Ты помнишь меня? (СИ) - Ершова Светлана

— А у нас свидание? — выловила я самое интересное для себя в его фразе.

— Если ты не против, принцесса, — прошептал Тер в ответ, глядя в мои глаза и целуя тыльную сторону ладони.

Смутившись, помотала головой, пробубнив:

— Я согласна.

Подойдя к столику, оглядела выставленные на нём яства: большая ваза с фруктами, бутылка красного вина с уже наполненными, переливающимися рубиновыми оттенками, бокалами рядом, в качестве основного блюда предлагались большие отбивные под сливочным соусом и с гарниром из зелёного горошка.

— Надеюсь, с мясом я угадал, и твои вкусовые пристрастия не изменились?

— Да, спасибо, всё замечательно, — похвалила я мужчину, тронутая его заботой, присаживаясь на скамейку. Терренс занял место напротив и, подхватив бокал, протянул его ко мне.

— За нас? — взяв свою порцию вина, с тихим звоном прикоснулась им к его фужеру.

Спиртное, к коему мой организм был совершенно не приспособлен, быстро сделало своё дело, расслабляя моё тело и нервы. И уже без смущения и неловкости я отвечала на вопросы дьявола и задавала свои, собеседником он оказался отличным, я уже и не вспомню, когда последний раз столько смеялась.

Его взгляд вдруг метнулся мне за спину, туда, где находился запасной выход, и между бровей пролегла задумчивая морщинка. Хотела обернуться, чтобы узнать, что он там увидел, но Тер мне не позволил: ласково обхватив мой подбородок, вынуждая смотреть ему в глаза, он спросил:

— Как давно вы с Доном вместе? — от неожиданности растерялась. Конечно, я понимаю, что надо рассказать ему правду, но только не сейчас. Перед глазами встала картина, как он, узнав, о том, что Донаван мой брат, назовёт меня ненормальной, покрутит пальцем у виска и гордо удалится.

— Очень давно, — промямлила, отводя взгляд, и сразу сменила неудобную для меня тему. — А ты… У тебя есть кто-нибудь?

— Нет, я совершенно свободен, — улыбнулся он мягко.

ТЕРРЕНС.

После моего ответа Флора облегчённо выдохнула, сделав мою довольную улыбку ещё шире.

— А почему? — а вот этот вопрос мне не понравился, не потому что не хотел делиться с ней сокровенным, рассказывая о незнакомке из сна, а потому что понимал, как глупо буду выглядеть, признайся сейчас, что всю жизнь был влюблён в мечту.

— Это сложно объяснить, все девушки после совместно проведённой ночи переставали меня интересовать, — скрывать от неё правду тоже не хотелось. — Не спрашивай причину — не отвечу, — глядя на поникшую головку, не знал, как ей объяснить, что её такая участь не постигнет, что-то вроде: «Не переживай, после того, как мы с тобой переспим, я не сбегу»? Боюсь, мне сразу прилетит по физиономии, и до желанного тела меня уже никогда не допустят! И не нашёл ничего лучше, чем предложить. — Ещё вина? — взяв в руки бутылку и дождавшись согласного кивка, наполнил наши бокалы.

Итогом вечера было моё признание самому себе, что я совершенно не умею обращаться с женщинами! Вот как можно было не подумать о том, что это мне, привыкшему к более крепким напиткам, эльфийское вино словно компот, а для девчонки — вполне себе алкогольный напиток?!

Взгляд принцессы стал расфокусированным, и всё чаще с её губ срывалось неуместное хихиканье, которое меня, честно говоря, веселило. Глядя на девушку, я с трудом сдерживал смех, но пожалуй, ей уже пора в кроватку, тем более, ночевать она сегодня явно будет одна. Я снова нахмурился при воспоминании о том, как Донаван, тиская, вел какую-то брюнетку к чёрному ходу, нисколько не беспокоясь, что невеста может его увидеть. Не понимаю, как он мог променять Флору на это виснущее на нём недоразумение с практически вываливающейся из декольте грудью?

— Так, пойдём-ка, моя красавица, спать! — встав из-за стола, я поднял на руки принцессу и направился на второй этаж. Девушка доверчиво прижалась ко мне, положив голову на плечо и, обвивая шею руками, прошептала то, от чего я споткнулся:

— Я не лягушка… — вот, чёрт! И кто только меня за язык-то тянул?

— Я знаю, маленькая! Прости, что так сказал, я не должен был судить о тебе, не узнав, какая ты на самом деле, — скосив на неё глаза, понял, что извиняться придется, как минимум, ещё раз — Флора спала!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Добравшись до её комнаты, оглядел мирно посапывающую принцессу и, поняв, что ключ у неё просить бесполезно, открыл портал, перенёсший нас за дверь. Осторожно положил свою ношу на кровать, присев на корточки, снял с неё обувь, встал, полюбовавшись безмятежным личиком и не удержавшись, склонился и легко поцеловал её в губы.

Выпрямиться обратно не вышло: девчонка крепко вцепилась пальчиками в мою футболку, и как я ни пытался аккуратно их разжать, у меня не получилось. А да и пошло всё! Слегка пододвинув спящую девушку, лёг рядом, прижимая её к своей груди. Уткнувшись носом в макушку, втянул едва уловимый аромат… незабудок?! Что за чёрт?! Почему она всё больше напоминает мне незнакомку из сна?

28

ФЛОРА.

Нежные руки скользили по моему телу, лаская и заставляя извиваться под их натиском. Я плавилась, сходя с ума от горячих поцелуев, покрывающих шею и ключицы. Обхватив ладонями лицо мужчины, потянулась к его губам и… распахнула глаза, просыпаясь.

Вот только я-то проснулась, а сон не закончился как обычно бывало, и я встретилась с сапфировым взглядом. Осознав, что это мне не снится, и Белый дьявол действительно находится в моей кровати, выдохнула:

— Тер… — всё это время напряжённо вглядывающийся в мои глаза мужчина, поняв, что ожидаемого сопротивления не последует, накрыл мои губы властным поцелуем.

Ну и как тут сопротивляться, если мозг полностью отключился, а тело твёрдо заявило, что оно это этого делать не собирается, обвив крепкую шею руками?

Пока горячий язык скользил в глубине рта, сплетаясь с моим, мужская ладонь, поглаживающая мою прогнувшуюся в попытке прижаться теснее спину, задержалась на обхватывающей ребра ткани топика. Пальцы ловко щёлкнули застёжкой и, потянув за завязки на шее, откинули в сторону мешающий кусок ткани.

Оторвавшись от моих губ, Терренс тут же приник к призывно торчащему соску, втягивая в жаркую глубину, посасывая и лаская языком, обводя по кругу набухшую горошину.

Застонав, я зарылась пальчиками в белоснежные пряди волос, притягивая его голову плотнее и подставляя свою грудь для истязаний. По венам бурлила лава, растекаясь по всем клеточкам моего тела, заставляя его гореть огнём, и собиралась между ног, пульсируя горячим предвкушением. Словно почувствовав, что сил терпеть эту сладостную пытку у меня уже не осталось, по животику, погладив, прошлась широкая ладонь и, расстегнув брюки, проникла в трусики, накрывая трепещущий от возбуждения бугорок, и нежные пальцы уверенным движением его помассировали, срывая с моих уст вскрик.

Ноги сами раздвинулись, от такого откровенного приглашения мужчина зарычал и слегка прикусил посасываемый им сосок, вынуждая меня выгнуться ему навстречу.

Это напоминало сумасшествие. Тер с жадностью терзал мою грудь, в то время как его пальцы, ласково сжав между подушечками, перекатывали напряжённый клитор. Я извивалась в его руках, издавая громкие стоны, прерывистые всхлипы и кусала свои губы, останавливая уже готовые сорваться крики. Волны удовольствия накатывали всё сильней, накрывая с головой и унося в пучину экстаза. Наконец, дойдя до пика наслаждения, выдохнула такое родное:

— Терренс, — и, в очередной раз всхлипнув, забилась в умопомрачительном оргазме. Выпустив из захвата сосок, мужчина приник к моим губам, с упоением целуя их и впитывая мои стоны.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Разорвав поцелуй, Тер посмотрел на меня восхищенным взглядом и прошептал:

— Как же сладко ты кончаешь, маленькая! Ты — великолепна! — после легко чмокнул в губы и, встав, исчез в портале, оставив меня не только в растрёпанных чувствах, но и… В общем, с одеждой тоже всё было не очень!

Осознав, что лежу с обнажённой грудью, расстёгнутой ширинкой и в насквозь мокрых трусиках, как ошпаренная подорвалась с кровати, устремляясь в ванную.