Александра Верёвкина - Осколки вечности

Отныне ревность гонялась за мной беспрерывно. Даже находясь наедине с малышкой, я ощущал разрастание этого промозглого пульсирующего шара, что поселился в груди, прятать который и дальше представлялось невыполнимой задачей. И все же я держался, пусть и путем безжалостного истребления колосящихся ростков недоверия, нарочито бодро подбадривая себя мыслью о том, что Астрид ничуть не похожа на Айрис. А вдруг?

В общем, Охотника необходимо отыскать немедленно, потому как его поимка позволит мне разорвать порочный круг ежедневных посиделок с участием третьего лишнего. Отчасти поэтому, за вычетом рассудительного инстинкта самосохранения, я и участвовал в этих безрезультатных скитаниях по засыпающему городу.

— Гостиница 'Коктейль', - безынициативно оповестил задние ряды болтливый водитель, неохотно выбираясь наружу. Лично мне перспектива угодить под проливной дождь показалась сомнительной, поэтому мы с девушкой предпочли наслаждаться барабанным перезвоном крупных капель воды изнутри. — Ладно, тунеядцы, сам схожу.

Героическим жестом выхватив из бардачка предусмотрительно размноженное на копире фото, Лео натянул на голову капюшон спортивной куртки, громко хлопнул дверцей и сайгаком помчался к административному корпусу, ловко перескакивая вереницы увеличивающихся луж. Я чуть приспустил окно, впуская в салон автомобиля отяжелевший от повышенной влажности воздух, подтянул ближе Астрид и с тоской уставился на размытую струйку, стекающую вниз по стеклу.

— Джей, — мягко прошелестел над ухом родной голос, — что-то не так? Или ты просто устал?

— Пожалуй, что-то действительно не так, — хмуро отозвался я, предпочитая удерживать взгляд в отдалении от обеспокоенного лица. — Ответь мне честно, тебе нравится Лео?

— Да, — с небольшой заминкой произнесла девушка, доверительно прижимаясь щекой к моему плечу, — как друг. Он забавный, с ним весело. Нам есть о чем поговорить, но это все. К тому же Киви я испытываю куда более объемную привязанность…А почему ты спрашиваешь? — внезапно перебила она саму себя, добавляя интонациям напыщенную серьезность. — Ох, нет! Только не это! — страдальчески закатила малышка глаза к потолку, цепко ухватила пальчиками мою нижнюю челюсть, упрямо поворачивая лицо к себе, и отчетливо заговорила. — Джей Майнер, я люблю тебя одного, такого единственного и неповторимого. Других мужчин для меня не существует в принципе, а то, что ты сегодня видел, — она перевела дыхание, несколько сбившееся от волнения, и продолжила, — Ну не молчать же мне дни напролет! Мы обсуждали Супермэна, и только.

Я погладил ее изящные ладошки, повсеместно тонущие в объятиях моих длинных пальцев, и постарался улыбнуться, однако вышло из рук вон плохо. Что толку спорить с гипертрофированным чувством собственничества, если я осознаю глупость своего поведения, а он — нет? К тому же, будь на месте д`Авалоса любой другой парень, внутренних противоречий бы не возникало.

— Знаю, сладкая, — бессвязно забормотал я, зарываясь носом в густые волосы на ее макушке. — И ни в чем тебя не виню. Видно, мне просто хочется похандрить, уж больно яростно скребут кошки на душе. Да и погода не радует.

— Все наладится, мой дорогой, — оптимистично предрекла Астрид, радушно принимая мою скулящую натуру в свои теплые объятия. Я сполз по сидению вниз, не слишком удобно подогнул ноги, склонил голову на обтянутые приятно шершавой тканью юбки колени и надолго затерялся в прериях одурманивающих запахов и восприятий. Ее исполненные ласками поглаживания, мерное биение сердечка, ритмичные вдохи и выдохи, радужный блеск светящихся в кромешной темноте глаз и манящая свежесть алых губ убаюкивали мое сознание в течение десяти минут.

Впрочем, как говорится, хорошенького понемножку. Не успел я вдоволь насладиться столь редкой теперь идиллией ощущений, в мысли прокрался незыблемый образ Северина, невозмутимо предлагающий за энную цену расстаться со щедрым дарованием всевышнего. Благо, навозный жук покинул эти края, о чем свидетельствовали наспех наведенные нами справки. Возвратился в свою ничтожную обитель, названную Девкалионом, и дальше сеет хаос среди безвольных учеников тамошнего разлива.

Следом в размышления ворвался призрак Мердока, приведший с собой упоминание о Хэллоуине, и я предпочел вернуться в реальность, наполненную менее осязаемыми страхами. Канун Дня всех Святых, хм. Вот дернул же черт за язык дать своему зверенышу обещание посетить устраиваемый в клубе маскарад! А он, согласно законам маркетингового спроса, пройдет 29 октября, притом моим же указом наличие костюма для входа является обязательным, поэтому мне предписывается вырядиться в одеяние, кого бы вы думали?! Ох, если бы Дракулы! Изворотливый и садистский ум Астрид неумолимо назначил меня на роль Бэтмена. Мол, припасенные ею одежды будут смотреться в столь вычурной компании как нельзя более уместно. Правда, я еще не видел этого хваленого гардероба, хотя смутные догадки на сей счет имеются. Наверное, я действительно буду рад увидеть мохнатые ушки, перчатки с коготками и тугой резиновый хлыст, заменяющий собой хвост. Женщина-кошка из нее выйдет великолепная.

К слову, над моим облачением вовсю трудятся костюмеры, заботливо уберегающие мистера Майнера от тягостных стрессов в виде частых примерок. Огромный плащ из велюра, дурацкая маска, отвратительное обтягивающее трико, не менее мерзкая, скажем так, кофта из прорезиненной ткани и скоп бутафорских аксессуаров, что так любимы вымышленным миллиардером, по ночам промышляющим благородством, со дня на день в готовом виде перенесут в мой кабинет.

Пространные думы окончательно высушили мозг, поэтому на пронзительный стук в окно я отреагировал диковинным образом. Вмиг сбросив с тела дремоту, поднялся с колен заснувшей под тихий шум дождя девушки, глянул на сокрытое под капюшоном лицо, от души позлорадствовал над насквозь продрогшей фигурой и аккуратно приоткрыл дверь, по возможности бесшумно выбираясь на улицу под проливные струи воды.

— Капец, блин, — яростно зашипел на меня вампир. — Полчаса проторчал там в ожидании администратора, он, видите ли, отлучился по делам. Радует, что хоть не зря ждал. Он здесь, — многозначительно повел парнишка бровями, необдуманно подставляя лицо недовольному небу. — Волмонд здесь.

Я, до этого усиленно кутавшийся в полы куртки, отставил жалкие попытки прикрыть воротником нещадно поливаемую толщами дождевых капель голову, живо ощутил невероятный подъем настроения и ринулся было вперед, когда вспомнил об Астрид. Оставить ее одну? Ни в коем случае, но и будить как-то очень не хотелось.