Алекс Орлов - Каспар Фрай (авторский сборник)

– Да ты никак в обновке? – заметил Каспар.

Под традиционной кожаной жилеткой орка была пододета льняная рубаха.

– Просто неприлично с голым пузом перед имдресс Фрай показываться.

– Он эту рубаху в лавке за так забрал, – тут же наябедничал гном.

– А вот и нет! Все ты врешь, гном, вы ему не верьте, ваша милость, лавочник сам разрешил взять товар, какой приглянется, а он за это мною воров стращать будет, дескать, если обидят его, я приду, найду и покалечу.

– Ну, значит, все по-честному. Проходите.

Орк вошел во двор налегке, у гнома была котомка и топор в чехле, с ним Фундинул не расставался ни при каких обстоятельствах.

– Зачем вы его за мной послали, ваш милость? – спросил Углук, едва они оказались в доме. – Он к каждому прохожему приставал с вопросом: где здесь прячется беглый орк? Столько народу перепугал, скандалист, одно слово.

– Потом я назвал твое имя, и мне сразу указали этот хлев.

– А что, ты сразу не мог имя назвать?

– Откуда я знал, под каким именем ты тут обитаешь? Вот и начал с простого – где живет беглый орк. Рожу-то твою всякий запомнит, а скажи – Углук, сразу и не разберешься. Мало ли на свете Углуков.

– Я в Ливене единственный Углук! – начал закипать орк. – И в моей деревне тоже не было больше ни одного Углука!

– Ладно, успокойся, – вмешался Каспар. – Проходите на кухню, думаю, обед уже готов.

– Подождите с обедом, ваша милость, – вмешался гном скорее для того, чтобы позлить Углука. – Хотелось бы взглянуть на вашего сынишку, он же совсем крохотный был, а теперь небось подрос.

– Конечно, подрос! – ухватился за эту тему орк. – Небось побольше тебя вырос, недомерка бородатого!

– Ничего, что подрос, главное – чтобы не вымахал в огромного пожирателя свинины, а то родителям такого не прокормить!

– Проходите в детскую, гости дорогие! – прервал обоих Каспар, подталкивая их вперед.

– А где тут маленький мальчик? – просюсюкал Фундинул и вошел в детскую, таща с собой топор и котомку.

Перебиравшая пеленки тетка Каролина так и села.

– Мамочка моя, да что же это такое!

– Хуберт, парень, привет! – сказал появившийся следом орк. Каролина икнула и закрыла глаза.

– Не обращайте внимания, тетя, – попытался успокоить ее Каспар. – Это наши гости, господин Углук и господин Фундинул.

В отличие от няньки, Хуберт гостей не испугался. Отшвырнув деревянные шарики, он самостоятельно поднялся на ножки и потопал навстречу гостям.

– Шустрый мальчонка, ваша милость! – восхитился Углук.

– А вот чего мы ему сейчас подарим! – сказал гном, доставая серебряный медальончик в виде рыбки.

– Ой, больно ему нужны эти твои подарки, – проворчал орк. Он явился без гостинца и теперь чувствовал себя уязвленным. – Он мальчик, ему нужно дарить лук и стрелы! Или кинжал!

– Вот ты и дари кинжал, а я подарю рыбку, ведь серебро – это, знаешь ли, капитал. Если каждый год я буду дарить ему по серебряной рыбке, то к восемнадцати годам у него скопится серебра на пятнадцать рилли, а это – половина золотого дуката.

– Ну и что?

– А то! Много ты видел восемнадцатилетних юнцов, юторых есть половина дуката?

– Ну ладно, – вмешался Каспар, заглушая еше один чуть не разгоревшийся скандал, – посмотрели на Хуберта, теперь милости просим отобедать.

– О, самое время! – поддержал его орк.

Проводив гостей на кухню, Каспар с облегчением вздохнул: почуяв запах еды, гном и орк на время забыли о разногласиях.

– Добрый день, имдресс Фрай! – воскликнул Углук. – Рад вас видеть, и до чего же хорошо у вас тут пахнет!

– Примите и мои поздравления, госпожа Фрай, – сказал гном. – У вас растет замечательный мальчик.

– Благодарю вас, господа, присаживайтесь, – поклонилась Генриетта и усадила гостей друг против друга, чтобы они не толкались локтями.

Обеденный стол был сплошь заставлен яствами, другие дожидались своего часа в кастрюлях на огромной плите. Как и в прошлый раз, была подана похлебка с кусочками поджаренной свинины, говяжий слоп в зеленом соусе, оладушки картофельные, поджаренные до янтарной прозрачности, тушенный в молоке двухлетний карп, яйца, фаршированные зеленью и грибами, пирожки с куриной печенкой и белым мясом.

– Ты не перестаешь меня удивлять, дорогая, – сказал Каспар, поглядев на это изобилие.

– А пудинг, как в прошлый раз! – заметил Углук, пододвигая к себе огромное блюдо. – Я уже говорил, что такой пудинг готовила моя бабушка?

– Говорил, – подтвердил Каспар.

– Все уши прожужжал про свою бабушку, – бурчал гном, начиная по традиции с бобовой похлебки.

При виде уминающих за обе щеки гостей Каспар тоже принялся за еду, однако вскоре безнадежно отстал даже от гнома. Фундинул пытался соревноваться с орком и съел довольно много, однако затем сдался и, тяжко отдуваясь, откинулся на спинку стула.

Углук же, не сбавляя темпа, подчищал блюдо за блюдом, прося добавки и успокаиваясь, лишь когда хозяйка показывала ему пустую кастрюлю.

Наконец и он капитулировал, недобив всего пару десятков пирожков.

– Имдресс Фрай, вы превзошли саму себя! Я наелся, когда на столе еще что-то осталось! Такого со мной еще никогда не случалось!

– Приятно слышать такое от своих гостей, – сказала Генриетта. – А сейчас попробуйте наше пшенное пиво, с медом и мятой.

– Пиво у вас тоже хорошее, я помню, – вставил гном, которому показалось несправедливым, что все комплименты хозяйке говорит один орк.

После обеда Каспар отправился проводить гостей: Углука – до дома, а Фундинула до гостиницы. Поскольку оба были сыты, перепалка между ними шла как-то вяло, без особой охоты.

– Я вообще не понимаю, ваша милость, зачем вы орка с собой в Харнлон берете. Он ведь только в драке хорош, а в тонкой работе, где нужен подход к клиенту и доброта, ничего не смыслит, ему бы только мечом махать или дубиной.

– Я-то без дубины иду, а вот ты, добрый гном, притащил с собой топор.

– Ха! Топор у меня всегда с собой, и вовсе не для боя, а просто так. Он мне, если хочешь знать, удачу приносит. Топор – это мой талисман. Вот у его милости тоже талисман имеется, правда ведь?

– Правда, Фундинул, – подтвердил Каспар. – Но я его сейчас не ношу и надеваю только в опасных походах.

– А в Харнлон наденете?

– Ну… в дорогу, наверное, надену, на дорогах сейчас опасно, особенно на торговых путях.

Мимо, держась друг за друга, прошли двое городских пьяниц, они пытались затянуть песню, но каждый свою, и потому у них ничего не выходило.