Евгения Гордеева - Все точки над ё...?

— Тогда, как? Остановив время?

— Слишком маленький интервал тебе подвластен, но это тоже может помочь…, только в купе с другими дей-ствиями.

— Какими?

— В каждой ситуации это решается индивидуально.

— Обычно в таких ситуациях нет времени на принятие решения, — печально констатировал Май.

— Ты не прав, — возразила ему Яга. — Что самое быстрое на свете?

— Что? — поинтересовались мы хором.

— Мысль! И правильная, дельная мысль быстрее любой пули. Надо только грамотно выстроить защиту.

— Стену каменную? — обиженно пробубнила я. Опять какие-то сложности.

— Можно и стену, если ты стоишь на груде кирпичей. Защита должна быть… в общем из подручных средств.

— Сложно всё как-то… Бесперспективно, — я окончательно поставила крест на собственных способностях.

— Не хандри. С такой силой, как у тебя, печалиться — время впустую тратить! — Баба Яга погладила меня по голове. Успокоила, называется!

— И что вы все про силу? Я её совсем не ощущаю! Никого заколдовать — расколдовать не могу. Дыню, как Джинни, посреди пустыни не достану.

— Твоя сила в слове, — терпеливо поясняла Яга. — Как ты скажешь, так и будет!

— Да-а? Тогда, хочу… хочу…, - я начала оглядываться, решая, чего бы такого захотеть, — хочу… мороженого!

— Варя! — слились два голоса.

Они оба уставились на меня с укоризной, будто я захотела кило гашиша, цистерну шнапса или корону Рос-сийской империи, на худой конец. А я с замиранием сердца ждала, когда передо мной появиться вазочка с мороже-ным, но чуда так и не случилось.

— И где моё мороженое? — обиженно поинтересовалась я у Яги.

— Нигде! Во-первых, когда загадываешь желание, надо очень конкретно его обговаривать: сколько морожено-го ты хочешь, сто грамм или вагон; какое мороженое, пломбир, крем-брюле и так далее. Представляешь, если бы тебе на голову вывалилось ведро шоколадного мороженого? — я представила эту картину и прыснула в кулак. — Ты этого хотела?

— Я поняла. Но, у меня не получилось с мороженым вовсе.

— И не получится. Ты можешь сделать только то, на что способен сам объект приложения твоей силы.

— Это как?

— Ну…, например: заяц умеет скакать, но сидит. Ты можешь заставить его скакать, но не можешь заставить его полететь.

— Перун однажды испугался, что я придумаю ему хвост, — припомнила я зимние приключения.

— Правильно! — согласилась Яга. — Он бог, может иметь хоть хвост, хоть хобот.

— Чего же тогда он испугался?

— Того, что если этого захочешь ты, то ходить ему хвостатым, пока ты не смилостивишься.

— Круто! — восхитился муж. — Варь, а придумай мне большой — пребольшой…

— Э-э-э!? — испугалась я желания мужа, — чего «большой»? Не буду я тебе ничего придумывать! Мне и так всё нравиться.

— Гы-ы! Ты не поняла, — развеселился Май, — я только хотел большой — пребольшой… интеллект.

— Да-а? Зачем? — заподозрила я Андрея в мании величия.

— Хочу Нобелевскую премию по биологии получить, — усмехнулся муж, подтверждая мои подозрения.

— Ты же в биологии ни бум — бум. Получи лучше Шнобелевскую. Придумай какой-нибудь самоходный само-вар, и получи.

— Значит тебе для любимого мужа жалко одного — единственного пожелания? — деланно рассердился Андрей.

— Ты на одном не остановишься. Лучше расскажи, куда это вы вчера с Рыськой на всю ночь уходили? — топор-но сменила я тему разговора.

Глаза Мая сразу стали серьёзными и немного грустными.

— Мы Баську ходили реабилитировать.

— ??? Рассказывай.

Мы с Бабой Ягой внимательно выслушали историю о каменных зверюшках, с помощью которых мелкий бес Кудыка хотел изничтожить василиска. Получается, что черти не успокоились. Исподтишка продолжают вредить…

— Что им не имётся? — во мне снова начала закипать злость. — Баську я им не отдам! Рогоносцы! Паскудники!

— Кто-то за Злода мстит. Видно, не вдвоём они с Урюпой дела проворачивали. Кто-то был ещё. И этого кого-то мы проворонили! — подлил масла в огонь любимый муж. Яга попыталась нас успокоить, но ей это плохо удалось. — Завтра праздник, надо быть начеку, — развил дальше тему Май. — Вдруг, они опять какой-нибудь теракт устроить со-брались!

— Умоются! — ещё бурля, заявила я. — Силу бога им! Разбежались! Я им такую силу придумаю!… Я им…хм, я им всем рога…

— Между прочим, — тихо заговорила Яга, — пока Цмоку есть, кого охранять, они, черти то бишь, могут продол-жать свои попытки. Три места то до сих пор свободны.

— Постойте, — я с удивлением уставилась на хозяйку, — это получается, что пока боги мертвы, их место может занять любой самозванец?

— Не любой, конечно…

— А тот, который соберёт атрибуты… Я помню. Но, такие сведения надо хранить в глубочайшей тайне! — воз-мутилась я.

— Вот мы и хранили. Только долго пришлось хранить, — сокрушённо призналась Яга, — восемьдесят лет. А по-том… мы так и не узнали, кто рассказал чертям. Они же…

— Чернобог, — безапелляционно заявила я.

— Ты то откуда можешь знать? — отмахнулся от моих слов Май.

— Чернобог, — упрямо повторила я, причём делать этого не собиралась.

— Варенька, не делай голословных обвинений, — слишком ласково проговорила Баба Яга.

— Чернобог, — в третий раз повторила я и расплакалась.

— Не спорь с ней, — предупредила Яга моего мужа. — Хочет считать, что это Чернобог, пусть себе считает.

— Я так… не считаю, — через всхлипы возразила я, — оно само вырывается-а-а-а.

— Само? Поди ж ты! Чудеса…, - Яга вытерла мне нос салфеткой и обняла за плечи. — Тут посоветоваться на-до…

— С кем? — потихоньку успокаивалась я.

— С кем, с кем… с Перуном, с кем же ещё… Идите-ка спать. И без разговоров!

День не задался, потому что не задалось утро. Солнце ещё не выползало из-за горизонта, лишь чуть разогнало темноту ночи с востока, когда в наше окошко забарабанил ранний гость.

— Рыська, какого рожна…, - сонно проворчал Май и осёкся. — Что случилось?

Фолк выглядел… Как… Как свежеоткопанный труп, которого оторвали от очень важного дела, потому что на сером лице со стеклянными глазами застыла маска ужаса и отчаяния.

— Джинни? — догадалась я. Он молча кивнул. — Когда?

— Только что, — просипел он, влезая прямо в окно. — Я на двор вышел, она ещё спала. Возвращаюсь, а посреди горницы пространственный проход тает. Я не успел… туда.

— Они её нашли, — сделала я безрадостное заключение и начала в темпе собираться. — Надо искать того, кто сможет нас туда переправить.

— Ты что-то знаешь? — с надеждой спросил фолк.