К. Миллс - Зимний мир

— Я не хотел сказать ничего дурного, но я знаю, как вам одиноко здесь. У меня есть дочь вашего возраста. Если вы упомянете ее имя, возможно, вам разрешат воспользоваться ее услугами. Она может оказаться очень полезной, моя леди.

Я взглянула на Карна, ища совета. Что он знает об этом человеке? Он не мог довериться первому встречному.

Карн улыбнулся уголками губ:

— Адриан Дюваль — опытная рассказчица, моя леди. Она скрасит ваши вечерние часы, особенно после того, как родится ребенок.

Подтверждение от Карна было получено. Конечно, было бы хорошо иметь рядом женщину, с которой можно поговорить. Леди Агнес не подходит для такого общения. Ее суждения слишком важны для нее. Я позволила себе немного расслабиться.

— Если вы напишете ее имя и адрес, Фрем Дюваль, я спрошу у своего мужа, могу ли я нанять ее.

Дюваль ободряюще улыбнулся.

— Очень хорошо, моя леди. — Он нацарапал имя и почтовый адрес на клочке бумаги, вручил его мне и склонился в поклоне, прощаясь. — Утром мы едем домой. Мы не можем праздновать всю неделю. Дела идут лучше, когда хозяин дома. Будьте здоровы, леди, и пусть ваш малыш родится здоровым и сильным.

— Спасибо, сэр.

— Не переставайте надеяться, — добавил он, уходя, — никогда не переставайте надеяться.

Карн повернулся и ушел с ним, не произнеся ни слова. Это огорчило меня, хотя я знала, что он не мог уделить мне больше внимания, чем любой другой незнакомый человек. Хотя последние слова Дюваля дали мне надежду. Я не была покорена.

8

Карн появился у бассейна первым. Он вглядывался в зеркало воды. Ему казалось, это поможет увидеть Кит. Но нет. От этого стало еще горше. Ему никогда не вытащить ее из Дома Одоннела. День поисков показал, что все лестницы и лифты для выхода из замка хорошо охраняются.

Если бы ее держали в менее защищенном месте… Если бы ее увели в другое владение, у него был бы шанс вызволить ее, пока она была бы наверху. Бесполезно беспокоиться здесь, когда нет никакого способа спасти ее без смертельного риска для обоих.

Он оглядел края бассейна. Растения и деревца, привезенные из теплых краев, стояли с двух сторон, создавая впечатление джунглей в серых каменных стенах. Бассейн когда-то был аквариумом одного из Лхарров Одоннелов, любовавшихся самыми невообразимыми рыбами всех мыслимых и немыслимых видов, размеров и расцветок, привезенных из других миров. Всем было известно об этом аквариуме, потому что Лхарр любил показывать его. В те дни дети Одоннелов плавали и играли с рыбами. Сам Лхарр много лет часами любовался ребятишками и рыбами сквозь стеклянные стены бассейна. Этот Лхарр давным-давно умер, но бассейн сохраняли из-за его увлажняющего эффекта для детей и случайных гостей Гильдии и Свободных, любящих поплавать.

Ник и Дюваль вошли, смеясь. Дюваль вежливо поклонился Карну, погрузился сразу в воду и шумно поплыл. Ник присел на край, опустив ноги в воду и жестом приглашая Карна последовать его примеру.

— Дюваль говорит, что если здесь есть паразиты, а он подозревает, что есть, он наделает достаточно шуму, чтобы они не прицепились.

Карн кивнул в сторону плотного тела, плывущего к дальнему концу бассейна.

— Какой ему интерес в этом? И почему ты сказал незнакомцу, кто ты есть на самом деле? — Карну не удалось скрыть резкость голоса.

Ник состроил гримасу.

— Во-первых, последнее. Меня не готовили к власти, как тебя. Если ты помнишь, передо мной шли два кузена и старший брат. И я не получил Академического воспитания, как ты. Дюваль знал, что я не из лордов, и сыграл на этом. Свободные города всегда опасались Девяти. Разве ты этого не знал? — Он не стал ждать ответа. — Как я уже сказал, у меня нет твоего воспитания и я не мог подняться достаточно быстро, чтобы быть убедительным с фальшивым именем.

— Ты с другим именем?

Ник опустил голову.

— Ох-ох. Но я все напутал, так что, действительно, попал в переделку.

— Ты убил бы его?

— Сейчас кого не считают быстрым? — Голос Ника был злым. — Мы ведь говорим о Свободном. Свободный! Не человек из враждебного Дома. Кроме того, это было бы напрасным — он знает важные вещи — и это вызвало бы еще большие неприятности, чем те, в которых мы сейчас, ведь Свободные расследуют такие смерти.

Карн покачал головой.

— Я забыл об этом. Никто не расследует смертей среди Домов. Слишком много слепой приверженности.

— Какое дело до этого Дювалю?

— У него дочери. Он слышал, что случилось с Кит. Он подумал о дочерях и о том, каково бы ему пришлось, случись подобное с одной из них, хотя он знает, что они в безопасности, потому что Свободные. Он сказал, что поможет нам, как сумеет.

— Он уже сделал это, — Карн подумал о том, что Дюваль предлагал в служанки и посыльные свою дочь.

Ник кивнул.

— Это больше, чем мягкосердечие. Он начал задаваться вопросом, как долго Свободные будут оставаться в безопасности, если по-прежнему будет ощущаться недостаток в благородных дамах. Он подумал, что начнутся насильственные браки между Домами и свободными женщинами уже в следующем десятилетии.

Подозрение шевельнулось в Карне. Свободные не касались внутренних проблем Домов сотни лет.

— Ты веришь этому? Опасность так невелика…

— Не делай поспешных выводов, Карн. Когда-то обычным делом были смешанные браки. И я уверен, что он хочет защитить своих дочерей. Свободные любят своих детей: и мальчиков, и девочек. Вы сами мне рассказывали, как сильно Оудин Олафсон любил Иджила, его братьев и сестру. И мой отец любил своих детей. Кроме того, Дюваль хитрец, и у него есть идеи, как нам освободить Кит.

— В его планах есть его дочь?

— Похоже на то. Пока она ничего не приносит и не выносит, она может быть спокойна. Возможно, он хочет показать ей, на что похожа жизнь леди в одном из Домов. Из того, что мне известно о Свободных и их нравах, молодые женщины не находят эту жизнь привлекательной.

Ник носком ноги поддал воду. Брызги разлетелись, и побежали мелкие кружочки по глади воды. Он несколько минут следил за Дювалем, рассекающим воду, затем заговорил снова.

— Он беспокоится о большем, чем его дочери. Он тревожится о Старой Партии и их силе в Совете. Они допустили убийство в палате Совета. Свободные еще с неохотой вмешиваются в то, что они считают делами Домов. Дюваль опасается, что они будут сомневаться, пока Старая Партия так сильна, что Свободные могут таковыми не быть.

Ник опять взглянул на Дюваля, и резкие складочки легли между бровей. Он вздохнул и обратился к Карну снова.

— Беспорядок в Совете, где Ричард убил вашу матушку, глубоко взволновал Дюваля. Но ничего другого, кроме голосования против председательствования Девяти, он не мог сделать и не знал, что бы еще можно было сделать. С тех пор он смотрит во все глаза, чтобы найти любую возможность для Свободных защитить себя понадежнее от Старой Партии. Он думал, что, поместив Ричарда в Бревен, можно остановить или, на худой конец, помешать людям из Старой Партии. Но, увы. В конце концов, он начал подозревать, что Ричард не так уж изолирован, как того требовал приговор.