Игра вслепую (СИ) - Ковальчук Алексей Алексеевич

С этими мыслями я не удержался и достал телефон, чтобы сообщить эту радостную новость Ольге. Правда в Маньчжурии сейчас поздний вечер, но вряд ли моя княгиня уже легла баиньки, а мне очень хотелось похвастаться успехами Андрея. Или своими? В общем-то, и не важно…

— Неужто соскучился? — вместо приветствия спросила моя драгоценная “язвочка”.

— Вот ещё, — наигранно фыркнул я, — недавно же виделись. Пару дней как. И вчера созванивались.

— Бессовестный врун.

— Только не говори, что научилась определять ложь по телефону?

— С тобой мне не надо никакого дара, — хмыкнула Ольга, — я тебя и так прекрасно чувствую.

— Надо бы к твоему титулу пару звучных эпитетов добавить, а то “ваша светлость” как-то серо звучит, — задумчиво проговорил я. — Как насчёт “всезнающая” или “всевидящая”?

— Слишком пафосно, — развеселилась моя княгиня. — Меня вполне устроит “просто богиня”.

— Ага. Главное, скромно и со вкусом, — рассмеялся я.

После паузы, вызванной нашим обоюдным весельем, я уже хотел поделиться горячей новостью об Андрее, но Ольга меня опередила:

—Как там София?

—Хорошо. Цветёт и пахнет, — лаконично ответил я. — Зато Андрей сегодня удивил...

Я вкратце рассказал Ольге о начале инициации источника у нашего юного “падавана”, не забыв упомянуть его явно лекарскую предрасположенность. Моя Валькирия обошлась без удивлённых восклицаний и ограничилась вздохом, после которого выдала совершенно для меня неожиданное:

— Да уж. Похоже, это всё-таки закономерность, нежели простая случайность.

— Не понял. Переведи.

Ольга отвечать не торопилась, и мне пришлось её поторопить:

— Ау, солнце. Муж на проводе. Как меня слышишь? Приём!

— Прекрасно тебя слышу, — буркнула жена. — Чего расшумелся? Просто сюрприз готовила. Хотела уже после возвращения сводить тебя в одно примечательное место. Если точнее, то в закрытый детский сад в Нижнем.

— И что в нём такого интересного? — спросил я, примерно догадываясь об ответе.

— В таких местах интерес представляют только дети. А в нашем случае это пятнадцать девочек и четыре мальчика. Все в возрасте от трёх до четырёх лет. Как, наверное, уже понял, их биологический отец — ты.

— Э-ээ, мне казалось их должно было быть “немного” побольше, — слегка растерянно произнёс я.

— Их больше, но в этом садике находятся только те, у кого произошла слишком ранняя активация источника.

— Понял тебя, — задумчиво протянул я. — А о какой “закономерности” ты упомянула? Все дети лекари, что ли?

— Только мальчики. Вместе с Андреем получается пятеро, а это уже совсем не похоже на совпадение.

— Да-а, очень странная закономерность.

— Не то слово, — судя по голосу, Ольга усмехнулась. — Генетики голову сломали, пытаясь найти взаимосвязь, но пока без толку.

— Меня больше смущает, что на данный момент пока нет существенной разницы между детьми, зачатыми естественным путём, и всеми остальными. А ведь отличие должно было быть, и значительное.

— Ключевое здесь — это “на данный момент” и “пока”. Предварительную разницу, если она, конечно, будет, мы сможем увидеть только лет через десять. А для окончательного вывода придётся подождать гораздо дольше.

Полученной информации было достаточно для глубоких размышлений, и новых вопросов у меня пока не возникло. Так что я погрузился в молчание, бездумно смотря на играющих с Яной детей. Однако Ольга решила меня окончательно добить:

— Хочешь, ещё порадую?

— Даже не знаю... — скептически хмыкнул я. — Ещё один сюрприз я могу не пережить.

— Это запланированный сюрприз. Ты его вместе со мной очень долго ждал. Хотела по приезду, но раз у нас с тобой пошёл столь откровенный разговор, то лови — я беременна.

— Ты не богиня, — вздохнул я.— Ты - бессовестная наглая морда. Это просто какая-то особая форма издевательства - сообщать мне подобную новость по телефону. Ни обнять тебя не могу, ни по заднице надавать за сокрытие важной информации.

Ольга рассмеялась, а мысли в моей голове стали бодаться словно бараны во время гона, желая доказать, какая из них самая важная и нужная на данный момент. “Трындец с этой женщиной. Полный трындец. Сейчас станет говорить, что желала убедиться в беременности, чтобы зря не обнадёживать. Как будто пара лишних дней способны внести окончательную ясность? — кружилось в голове. — Наверняка спецом, зараза такая, не сказала, чтобы я не нервничал перед её отлётом.”

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Рад, что тебе весело, — буркнул я.

— Ну не обижайся на меня, — тут же прервала смех Ольга. — Я была не уверена до конца, поэтому и не торопилась тебя радовать.

— Ну да, ну да. Конечно же, я тебе верю, — с явным недоверием в голосе ответил я. — Ты, главное, продолжай, не останавливайся.

— Ну прости. Я просто не хотела, чтобы ты излишне переживал.

— Угу, я так и понял, — проворчал я, — теперь-то я точно не буду переживать. Очень тебя прошу, до конца сроков беременности не ввязывайся ни в какие авантюры.

— Сказал мне авантюрист со стажем, — хмыкнула моя красавица. — Естественно буду стараться избегать ожесточённых сражений, кровавых поединков и вообще не делать резких движений.

— Ню-ню, посмотрим. Когда обратно планируешь?

— Завтра утром вылетаю на Аляску, там проведу два-три дня и сразу обратно к вам.

— Понял тебя. Что ж, мы с Софией очень ждём. А то и правда, как-то пусто у нас без мамы.

Естественно, новость о беременности не оставила меня равнодушным, добавив самых разнообразных эмоций. Хотя, казалось бы, то, что привычно, уже не может удивлять. Подумаешь - одним ребёнком станет больше. Сколько их уже? И вроде я не чувствовал особенной разницы между детьми, зачатыми естественным путём, и всеми остальными, но главное слово тут “вроде”. Всё-таки к детям, зачатым в любви и в порыве страсти, всё равно относишься по-другому. Невольно и подсознательно они ближе и понятнее, нежели так называемые “дети из пробирки”. Ведь я даже не знал матерей этих малышей, хотя, судя по собственным ощущениям, это, наверное, не столь существенно, и предстоящий поход в детский сад также взволновал меня не на шутку.

Разговор с Ольгой окончательно сменил тональность, перейдя в разряд любовных воркований. Даже Валькирии, несмотря на кажущуюся несокрушимость, регулярно требовалась нежность. И я с радостью выплёскивал на Ольгу всё тепло и поток нежных чувств, которые, с незапамятных времён, стали именоваться любовью. И конечно же, получал взамен не менее бурные эмоции от своей княгини.

Минусы есть у каждого человека. Есть привычки, способные доводить до белого каления. Но если есть любовь, если есть понимание, что без этого человека тебе никуда, а количество плюсов в характере любимой женщины или любимого мужчины перевешивают остальные негативные мелочи, ты будешь счастлив. Счастлив всегда и везде. Потому что не одинок. И это главное в жизни. Закончив разговор, я положил телефон в карман, и как раз в этот момент из-за угла дома появилась Агния.

— Ну что, боярыня, — улыбнулся я подошедшей девушке. — Позволь первым поздравить тебя с началом инициации источника у нашего сына.

Агния была не из тех девушек, что зависают от неожиданности, однако всё же застыла на пару секунд, после чего выдала:

— Шутить изволим, ваша светлость?

При этом гений артефакторики уже вовсю сканировала Андрея, который продолжал наматывать бесконечные круги по игровой площадке.

— Ага, ржу - не могу. Процесс пробуждения уже начался: источник начал пульсировать. Раз это смогла почувствовать Яна, значит, может заметить и кто-то посторонний. Так что советую озадачиться специальным амулетом для сокрытия данного феномена от любопытных глаз.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— То есть всё-таки не шутишь?!

— Нет, не шучу, — вздохнул я, — Судя по цвету импульса, а также по воздействию на жизненные показатели окружающих, Андрей — будущий лекарь.

Агния замолчала, явно переваривая новость, а я, вспомнив разговор с Ольгой, спросил: