Елена Асеева - Путь Святозара

— Ты, тут не кричи и не говори со мной так, — повелительно начал Турус, — Кто я — я бек самого нагак-ского народа, а кто ты, собака бесхвостая…

Но беку не удалось договорить потому, что Нук внезапно вскочил, опрокинув стол, и лежащее на нем блюдо с мясом и прохрипел:

— Собака бесхвостая…? Гляди бек, я покажу кто здесь бог, а кто собака…

Нук вышел на середину шатра, достал из-за пояса кинжал и присев на корточки, воткнул его пря-мо в ковер и вырезал в нем круг, а потом начал шептать и водить кинжалом снизу вверх, слева направо и по мере того как рука двигалась быстрее, а шепот становился громче из ковра стал вы-лазить круглый, наподобие пня бугорок. Как только бугорок поднялся на столько, что стал доста-вать до согнутых коленей, Нук затих. Он поднялся в полный рост, поклонился пню, и громко крикнул: " Именем Чернобога- повелителем Тьмы и Нави, господином Пекельного царства! Отец мой Горыня- появись!" и в тот же миг из пня стал расти громадный указательный палец, вытянувшись из пня почти на аршин, он замер, а затем немного пошевелился и согнулся точно приветствуя Нука. Тот также поклонился в ответ, и, взяв кинжал, воткнул его в верхушку пальца, и когда из- под кинжала потекла тонкая струйка черно-серой жидкости, Нук припал к ней и стал торопливо ее пить, словно боясь потерять хоть одну каплю ценного для него питья, а напившись, вынул из пальца кинжал, и, поклонившись, сказал: " Отец мой, Горыня, я сыт, поди прочь в Пекло". Палец вновь согнулся и медленно пополз обратно в пень, а Святозар услышал тихий шепот: " Иди, иди, мальчик, за ним", и тогда наследник полетел за пальцем следом. Стараясь не коснуться его вершины, Святозар проскользнул в дыру, которая на миг осталось после него, и оказался в черном, громадном, каменно-земляном коридоре.

Коридор был очень длинным и широким, и один его конец уходил куда-то вдаль, другой же конец оканчивался огромными пузатыми, черными, каменными воротами, укрепленными на высоких каменных столбах, упирающихся в потолок коридора, с буро-земляных стен коридора свисали длинные корни деревьев, на которых крепились, точно живые черные, черно-бурые, да бурые чудища. Святозар огляделся и около каменных ворот увидел великана, лишь взглянув на него, наследник сразу узнал в нем Горыню, которого когда-то победил и сбросил в Пекло. Горыня был высок, хотя теперь от долгого пребывания в коридоре у него на спине вырос горб, и очень страшен, с черными волосами, которые спадали клоками вниз с головы. Грязная набедренная повязка прикрывала бедра, но за время пребывания Горыни в пекельном царстве, она сильно укоротилась и была вся в дырах. Тело великана, его руки и ноги были покрыты черной шерстью, местами свалявшаяся, а местами и совсем поредевшая, кое-где огаляя зелено-черную кожу. Лицо Горыни было без шерсти и тоже зелено-черное, а от постоянной злобы превратилось в звериную морду с громадным разинутым ртом, из которого текли слюни, да торчали черно-зеленые длинные зубы. Выпуклый лоб нависал над глазами, а очи его были похожи на круглые, холодные, черные камни с мерцающим красноватым пламенем внутри. Широкий овальный нос, вскинутый кверху с двумя большими ноздрями, а по бокам головы толстые вытянувшиеся уши с острыми когтями на концах. Горыня все время двигал носом, точно принюхиваясь, перемещал из стороны в сторону глаза и шевелил ртом, словно все время злился и кричал.

Внезапно он повернул свою двигающуюся морду и посмотрел на душу наследника. Святозар вздрогнул от уставившихся на него черно-красных глаз, в которых замелькали, точно изображе-ние картинки былого.

Вот по земле идет, тяжело ступает молодой, белокожий великан Горыня, у него красивое лицо с высоким лбом и широким носом, большие темно-серые глаза и алые губы, его темные каштано-вые волосы прямы и послушно лежат на голове. Рядом с Горыней его лучшие друзья великаны Дубыня и Усыня, да сам Бог Велес, в дружине которого они состоят, и нет сильней тех четырех витязей, и нет крепче той дружбы.

Но изображение меняется и видит Святозар полыхающие огненные вихри на небосводе, да такие же огненные вихри, вздымающие и испепеляющие деревья, камни и воды на земле. И в этом вихре небесном бьются не на жизнь, на смерть Боги сыновья Сварожичи Семаргл и Перун, да и сам Сварог рядом с ними. У Перуна в руках золотые стрелы молнии, а на спине висит небесная радуга-лук, у Семаргла плеть полыхающая огнем, а у Сварога раскаленный молот. И видно, как Сварог с сыновьями борится с подлым черным Змеем, которым обернулся Чернобог, а на спине Змея сидит сам Горыня, который предал своих другов и добро, и перешел на службу к Чернобогу. Подлетел к небесному своду черный Змей, вцепился языком в него, а Горыня давай кулаками в свод стучать, пытаясь его расколоть, и падают искры от кулаков на белую его кожу, и темнеет она от этих искр, словно оплывает под ними. Да, тут Перун схватил лук и выпустил стрелу молнию в Горыню, а Семаргл хлестнул великана плетью, покачнулся Горыня, не удержался на Змее, да полетел вниз на землю.

Мелькает вновь изображение и видит Святозар новую картинку. Позабытый на долгие века об-росший черной шерсть, с позеленевшим лицом, и с черными глазами живет Горыня в высоких горах и творит зло, кидает камни в море, топит ладьи плывущие мимо. Но погрязшему во зле великану мало этого и он идет в горные города и деревни и разрушает дома, разрывает людей на части и теперь уже в его глазах горит, полыхает красное пламя. Плачут, вопиют люди, и ДажьБог посылает Богомудра за волшебным древком в Сумрачный лес, а затем на новой картинке красивый и светлый юноша гонит своими стрелами обезумевшего от злобы Горыню к краю пропасти и тот со страшным грохотом падает на дно и оказывается в самом Пекле.

И ходит, ходит Горыня по длинному коридору и носит, носит в себе злобу на род Богомудра. А кругом него свисают длинные корни деревьев, на которых висят точно переспелые плоды черно-серые, да бурые чудища с большими овальными головами, да длинными, тонкими словно плети двумя руками, нет у чудовищ ни лиц, ни ног, ни волос. И те чудовища были когда-то свергнуты в Пекло самим Сварогом за то, что творили на земле черное колдовство. Горыня долго стоит возле такого чудища, которое шевелит своими длинными руками-плетьми, а затем отрывает его от корня и глотает.

Вновь меняется изображение и видит Святозар, как пополневший великан разрывает себе живот и вытаскивает оттуда черно-серого ребенка. У того дитя две ноги, две руки, длинный хвост и вытянутая, как яйцо, овальная голова, на которой безобразно-большой в половину лица плоский нос, а по обоим от него сторонам выпуклые черные, как у Горыни глаза, да тонкий, словно щель без губый рот. Горыня садится, ложит дитя на ноги, а сам вырывает из стены корень и стряхивает с него, точно плод, чудище прямо на землю, а то чудище беспомощно ползет к стене на своих тонких руках, хватается за пустой корень длинным хвостом и повисает на нем. Горыня же засовывает вырванный корень в живот на место раны обкладывает его землей с пола, и тогда черно-серая жидкость вытекающая из раны, прекращает сочиться. Горыня берет дитя, который широко раззевает свой рот, в левую руку, а сам надкусывает указательный правый палец и засовывает его в рот младенца. И долгие, долгие годы, сменяющиеся картинки показывают сосущего кровь из пальца ребенка, который постепенно превращается во взрослого, подстать Горыни великана.