Альвина Волкова - Стальная: наследие авантюристки (Гордость черного дракона) (Часть 2) (СИ)

— А, меня кто назвал?

— Тебя? С тобой вся процедура происходила в страшной спешке. Ма'Арийе нужно было срочно вернуть тебя родителям, пока они не заметили пропажи. Она схватила первых пятерых, кто попался ей на глаза, и потащила в храм.

— Откуда ты это знаешь?

Индир уставился на меня, сообразив, что я поймала его за хвост.

— Одним из пятерых, был мой хозяин, — выдавил из себя татуированный ящер.

Как громом пораженная, я вытаращилась на Индира, который расселся на левой коленке. В скрюченной позе это единственный удобный вариант.

— Хочешь, сказать, что Ласснир мой рай'и?!

— Не вообрази себе невесть что, не собирался он становиться твоим рай'и, — фыркнул дракон, — Я же тебе сказал, твоя бабка схватила пятерых попавшихся ей на глаза. Она слишком торопилась, и не смотрела, кого ведет в храм.

— Вот это номер, — слабо хихикнула я и тут же сморщилась от боли.

— И не только. Хозяин был тем, кто назвал тебя, человечка. Ни'ийна, на драконьем — Сверкающая.

— Что? — глупая улыбка расползлась у меня по лицу, — Ты серьезно? Я Сверкающая?

На мгновение в глазах Индира промелькнуло сомнение. Но, что-то для себя решив, он с горечью поведал:

— Хозяин, не помнит этого. Ма'Арийа приказала ему забыть, все, что произошло в тот день.

— Но он же называет меня Ни'ийной?!

— Ма'Арийа, заставила хозяина забыть. Но ритуал отменить она была не в силах.

— Неужели она и в этом случае не заметила, кто сказал слово?

— Это слово вырвалось случайно. Ты схватила блестящую игрушку, и солнечный зайчик ослепил хозяина. Вот он и возмутился, рявкнув на драконьем, мол, кому пришла в голову столь «гениальная» идея подвесить эту сверкающую дребедень.

Ну, да неисповедимы пути… дракона. Надеюсь, у меня нет этого обидного уточнения к прилагательному?

— Но я просто Сверкающая? Не дребедень? — уточнила я.

— Я не помню, кто были те четверо, но кто-то из них, тут же, настоял назвать тебя Сверкающей, — Индир хмыкнул, — Без второго слова. Просто, Сверкающая. По крайней мере, это одно из твоих имен. Раздосадованная своей оплошностью Ма'Арийа назвала тебя сразу всеми именами. Увы, но я не помню их.

— Час от часу не легче.

Нашу тихую беседу прервал странный гул, донесшийся откуда-то с боку. Он нарастал.

— Что это?

— Похоже на звук открывающегося портала.

— Значит, мы спасены?! — не скрывая волнения, дернулась я всем телом.

— Не радуйся, раньше времени. Пока не увидишь, кто выходит из коридора, — предостерег Индир.

Я, приподнялась, морщась от боли. Облокотилась на правую руку и приготовилась ждать. Сердце в груди яростно грохотало. Неужели спасены?

Хрос сердито тер слезящиеся глаза, ориентируясь на звук, чтобы ненароком не отстать. Используя, свою связь с хозяйкой, как путеводную нить, Лохматик побежал вперед. Он стремился как можно быстрее оказаться на той стороне, ощущая, что Нине нужна его помощь. Франчиас, догнал Хроса и шел с ним вровень.

— Долго нам ее идти? — вздохнул гвиорд, проверяя карманы, куда положил склянки с зельями.

— Трудно сказать, — пожал плечами Фран.

— Никогда не встречал таких длинных порталов, — пожаловался Хрос.

— Он не длинный, — глирт засучил длинные рукава рубахи, — Ящер просто заморозил время, чтобы коридор не смещался.

— Заморозил время? Это же отнимает уйму энергии!!

— Да. Но иначе мы шли бы как по ядовитым болотам Хлиста-на-топях.

Хрос нахмурился, не понимая, к чему клонит Фран.

— Пещера Скорби не имеет постоянных координат, — хмыкнул глирт, — А точнее постоянно их меняет. Коридор, зафиксированный на ней, движется в том же направлении. Там, где временное пространство не соответствует длиннее и эластичности коридора происходит разрыв.

— Э-э, — в глазах гвиорда застыло недоумение, — Мы идем в Пещеру Скорби?

Франчиас сцедил улыбку в кулак, поражаясь наивности лекаря. Пошел спасать человечку и эльвафа, но даже не поинтересовался, куда они идут. Змей внимательнее присмотрелся к гвиорду и резко хлопнул себя ладонью по лбу. Как же раньше он этого не заметил?! Хрос, несмотря на свою мужественную внешность еще очень и очень молод. Не больше ста — ста двадцати. По меркам гвиодов — подросток. Хотя и талантливый.

— Скажи Хрос, как тебе удалось добиться такого высокого положения при дворе? — задал глирт, давно его волнующий, вопрос.

— А я и не добивался, — махнул рукой парень, — Оно само, как-то вышло. Я учился на лекаря в Маинарском клиге. Мой отец держал лавку зелий в Бриг-и-осе. Что касаемо зелий — он лучший. Отец многому меня научил.

— А как ты попал к Ирвису?

— Я не попадал. Его Величество объявили конкурс на место Первого Лекаря. Отец написал заявку и отправил меня в корт [3].

— Вот значит как, — прошипел глирт под нос.

— Ты чего, Фран? Раньше ты таких вопросов не задавал, — улыбнулся Хрос, и, не скрывая азарта, спросил, — Так это правда? Мы идем в святилище стальных драконов?

— Да. Но я бы не радовался раньше времени.

— Ну, как же! Это же Пещера скорби! Там находится сильнейший источник Силы. Это святилище легендарных Стальных драконов! И мы туда идем?! Это поразительно!

— Успокойся, — приостановил радостное ликование Хроса, глирт, — Не забывай, мы идем не на экскурсию, а спасать человечку и эльвафа.

— Ну, да. Ну, да, — смутился парень, хотя и не совсем искренне.

— Ты как? — спросил змей, заметив покрасневшие глаза гвиорда.

На удивленный взгляд Хроса, Франчиас коротко объяснил.

— Твои глаза.

Переливающийся коридор скверно действовал на чувствительную сетчатку глаза гвиорда. Хрос поморщился.

— Переживу.

Впереди заискрилось место прикрепления. Змей побежал за горгульей, на бегу создавая сеть Сишайну.

— Не отставай, Хрос, — крикнул он через плечо.

Они гурьбой вывалились из портала, неуклюже распластавшись на камнях. Сперва Лохматик, в стандартном варианте — горгулья обыкновенная, впечатался в стену пещеры. За ним черноволосый мальчик в длинной рубашке, — в котором я не сразу признала Франчиаса — развалился у края озера. И, наконец, Хрос, едва не отбил наросты на подбородке, поскользнувшись на булыжнике.

— Привет всем, — криво улыбнулась, приветствуя спасательную команду.

Первым оклемался Хрос. Гвиорд резво вскочил на ноги, развернулся на голос и тут же брякнул несуразицу.