Барб Хенди - Сестра мертвых

– Они не посторонние, – сказала Магьер, положив руку на плечо Лисила. – Они… Словом, их эта история тоже касается. Дело не только во мне.

И вновь Бея заколебалась.

– Их было трое, – помедлив, сказала она.

– Что?

– Я уже рассказывала тебе… Твой отец увез твою мать, когда только стал местным лордом, но в ту самую, первую ночь их было трое. Двое вроде бы обычные нобили, а вот третий… он был в маске и в угольно-черном одеянии. Это он всего лишь одной пощечиной так страшно изуродовал Адриана.

– Адриана? – переспросила Магьер. – Меня всегда пугали его шрамы, но никто не хотел рассказать, откуда они взялись.

– Вот за это можешь поблагодарить Йоана, – проворчала Бея. – За это и за прочее дерьмо, которое годами выливалось на нашу семью. Всем, само собой, было хорошо известно, что произошло, но он велел помалкивать, чтобы, дескать, не накликать новую беду. И так уж вышло, что я вынуждена была ему подчиниться. – Она покачала головой, что-то пробормотала себе под нос. – Адриан в ту ночь пытался вступиться за твою мать. Они были вроде как помолвлены, по крайней мере он так считал.

Магьер молчала, и, хотя совсем рядом пылал огонь в очаге, ей вдруг стало холодно. Все свои детские годы, страдая от ненависти и гонений, она верила и доверяла только тетке… а теперь оказалось, что Бея так много от нее скрывала.

– Что значит «вынуждена»? – спросила она. – Я вот в жизни не видела, чтобы ты подчинялась чьим-то желаниям, если только они не совпадали с твоими собственными.

– Я жила в страхе за Магелию, – сказала Бея. – У меня ведь никого больше не было, только сестра, а ее увезли. Порой замковые слуги рассказывали, как она бродит, беременная, по внутреннему двору, но за крепостные стены ее никогда не выпускали. Не раз я пыталась подобраться поближе к замку, чтобы увидеть ее хотя бы издали, да только ничего не вышло, и вдобавок меня еще дважды поколотили стражники. Остальное – то, что касается твоего отца, – ты знаешь. Как-то ночью в мой дом явился один из тех нобилей, что увезли Магелию. Рубашка у него была вся в крови. Он принес тебя, едва родившуюся на свет, а еще доспех, амулеты и вот эту самую саблю. И еще он принес – для тебя – синее платье Магелии. Вот это меня испугало больше всего. На следующий день какой-то рыцарь доставил мне мертвое тело твоей матери, чтобы я могла похоронить ее по-человечески, и больше мы в глаза не видели никого из тех, кто жил в замке. Думаю, они в ту же ночь все и уехали, хотя этого мы не знали наверняка. По крайней мере до тех пор, пока через полмесяца в замок не приехал новый лорд.

Тетка Бея на миг прикрыла глаза.

– Вначале я скрывала тебя от всех, и какое-то время мне это удавалось. Когда Йоан узнал о твоем существовании, он сказал, что надо избавиться от тебя, отнести в чащу и бросить там умирать, – так он боялся, что ты навлечешь на деревню какое-нибудь злосчастье. Тогда я отогнала его от тебя вот этой самой саблей и сказала, что, если мы убьем ребенка нобиля, пускай даже и брошенного ребенка, всей деревне будет несдобровать. Я тогда готова была сказать что угодно, лишь бы спасти тебя… но ведь единственный довод, которому способны внять эти олухи, – страх. И все же один твой вид напоминал всей деревне о том, что случилось в ту ночь. Многим это не давало покоя… и особенно Адриану.

Магьер отвернулась, в глубине души мечтая о том, чтобы тетка смолкла и больше не сказала ни слова. Все эти годы Бея лгала ей… И все же перед мысленным взором Магьер неотступно стояла картина: тетка заслоняет ее собой, саблей отгоняя от нее Адриана.

– Прости, – проговорила она, – но все же я считаю, что ты должна была рассказать мне всю правду.

– Ты была тогда слишком молода, и к чему было взваливать на твои плечи еще и эту ношу? Довольно уже и того, что пришлось тебе пережить еще ребенком.

– Как звали этого лорда? – спросил Лисил.

Бея покачала головой:

– Очень уж давно это было, да и кто бы стал объявлять нам, черни босоногой, имя нашего лорда? Мы всегда звали его просто – лорд.

Лисил не отступал:

– Может, его звали Массинг?

Услышав знакомое имя, Винн сразу насторожилась. Магьер показалось, что ей с размаху закатили пощечину. Вздрогнув, она всем телом повернулась к Лисилу.

– Это нужно было спросить, – виновато прошептал он.

Бея ненадолго задумалась.

– Может, кто и слышал это имя, – наконец сказала она, – но я ничегошеньки не помню.

– А кто нынешний лорд? – спросил Лисил. – Может, в замке сохранились хоть какие-то записи тех лет?

– А нет сейчас лорда, – ответила Бея. – Видно, Энты так и не нашли простачка, что решился бы добровольно ехать в этакую глушь. Смотрителем замка назначили нашего зупана. Каделл его зовут. Он да его жена и живут сейчас в замке. Человек он по крайней мере неплохой, вот сходите завтра к нему в замок да и порасспрашивайте.

Магьер едва слышала, что говорит тетка. Всякий раз, когда ей казалось, что она вот-вот найдет точный ответ на свои вопросы, все только больше запутывалось… впрочем, как и всегда в ее жизни.

– Хватит на сегодня разговоров, – сказал Лисил. – Твоя тетя права. Сходим в замок завтра.

Винн не оставляла попыток прислушиваться к беседе, и Магьер подозревала, что кое-что она понимала. Хранительница выпрямилась, словно собираясь что-то сказать, но потом, похоже, передумала. Соскользнув с табурета, она присела на корточки и что-то зашептала Мальцу. Пес поглядел на нее и стукнул лапой по мешку с вещами Винн. Хранительница извлекла оттуда кусок кожи с эльфийскими письменами, и парочка устроилась в углу около прялки.

– Чем это они занимаются? – полюбопытствовала Бея.

Магьер тяжело вздохнула:

– Это долгая история.

– Долгие истории самые интересные, – заметила тетка и, повернувшись к Лисилу, выразительно добавила: – Да и у меня, кстати, тоже найдется о чем вас спросить.

Она поднялась, сняла с полки возле очага чайник и налила чаю в три простые глиняные чашки. Лисил заметно занервничал.

– Да это вроде… у нас вот… – начал он.

Бея с грохотом отставила чайник и вдруг с неожиданным проворством отдернула длинную прядь Лисиловых волос, под которой скрывалось заостренное ухо.

– Э-эй! – только и успел крикнуть Лисил.

– Так я и знала, что с тобой неладно! – завопила тетка Бея. – Что ты сотворил с моей племянницей, бес?

Метнувшись к полкам, она схватила старый, с кривым зазубренным лезвием нож. Лисил резво вскочил, крест-накрест схватился за запястья, где под рукавами были спрятаны стилеты.

– Может, ты ее и заморочил своими чарами, но я-то тебя насквозь вижу! – прошипела Бея. – Мне да не узнать подменыша? Мне да не узнать лесного беса?