Королевства Злодеяний - Барб Хенди

и готовый выполнить в точности то, что ты просишь – уничтожить твоего злейшего врага.

- Тёмный дух…

Уже то немногое, что я знал об этих сверхъестественных существах, лишало меня уверенности в том, что я должен совершить.

- Твоя жертва почувствует, как невидимая сила медленно высасывает из неё жизнь.

Именно такого конца я и желал Ромулу! Я очень осторожно проглотил яйцо, сел и стал ждать.

Несколько минут я ничего не чувствовал. Но, когда я уже собирался озвучить своё разочарование, что-то шевельнулось глубоко внутри, и ужасающая сила поглощённого мной создания взрывом наполнила моё тело. Я закричал нечеловеческим голосом, а затем своей немощной рукой поднял тяжёлое дубовое кресло и швырнул в стену. Дерево разлетелось в щепки; куски разлетелись во все стороны. Моё зрение стало чётче, а слух – болезненно острым. Ярость, подобную которой я раньше не испытывал, завладела мной. Я – и монстр внутри – были готовы убивать.

Мощь тёмного духа заставила меня почувствовать себя неуютно.

- Если кто-нибудь в Эспаре распознает волшебство, я стану изгоем на своей собственной земле, - напомнил я Ворону, поразившись силе и странной пустоте своего голоса.

- Выпущенное на волю создание видно лишь тебе одному. Даже лорд Ромул не увидит его, хотя определённо почувствует на себе его эффект. К тому же он стар. Если он погибнет на дуэли, никто ничего не заподозрит. А ты получишь удовлетворение от знания того, что ты повергнул своего злейшего врага.

С трудом, но я понизил голос – до хриплого шёпота.

- А что, если мой злейший враг – кто-то другой? – поинтересовался я.

- Ты подозреваешь ещё кого-то? – несколько встревоженно спросил он.

Я потряс головой.

- Тогда посмотри на меня.

Я сделал как велено. Сразу же он начал читать заключительные слова заклинания, закончив фразой:

- Я повелеваю духу, заключённому в теле этого человека: если плоть повреждена и кровь хозяина пролита – освободись! Найди злейшего врага лорда Шарвена. Войди в его тело и высоси жизнь, но не уничтожай душу. Вместо этого позволь призраку негодяя вечно бродить по этому дому, оставаясь лишь беспомощным наблюдателем всего, что здесь происходит. А когда твоя миссия будет выполнена, оставь это место и возвращайся в царство ночных кошмаров.

Я слушал эти слова с величайшим удовлетворением, ибо они отражали суть моей мести. До конца наших дней дух лорда Ромула будет смотреть, как мы с Атерой проводим время вместе. Я не мог придумать более подходящего наказания для его предательства.

Когда Ворон закончил заклинание, я немного попрактиковал ходьбу, учитывая новоприобретённую силу. Решив, что показаться будет безопасно, я понёс зелье Атере.

Никогда раньше я не видел её настолько великолепной – в волосы вплетены разноцветные ленточки; из-под чёрного корсажа проглядывает блузка тех же оттенков; глаза сияют от радости и восторга.

Существо внутри меня забесновалось, пытаясь вырваться из тела, движимое не яростью, но похотью – настолько красива была моя женщина в этот момент.

- Выпьешь со мной вина? – спросил я клокочущим голосом, который я отчаянно пытался смягчить.

- Шарвен, что с твоим голосом? Ты в порядке? Если ты нездоров, мы можем…

- Нет, я не болен, просто возбуждён. В конце концов, я первый раз устраиваю праздник в роли хозяина поместья, - я заслонил спиной то, как я заливаю снадобье в её кубок; затем мы выпили. Я внимательно наблюдал – хотел быть уверенным, что она осушила всё до капли.

К тому времени прибыли первые гости. Я направился вниз встречать их, а Атера радостно семенила рядом.

Зелье начало действовать, когда мы приветствовали прибывших. Лицо Атеры покраснело, голос стал высоким и резким.

- Она немного нервничает, но, думаю, вино более чем успокоило её, - поделился я с одним из гостей. Я слышал, как он повторил объяснения своей жене. Вскоре весь зал знал, что Атера уже захмелела.

Лорд Ромул и леди Лодрэль оказались среди последних пришедших. Когда Атера направилась поприветствовать и их, я отстал. Мне нельзя было приближаться, только не со зверем, мечущимся внутри, наблюдающим за врагом моими глазами, требующим свободы.

Какое-то время спустя Атера и я заняли свои места во главе стола. Лорд Ромул сел справа от моей жены, леди Лодрэль – рядом с ним. После всех приготовлений к пиршеству, Атера едва притронулась к еде. Её внимание – под действием зелья – сосредоточилось на лорде Ромуле. Вскоре она как будто совсем потеряла голову. Я же делал вид, что ничего не замечаю, даже тогда, когда её рука скрылась под столом – вне сомнений, расположившись на его колене. Некоторые из окружающих гостей начали перешёптываться.

Этот фарс больше не мог продолжаться. Как только я дал знак, заиграла музыка. Я пригласил леди Лодрэль на танец.

Лорд Ромул слишком сильно оскорбил бы меня, не пригласив Атеру в ответ. Красный и настороженный, он вывел её на площадку. Танцуя с пышной Лодрэль, я осторожно наблюдал за парой. Моя жена прижалась к Ромулу, шепча что-то на ухо. Я заметил, как он смутился. Да, вряд ли он ожидал, чтобы его жертва вела себя так фривольно.

Крепко схватив Атеру за руку, лорд повёл женщину обратно к столу. Она увлекла его дальше, к гобелену, висевшему на стене. Несмотря на тень, я и несколько других гостей увидели поцелуй. Я оттолкнул Лодрэль так грубо, что она наверняка упала бы, если бы кто-то не подхватил.

- Что всё это значит? – громогласно потребовал я объясниться.

Лодрэль проследила мой взгляд. Она видела смущение мужа, слышала сдавленный вскрик Атеры.

- Твоей жене… нехорошо, - ответил Ромул.

- Достаточно хорошо, чтобы поцеловать тебя! Это первый раз или просто самый открытый?

Гости начали переговариваться. Большинство заняло мою сторону. Другие, видя смущение Ромула, не были так уверены в его виновности. Лодрэль зарыдала.

- Она слишком часто уходила из дома, каждый раз направляясь на север! - напирал я.

- Чтобы повидаться со мной… - пролопотала Лодрэль. Атера кивнула, борясь с действием зелья. Никто не обратил внимания ни на одну из женщин. Хоть гости и были в основном хорошими людьми, они хотели крови.

- Я требую возмещения! – были мои слова. – Я буду защищать честь моей жены.

Ромул уже смирился, но всё-таки попытался образумить меня.

- Говорю тебе, твоей жене нездоровится. К тому же твоя ведущая рука нерабочая. Нет ли другого способа уладить это недоразумение?

- Честь придаст мне сил, - я