туда нам и надо направиться.

- А если, - нахмурился Стурм, - тамошние Высокие Искатели окажутсяничуть не лучше утехинских?

- Тогда можно будет уйти на юг - в Квалинести.

- Квалинести? Страна Эльфов? - Теперь нахмурился уже Речной Ветер. -Ну нет! Людям запрещено там появляться. К тому же этот путь - скрытый...

Звук хриплого, шипящего голоса заставил всех обернуться к Рейстлину.

- Выход есть, - сказал он тихо и насмешливо, золотые глаза отражалихмурый утренний свет. - Я говорю о тропах Омраченного Леса. Они ведутпрямо в Квалинести.

- Омраченный Лес? - встревоженно переспросил Карамон. - Нет, Танис,только не это!.. - И тряхнул головой: - С живыми я готов биться хоть семьдней в неделю Но с мертвыми - слуга покорный!

- Мертвые? Как интересно! - насторожил уши Тассельхоф. - А ну-карасскажи, Карамон...

- Помолчи, Тас! - перебил Стурм. - Омраченный Лес - это сумасшествие.Ни один вошедший туда еще не вернулся. И ты хочешь, маг, чтобы мы отнеслитуда нашу добычу?

- Не так! - резко выговорил Танис. Все вновь замолчали, в том числеСтурм. Рыцарь смотрел в спокойное, задумчивое лицо Таниса, в миндалевидныеглаза, отражавшие мудрость, приобретенную за годы странствий. Стурм иногдапро себя задавался вопросом, почему, собственно, он признает Танисавождем. Подумаешь, велика птица - полуэльф, незаконнорожденный к тому же.Ни тебе знатного происхождения, ни лат со щитом, украшенным знаменитымгербом. И тем не менее Стурм шел за ним и любил его, как никого более.

По мнению Соламнийского Рыцаря, жизнь представляла собойнеисповедимую тайну Нечего было и надеяться постичь ее, кроме как сквозьпризму рыцарского кодекса. "Эст Суларус от Митас" - "моя честь есть мояжизнь". Кодекс этот, посвященный понятию чести, был наиболее полным,подробным и строгим из всех известных на Кринне. Кодекс исправно служилРыцарям вот уже семь столетий, но в глубине души Стурм опасался, будет лион применим в день великой, последней битвы со Злом. Однако Стурм твердознал одно: если такой день все же наступит, Танис встанет плечом к плечу сним, пытаясь спасти мир от гибели. Стурм сознательно следовал Кодексу: дляТаниса это было естественно и неосознанно, как дыхание.

Голос Таниса вновь заставил рыцаря обратиться мыслями к настоящему.

- Хочу напомнить вам всем, что жезл отнюдь не является нашей"добычей", - сказал полуэльф. - Он по нраву принадлежит Золотой Луне...если он вообще кому-нибудь принадлежит. У нас на него не больше прав, чему утехинского Теократа... - И, повернувшись к Золотой Луне: - Как тыхочешь распорядиться им, госпожа?

Золотая Луна смотрела то на Таниса, то на Стурма... потом оглянуласьна Речного Ветра.

- Мое мнение тебе известно, - проговорил тот холодно. - А впрочем, ты- Дочь Вождя...

Он поднялся и, не обращая внимания на ее умоляющий взгляд, вышелнаружу.

- О чем это он? - спросил Танис.

- Он хочет, чтобы мы покинули вас и доставили жезл в Гавань, - тихоответила Золотая Луна. - Он говорит - с вами опаснее, чем без вас.

- Опаснее! С нами!.. - взорвался Флинт. - Спрашивается, чего ради мыздесь торчим, чего ради я чуть не утонул - опять! - если не ради...ради...

Гном задохнулся от ярости. Танис вскинул руку:

- Довольно! - И вновь поскреб бороду: - Мы полагаем, с нами вам будетвсе-таки лучше. Принимаешь ли ты нашу помощь?

- Принимаю, - серьезно ответила Золотая Луна. - По крайней мере - нанекоторое время...

- Ну и отлично, - сказал Танис. - Ты, Тас, знаешь все ходы и выходы вУтехинской долине. Будешь проводником. Только помни, что мы не на пикниксобрались!

- Хорошо, Танис, - отозвался присмиревший кендер. Собрал свои сумки исумочки, развесил какие через плечо, какие на пояс - и направился к выходуиз пещеры. Проходя мимо Золотой Луны, он припал на колено и погладил ееруку. Остальные без промедления собрали пожитки и последовали за ним.

- Чего доброго, опять пойдет дождь... - ворчал Флинт, озирая низкиетучи. - И что я не остался в Утехе?. - Бормоча в бороду и пристраивая наспине секиру, он побрел прочь.

Танис, остановившийся подождать Речного Ветра и Золотую Луну,невольно улыбнулся ему вслед. Все-таки было в этом мире нечто неизменное.Например, гномы.

Речной Ветер забрал у Золотой Луны оба мешка и вскинул их на плечо.

- Лодка хорошо спрятана, - сообщил он Танису, лицо его вновь сталонепроницаемой маской. - На тот случай, если она нам снова понадобится...

- Хорошая мысль, - сказал Танис. - Спа...

- Иди вперед, - махнул рукой варвар. - Я замету следы.

Так Танису и не удалось сказать ему "спасибо": Речной Ветерповернулся к полуэльфу спиной и молча принялся за работу. Танис толькопокачал головой, идя прочь по тропинке. Он слышал, как там, позади.Золотая Луна что-то тихо говорила на своем языке. Речной Ветер суровопроизнес в ответ одно-единственное слово. Танис слышал, как вздохнулаЗолотая Луна... дальнейшие слова заглушил треск кустов: Речной Ветеруничтожал все следы их пребывания на берегу.