Алексей Клименко - Гроб для мертвого колдуна

Ее нельзя было назвать совсем уж трусихой, и возможно, если бы родители остались живы, девушка в конце концов смогла бы влиться в жизнь суетного мира за пределами домашних стен… но случилось то, что случилось. Сначала неприятности в родной Калифорнии и несколько лет жизни взаперти из-за угрозы со стороны сбежавшего Джорджа Сантана. Потом поспешный переезд, практически бегство на другой конец света, и снова годы существования без солнечного света.

За это время образ Джорджа-Хорхе, который при других обстоятельствах вполне мог стать ее мужем, стал для Марии настоящим воплощением ужаса… и всех тех опасностей и страхов, которые только и ждут ее снаружи. Конечно винить Исабель Лос-Ланос за то, что она пыталась хоть как-то защитить свою дочь, нельзя… но именно рассказанные матерью пугающие истории окончательно превратили девушку в затворницу.

Когда на их сеульский дом напали, и отец вступил в безнадежный бой с наемными убийцами, Исабель вывела детей через черный ход и вернулась к мужу… решение, которое Мария долго считала предательством. Потому что именно с этого момента она почувствовала себя полностью беззащитной… и поиск человека, способного встать между нею и миром и взвалить на себя ответственность за ее жизнь, стал для девушки навязчивой идеей.

Потом был Диего… милый мальчик на которого она обратила внимание, когда зашла на работу к Мигелю. Обычный, ничем не примечательный клерк в огромной корпорации… но когда он шел по коридору, вокруг происходило что-то непонятное. Заносчивые охранники кланялись и вежливо уступали дорогу, самые важные руководители спрашивали у него совета и интересовались самочувствием. И Мария поняла: это Он, тот кто защитит и убережет. Ее персональный guardian, хранитель.

Вполне возможно, что это был ее вариант любви с первого взгляда, потому что Мария впервые за долгое время почувствовала себя действительно счастливой… ведь счастье для нее в первую очередь ассоциировалось с покоем и тихой жизнью в четырех стенах. И Диего поначалу полностью соответствовал ее идеалу. Пока не пропал вместе с братом, оставив беременную жену на произвол судьбы.

Это было очередное потрясение. Снова окружающая действительность ухмыльнулась ей своей окровавленной пастью… и если бы не вовремя подставленное плечо Мияки, вполне возможно, что Мария наложила бы на себя руки, не смотря на то, что носила под сердцем новую жизнь.

С тех пор Ми стала для Марии непререкаемым авторитетом. Уверенная в себе, всегда знающая как поступить, целеустремленная аристократка смогла ее понять и обеспечить все ее невеликие потребности.

Когда родился мальчик, предложение назвать его Адамом в честь деда Мияки, возражений не вызвало. С чего бы? Главе Рода виднее. Выйти замуж за Дэнниса? Почему бы и нет, если этого требуют интересы новой семьи. Лишь бы все шло по накатанной колее, а в доме царил покой и уют.

У Марии было лишь одно требование… нет, что-то требовать у подруги испанка никогда бы не решилась… настоятельная просьба. Девушка не хотела ездить в принадлежащую роду клинику для приема пациентов. Пусть недалеко и в наглухо затонированном салоне роскошного элекара, но для этого приходилось покидать дом… надежный и крепкий дом. Укрытие, которым смогла обеспечить ее Мияки.

И Мария стала принимать больных дома, предоставив решать финансовые вопросы главе Рода… и она снова была счастлива. Муж? А что муж… Дэннис-ветрогон появлялся дома хорошо если раз в месяц, пропадая на своих любимых гонках. Ему эта женитьба тоже была нужна всего лишь для сохранения статуса, а Джун появилась на свет почти случайно, после одного из таких неожиданных визитов домой. Впрочем, дочь Ветрогона тоже занимала мало. В его жизни было место лишь одной страсти… и это точно была не семья.

Диего? Диего наряду с матерью стал для Марии символом предательства и разочарования, и вспоминать о этих двоих она не любила. Правда одно напоминание постоянно мелькало перед глазами, да еще и эти ежегодные посиделки в день памяти первого главы рода, но ради спокойствия в семье можно было вытерпеть и не такое.

Нет, детей она любила. И своих и Ирину… но образ человека, который был биологическим отцом старших отпрысков Рейко, за ними не стоял. Просто дети и точка.

Со временем Мария стала более уверенной в себе и вполне самостоятельно руководила и клиникой, и домашним хозяйством, потому что остальным членам рода было не до этого.

Мияки полностью погрязла в делах Рода, Марина появлялась очень редко и только для того чтобы повидаться с дочерью, а между Мизуки и Ми пробежала черная кошка… и очень хорошо, что Цирцея перестала приезжать. Потому что скандалы Мари не любила настолько же сильно, как и выходы за пределы ограды особняка. В общем к 2012 году Рейко Мария, которая не смотря на все неприятие первого мужа, так и не сменила айди на новую фамилию, была такой же полновластной хозяйкой в родовом особняке, как и Мияки… вот только ее власть ограничивалась стенами дома. Уже во дворе Мария чувствовала себя неуютно, а за воротами начинала паниковать.

Поэтому то, что случилось с главой рода… с ее каменной стеной, поначалу просто не могло уложиться у испанки в голове. Мияки проиграла? Этого не может быть… потому что не может быть никогда. Ведь если это правда… ей придется принимать решения и брать на себя ответственность!

Следующие полчаса Мария провела как в тумане. По инерции, как бездушный робот, она выполняла приказ главы рода, который та отдала прежде чем Целительница погрузила ее в транс. Испанка отдавала команды, что-то делала, но ей казалось, что весь этот ужас происходит с кем-то другим, а она всего лишь смотрит со стороны. Потому что с ней такого случиться просто не может… ведь не может же?

Уходила Мария тоже последней. Неверяще оглядывала стены предавшего ее дома… твердыня не оправдала ожиданий, бросая ее в пучину неизвестности. И только плач замерзшей в промозглом сыром подземелье Джун немного отрезвил и заставил шагнуть в темноту.

Тяжелая сейфовая дверь черного хода глухо чавкнула, отрезав беглецов от спасительного тепла и Мария поежилась… а потом увидела глаза домочадцев и ей стало страшно. Она просто не знала, что делать дальше. Каменная стена Мияки не успела сказать, а сама Рейко-Ибураме боялась принимать какие-либо решения. Всю жизнь боялась! И что теперь?

Чтобы скрыть начинающуюся истерику, Мария прикусила губу и подхватив на руки дочь, бросилась бежать по каменному туннелю. Куда угодно, лишь бы подальше отсюда.

Мелькали коридоры и ступеньки, а она все бездумно бежала, слыша позади дружный топот домочадцев. Мария совершенно не задумывалась над тем, что для неодаренных, не говоря уже о детях, долго поддерживать выбранный новой хозяйкой темп не под силу, но к счастью подземелье оказалось коротким и заразившаяся безумием своей предводительницы толпа вырвалась наружу, каким-то чудом никого не потеряв в подземных переходах.