Рональд Колд - Клинки свободы

— Да, пока мы обманули колдунов, — кивнул головой Гимп. — Они не могли предугадать нашего броска на север из Флориды. Получив трепку от метсов, они про нас временно забыли. Но скоро разберутся, что творится, и появятся.

— Лекарство от этого одно, — сказал маршал и рубанул воздух рукой. — Взять столицу, собрать дворянское и крестьянское ополчение и восстановить Д'Алви. Чизпек будет изолирован, тогда жители Калинны также восстанут против тамошнего губернатора.

— Складную картину нарисовал барон Гайль, складную, — саркастически сказал Гимп. — Но чтобы она заиграла красками, нужна малость — большая и громкая победа.

— Именно так, — отозвался Артив и отдал приказ войскам двигаться в сторону столицы.

— Я возвращаюсь на корабли, — сказал Гимп. — Лантик кишит корсарами, а их дружба с Нечистым насчитывает не один десяток лет, да и в Чизпеке, подозреваю, есть еще корабли Файра. Потерять сейчас эскадру для нас — смерти подобно.

— Оставь на берегу пару-тройку абордажных команд, — попросил Артив, кивая головой на крепость.

— Этот орешек оказался покрепче, нежели нам мнилось во Флориде.

— Хорошо, только не положи моих людей зазря, — проворчал Гимп. — Карабкаться на эти чудовищные стены — это тебе не на борт вражеской галеры перемахнуть. Здесь их опыт мало чем поможет.

Первыми на поле перед городом вышли му'аманы, которые несли на плечах длинные лестницы и большие корзины с землей. Они бегом устремились к ближнему участку стены между двумя башнями. Флоридяне шли медленно, не теряя боевых порядков. Один из отрядов развернулся напротив больших ворот, на случай вылазки неприятеля.

— Интересно, толковый ли командир здешний комендант? — спросил сам у себя Артив, теребя в руках фехтовальные перчатки. — Если да, то у метательных машин прямо на стенах есть запас снарядов, каждая катапульта и баллиста пристреляна.

Му'аманская цепь приблизилась к стенам, и наверху заскрипели вороты, приводящие в боевое положение десятки смертоносных машин. Послышался сигнал горна, и россыпь камней взрезала воздух, обрушившись на поляну, — словно сама небесная твердь раскололась.

— Россыпь горошка, — облегченно вырвалось из уст маршала восклицание, когда му'аманы продолжили движение. Каменные ядра взрыли землю и разметали полевые цветы на очень широкой площади без какого-либо видимого смысла и порядка.

Фактор неожиданности все еще не был потерян, и каждая катапульта и баллиста то и дело лихорадочно перезаряжались и стреляли. И хотя некоторые снаряды находили цель, оставляя на зеленой траве изломанные фигурки степняков, это не могло остановить наступления.

— То же самое, что кидать камешки в лоб озверевшему снаперу, — сказал Артив. Больше всего он боялся именно метательных машин, способных на дальних подступах смести атакующие колонны. — А лучники… ну, не десять же тысяч их на стенах?

Му'аманы продолжили свой бег, войдя в «мертвую зону» катапульт. И тогда посыпался настоящий ливень из стрел.

Не зря степняки волокли тяжелые корзины. Бронебойные стрелы и широколезвенные «срезни» вязли в этих импровизированных щитах. То же самое происходило и с дротиками и метательной снастью стрелометов. Всего несколько штурмующих оказались убиты или ранены. Строй достиг рва и начал забрасывать его корзинами.

Сорвав со спин маленькие щиты и прикрывая ими головы, му'аманы ринулись назад, а следующая шеренга бросилась в ров. Пробежав по корзинам, му'аманы прислонили к задней стенке рва лестницы.

Поле пересекала колонна флоридян. Артив поднял к губам сигнальный рожок и протрубил команду рассыпаться. Темный прямоугольник распался на десяток мелких квадратов, устремившихся к столице самостоятельно.

Между тем, орудия на стенах уже пристрелялись, и вторая волна атакующих понесла значительные потери, хотя стрельба вновь велась россыпью. Большие щиты помогли ополченцам избежать стрел, которые, отскакивая, сыпались в ров.

Му'аманы уже карабкались на вал. Специальные команды стали разносить земляную насыпь, вгрызаясь в его толщу с помощью мечей, широких копий и даже рук.

Вскоре большой участок вала колыхнулся и поплыл вниз. В ров, прямо на корзины, обрушилось большое количество земли. Теперь вослед за легкой пехотой и флоридяне смогли пройти к стенам, и залпы лучников не способны были их остановить.

— Совсем не плохо, — сказал Артив. — Вопрос в том, пойдут ли они на вылазку.

Прошли времена, когда ополчение из бывших лесорубов и охотников Флориды напоминало собранные с бору по сосенке банды и шайки. Длительная военная кампания против Зеленого Круга и последующая муштра сделали из них закаленных солдат регулярной армии Д'Алви.

Флоридяне сомкнули над головами щиты, создав под стенами защищенный коридор. По нему перемещались му'аманы, выискивая низко расположенные бойницы, в которые забрасывали штурмовые кошки. Вскоре маленькие белые фигурки уже забирались в узкие каменные щели, точно муравьи, атакующие осиное гнездо.

— Медленно, очень медленно, — кусал губы Артив, не решаясь бросить через простреливаемое поле резерв. И без того скопление людей под стенами было опасно.

Вскоре комендант разобрался, что армия Д'Алви со стороны суши не производит отвлекающую диверсию, а всерьез готовится ворваться в столицу. Натиск на гвардейцев у причалов ослаб, и резервы потянулись в западную часть города.

На стенах поняли, что стрелы и дротики не способны нанести существенный урон «черепахе» флоридян. Сначала одно окованное бревно, а затем и еще одно обрушились сверху, ломая защитникам руки и сшибая людей в ров. Черепица из щитов распалась, и вновь хлестанул железный дождь. На этот раз лучники гарнизона собрали богатую кровавую жатву.

Флоридяне и му'аманы выхватывали из полузасыпанного рва лестницы и прислоняли их к стенам. Те оказались слишком высоки.

Артив метался по холму, ненавидя себя за то, что не умел смотреть сквозь стены. Пробились му'аманские смельчаки к воротам, смогут ли справиться со стражей и опустить подъемный мост? Как далеко резервы врага? Эти вопросы мучили его, словно пытка каленым железом.

— Еще немного, и придется отводить людей, — сказал он, срывая с головы шлем и яростно теребя волосы. — Стены чересчур высоки, эта горстка храбрецов погибла, иначе…

Но тут он запнулся, ибо центральные ворота, представлявшие собой подъемный мост, стали опускаться.

— Неужели удалось?

Но тут лицо Артива потемнело: на вал хлынул поток гвардии короля Файра. Началась вылазка. Враг опомнился и решил нанести удар вдоль стен, метя в две первые штурмовые колонны.