Альвина Волкова - Гордость черного дракона

— Долго нам ее идти? — вздохнул гвиорд, проверяя карманы, куда положил склянки с зельями.

— Трудно сказать, — пожал плечами Фран.

— Никогда не встречал таких длинных порталов, — пожаловался Хрос.

— Он не длинный, — глирт засучил длинные рукава рубахи, — Ящер просто заморозил время, чтобы коридор не смещался.

— Заморозил время? Это же отнимает уйму энергии!!

— Да. Но иначе мы шли бы как по ядовитым болотам Хлиста-на-топях.

Хрос нахмурился, не понимая, к чему клонит Фран.

— Пещера Скорби не имеет постоянных координат, — хмыкнул глирт, — А точнее постоянно их меняет. Коридор, зафиксированный на ней, движется в том же направлении. Там, где временное пространство не соответствует длиннее и эластичности коридора происходит разрыв.

— Э-э, — в глазах гвиорда застыло недоумение, — Мы идем в Пещеру Скорби?

Франчиас сцедил улыбку в кулак, поражаясь наивности лекаря. Пошел спасать человечку и эльвафа, но даже не поинтересовался, куда они идут. Змей внимательнее присмотрелся к гвиорду и резко хлопнул себя ладонью по лбу. Как же раньше он этого не заметил?! Хрос, несмотря на свою мужественную внешность еще очень и очень молод. Не больше ста — ста двадцати. По меркам гвиодов — подросток. Хотя и талантливый.

— Скажи Хрос, как тебе удалось добиться такого высокого положения при дворе? — задал глирт, давно его волнующий, вопрос.

— А я и не добивался, — махнул рукой парень, — Оно само, как-то вышло. Я учился на лекаря в Маинарском клиге. Мой отец держал лавку зелий в Бриг-и-осе. Что касаемо зелий — он лучший. Отец многому меня научил.

— А как ты попал к Ирвису?

— Я не попадал. Его Величество объявили конкурс на место Первого Лекаря. Отец написал заявку и отправил меня в корт[3].

— Вот значит как, — прошипел глирт под нос.

— Ты чего, Фран? Раньше ты таких вопросов не задавал, — улыбнулся Хрос, и, не скрывая азарта, спросил, — Так это правда? Мы идем в святилище стальных драконов?

— Да. Но я бы не радовался раньше времени.

— Ну, как же! Это же Пещера скорби! Там находится сильнейший источник Силы. Это святилище легендарных Стальных драконов! И мы туда идем?! Это поразительно!

— Успокойся, — приостановил радостное ликование Хроса, глирт, — Не забывай, мы идем не на экскурсию, а спасать человечку и эльвафа.

— Ну, да. Ну, да, — смутился парень, хотя и не совсем искренне.

— Ты как? — спросил змей, заметив покрасневшие глаза гвиорда.

На удивленный взгляд Хроса, Франчиас коротко объяснил.

— Твои глаза.

Переливающийся коридор скверно действовал на чувствительную сетчатку глаза гвиорда. Хрос поморщился.

— Переживу.

Впереди заискрилось место прикрепления. Змей побежал за горгульей, на бегу создавая сеть Сишайну.

— Не отставай, Хрос, — крикнул он через плечо.

Они гурьбой вывалились из портала, неуклюже распластавшись на камнях. Сперва Лохматик, в стандартном варианте — горгулья обыкновенная, впечатался в стену пещеры. За ним черноволосый мальчик в длинной рубашке, — в котором я не сразу признала Франчиаса — развалился у края озера. И, наконец, Хрос, едва не отбил наросты на подбородке, поскользнувшись на булыжнике.

— Привет всем, — криво улыбнулась, приветствуя спасательную команду.

Первым оклемался Хрос. Гвиорд резво вскочил на ноги, развернулся на голос и тут же брякнул несуразицу.

— Мы не вовремя?

Я окинула себя и эльфа задумчивым взглядом, и признала, что выглядим мы, на первый взгляд, несколько вызывающе. Я, в своем когда-то белоснежном бюстгальтере, кривой перевязке, накинутой на плечи джинсовой куртке и рваных штанах. Лель, в набедренной повязке, куртке, укрывающей грудь и холодными компрессами на разных частях тела. Запечатлеть бы в красках — дивная получилась бы картинка. А потом повесить ее на стенку над кроватью, как напоминание.

— С-с-с, — зашипел Франчиас, выпутываясь из подола рубашки, — Здес-сь вс-се провоняло кровью.

Парень скорчил недовольную мину.

— Ну, извини, — надула губы, отчего-то обидевшись на его слова.

Лохматик подскочил неожиданно, что я вздрогнула.

— Не пугай меня так, Матя! — вскрикнула я, и охнула от резкой боли в боку.

— «Нина! Нина! — мысленные вопли Матика оглушили, — Прости меня! Прости!»

— Ой, да ладно тебе. Не вопи. Жива я, жива, — вымученная улыбка коснулась моего лица.

Гвиорд сообразив, что мой внешний вид совсем не то о чем он подумал вначале, поспешил исправиться и попросил показать рану.

— Да на вас живого места нет! Синяки, ссадины, шишки. Какие большие! Больно? Извините. Очень похоже на ножевое ранение, — бормотал он, — Рану несколько раз заживляли, но не до конца. Ни'ийна, где вы ее получили?

— На них было совершено несколько нападений, — подошел Франчиас, — Не так ли, Ни'ийна?

— Да, — согласилась я, поражаясь осведомленностью змея, — Еще в лесу.

— Как? — воскликнул гвиорд, — Напали?

— Не сейчас, Хрос, — покачал головой глирт, — займись Лельтасисом.

— Да, пожалуйста, — я подтолкнула лекаря к истинному больному, — У него глубокая рана на ноге. Я вычистила ее, но она не заживает. И он уже давно не приходит в себя.

Глаза глирта начали желтеть и он, поджав губы, прошипел.

— Человечка, ты посмела прикоснуться к эльфу без его дозволения?

Превозмогая колющую боль я покосилась недовольного глирта. Немигающим взглядом оборотень вознамерился пробуравить во мне дырку, но на меня, после всего пережитого это уже не действовало. Точнее, я так устала, что мне было все равно.

— Фран, я понимаю, что у вас могут быть свои измышления по поводу того, что я должна, а что не должна делать. Но рана загноилась, и мне ничего не оставалось, как сделать все от меня зависящее, чтобы воспаление не распространилось на всю ногу. Уверяю вас, я не сделала ничего предосудительного.

— Я в этом и не сомневаюсь, — сощурился змей, — Но отвечать за последствия твоей самодеятельности, тебе все — таки придется.

— Когда придет это время, тогда и поговорим, — непринужденно пожала плечами, понимая, что Фран разозлился не без причины.

— Весьма недурственно, — услышали мы слова Хроса, — Ланнеррэ, вы молодец.

Я отвернулась от Франчиаса. Потом разберемся, что его не устраивает.

От задорной улыбки гвиорда на сердце потеплело.

— Эм? — вопросительно посмотрела я на сияющего мужчину.

— Вы спасли Лельтасису ногу. Шрам, конечно останется, но это лучше, чем ампутация.

— Господи! — ахнула я.

На лице Франчиаса не дрогнул ни один мускул. Ну, я от него и не ожидала бури эмоций. Хотя, возможно, я его плохо знаю.