Колин Мэлой - Дикий лес

— Наверное, — ответила она наконец. — Но я не совсем в курсе. Мне только двенадцать лет.

Офицер едва успел ответить недовольным “хммм”, как двери на том конце зала распахнулись и в фойе стремительно вышел атташе в сопровождении длинной свиты помощников и прилипал. Гудение голосов снова сменилось какофонией криков, а все ожидающие пришли в движение и теперь пытались пробраться к атташе, пока он не исчез в очередной раз. Офицер и барсук рванулись прочь от лестницы и принялись выкрикивать тексты своих заявлений измотанному секретарю. Прю, застигнутая врасплох, собрала все свое мужество в кулак и нырнула в клокочущую толпу, оттеснив рыжую лису, которая подпрыгивала на месте, силясь увидеть что-нибудь из-за плеч впереди стоящих.

— Извините! — прокричала она, когда ринувшаяся в сторону толпа практически подняла ее в воздух и потащила над мраморным полом. — Господин секретарь! — Прю замахала рукой над головой. Большинство существ в зале были намного крупнее нее, и девочке ничего не оставалось, кроме как не сводить глаз с эпицентра урагана — атакуемого атташе с кипой бумаг в руках, который изо всех сил старался не замечать громких воплей осаждающей его толпы. Над головой мужчины пестрым ореолом кружили птицы, клекотом стараясь привлечь его внимание. — Господин секретарь! — повторила Прю чуть громче, чувствуя, как ее тычут локтями под ребра пытающиеся пробиться конкуренты. — Господин секретарь! — заорала она изо всех сил. — Мне нужно поговорить с губернатором! У меня украли брата! Господин секрет… о-о-ох!

Крик оборвался, когда мельтешащего перед ней приземистого бобра оттолкнули назад, и он врезался головой ей точно под дых. Они с бобром кувырком вылетели из толпы и очутились на полу. Прю, чертыхнувшись, поднялась на ноги и решительно посмотрела на атташе, который в своем плотном окружении уже добрался до двойных дверей. Внезапно она вспомнила про сигнал, который лежал у нее в сумке. Перекинув сумку вперед, она торопливо раскрыла ее и вытащила банку.

— ГОСПОДИН СЕКРЕТАРЬ!!! — проорала она еще раз, а потом нажала на рукоятку.

Комната наполнилась гулом. Оглушительным, перекрывающим все гулом. Звук длился несколько секунд.

Все замерли.

Кто-то уронил на пол ручку.

Черный медведь в суконном жилете, охваченный паникой, выбежал из зала.

Вся толпа, умолкшая от невероятного по мощности гудения, медленно повернулась, чтобы посмотреть на его источник. Прю в одиночестве стояла посреди фойе, на мгновение лишившись дара речи.

— Э-э-э, — кашлянув, тихо выдавила она, — господин секретарь. Мне… э-э-э… нужно поговорить с губернатором. — Рой, окружающий атташе, так и стоял, замерев, и от пристального внимания всех присутствующих Прю стало неуютно и страшновато. Наконец началось шевеление — к ней кто-то пробивался из самой сердцевины толпы. Это был сам атташе; он отделился от остальных и пошел к Прю, нахмурив лоб и глядя на нее сквозь стекла очков. Остановившись рядом, атташе пристально изучил девочку, глядя поочередно то поверх очков, то через них.

— Вы… — начал он. — Вы… из Внешних?

— Да, сэр, — ответила Прю и спрятала баллончик обратно в сумку.

— То есть… то есть… — пробормотал атташе. — Снаружи?

— Да, сэр, — подтвердила она. — Я оказалась здесь, потому что…

— Как вы здесь оказались? — перебил атташе.

Прю сконфуженно улыбнулась, внезапно смутившись от всеобщего пристального внимания.

— Пришла, сэр, — ответила она.

— Пришли? — недоверчиво переспросил атташе. — Но… но… вы не могли!

Прю не нашлась, что ответить, и поэтому просто стояла молча.

Глубоко взволнованный атташе покачал головой и свободной рукой потер лоб.

— То есть… то есть… это абсолютно невозможно! Или, точнее, должно быть невозможно, если только… если только… — он умолк и уставился на Прю, но потом передумал, покачал головой и продолжил: — Должно быть, где-то во Внешнем поясе появилась трещина или разрыв. Магия не сработала. Ох уж эти идиоты-северяне. Чертова глухомань! — Он щелкнул тонкими пальцами, и к нему тут же подбежал помощник. Атташе принялся вполрта диктовать указания: “Достаньте мне бланк 45 дробь С — внизу в бухгалтерии должны быть — и доложите министру внешних дел, что он мне нужен подписанным, и немедленно. Или лучше свяжитесь с Управлением по связям с Северным лесом и уведомите их о том, что…”

Прю, немного придя в себя, перебила:

— Сэр, у меня большая проблема.

Атташе отвернулся от помощника.

— Мадемуазель, это вы — большая проблема, — нервно усмехнулся он.

Но та непоколебимо продолжила:

— Сэр, моего брата Мака вчера украли вороны. Я видела, как его унесли в лес. В Дикий лес. — Толпа в фойе завороженно слушала. — И мне бы очень хотелось его вернуть. — Она почувствовала, как на глаза навернулись слезы отчаяния. — И я вам обещаю, клянусь, положа руку на сердце: если я смогу забрать его домой, то никогда больше тут не появлюсь. — Она приложила руки к груди. — Честное слово.

В полной тишине атташе по-прежнему недоверчиво смотрел на Прю. Наконец помощник наклонился к нему и что-то прошептал на ухо. Тот молча кивнул, не отрывая взгляда от девочки.

— Хорошо. — Прю показалось, что прошла вечность, прежде чем он заговорил. — Поскольку у вас такая необычная ситуация, мы постараемся разобраться с вами вне очереди. Следуйте за мной.

Толпа, окружавшая атташе, расступилась, и он повел Прю наверх по алебастровой лестнице.

Хотя в подземном логове губернаторши не было часов, Кертис чувствовал, что к тому времени, как он закончил дефилировать по комнате в своем новом наряде, с театральным благородством размахивая и отражая удары саблей, как удалые драгуны из фильмов и книжек, утро уже почти перетекло в день. Украшения на груди восхитительно позвякивали с каждым движением, а клинок рассекал воздух с потрясающим свистом. Койот-адъютант, видимо, привычный к эксцентричным выходкам начальства, терпеливо ждал у трона, двинувшись только раз — чтобы уклониться от одного из особо яростных выпадов.

— Отлично, сэр, — сказал он, когда пыл Кертиса поугас. — Вы весьма одаренный фехтовальщик. Для пацифиста.

Мальчик, стоя посреди комнаты, пнул носком земляной пол.

— Ну, я ни за что не стал бы того… ни с кем драться. — Он слегка запыхался после упражнений. — Хотя… — продолжил он, — вы честно так думаете?

— О, конечно, — сказал койот.

— Утомительное это дело, правда? — спросил Кертис. Он последний раз сделал выпад и, уронив руку, помассировал мышцы свободной ладонью.