Сергей Мусаниф - Стрелок и маг (Тетралогия)

– Ну… э… – сказал Негоро. – Как насчет главного вопроса жизни, вселенной и всего остального?

– Сорок два, – сказал Пентагон.

– Почему сорок два? – опешил Негоро.

– Это ответ на главный вопрос жизни, вселенной и всего остального. Его все знают, – сказал Пентагон. – По крайней мере все образованные люди, к числу которых, как я вижу, ты не принадлежишь. Еще вопросы?

– Лично я бы хотел знать, где хранится Серебряный Серп, – решился Реджи.

– Зачем это тебе? – спросил Пентагон.

– Я всегда интересовался подобными вещами, – сказал Реджи.

– Надеюсь, твой интерес имеет чисто академический характер?

– Почти.

– Тогда вам повезло, – сказал Пентагон. – Сегодня ночью состоится ритуал, во время которого любой желающий может узреть Серебряный Серп своими собственными глазами.

– Вот здорово, – сказал Реджи. – И где состоится этот ритуал?

– Я не могу вам сказать, ведь вы же не друиды, – заявил Пентагон. – Только друиды имеют право присутствовать при таинстве нашего обряда.

– Тогда почему же ты сказал, что нам повезло? – спросил Негоро.

– Мы совершаем этот обряд каждый год в один и тот же день, – сообщил Пентагон. – И с давних времен существует традиция приглашать на него несколько посторонних людей. Что-то типа почетных гостей, понимаете?

– Понимаем, – сказал Негоро. Память сотворившего его волшебника хранила много подробностей о ритуалах друидов и их «почетных гостях».

– Вы можете стать нашими почетными гостями. Если вы согласитесь, я сам провожу вас к месту проведения ритуала.

– Мы согласны, – сказал Реджи, прежде чем Негоро успел его остановить.

– Тогда потопали, – улыбнулся Пентагон.

– Ты совсем дурак? – поинтересовался Негоро, когда Пентагон утопал в кустики, чтобы, по его собственному выражению, «принести природе свои дары». – Разве ты не знаешь, какие именно ритуалы проводят друиды? Они приносят людей в жертву на своих каменных алтарях или сжигают их на кострах в равноденствие. Или в полнолуние, я точно не помню. Во всяком случае, они этим своим Серебряным Серпом явно не картошку чистят.

– Не понимаю, почему ты волнуешься, – сказал Реджи. – Друиды даже при помощи Серебряного Серпа не смогут пустить тебе кровь.

– Я не хочу, чтобы мне отчекрыжили голову, – сказал Негоро. – Я не хочу, чтобы голову отчекрыжили тебе, потому что останусь один, не смогу добыть артефакт, прогневаю Горлогориуса, и тогда он точно отчекрыжит мне голову.

– Твой инстинкт самосохранения никогда не вступает в противоречие со страстью к уничтожению вселенной?

– Пусть это покажется тебе странным, но ответ отрицательный, – сказал Негоро. – Видимо, смерть в большой компании меня совсем не страшит.

– Удивительное проявление коллективизма, – заметил Реджи.

– Великая вещь – стадный инстинкт, – подтвердил вернувшийся Пентагон. – О чем вы говорили-то, парни?

– Ни о чем, – быстро среагировал Негоро. – Просто так трепались.

Пентагон пожал плечами и энергично зашагал в ему одному ведомом направлении. Реджи и Негоро дали друиду небольшую фору, чтобы он не мог их подслушивать, и потопали следом.

– Пентагон не производит на меня впечатления опасного человека, – сказал Реджи. – У него даже оружия с собой нет.

– Ага, он своих врагов руками душит и зубами грызет, – согласился Негоро. – Не производит впечатления… Он ведет нас в ловушку и, между прочим, делает это с твоего согласия.

– Тебе известен более быстрый способ добраться до Серебряного Серпа?

– Доберемся мы до него, а дальше что? Серпом по… шее, и привет семье.

– Все бессмертные – такие зануды или мне исключительно повезло? – вопросил Реджи. – Знаешь, если бы меня попросили придумать самое страшное для тебя наказание, я запер бы тебя наедине с самим собой и ты сам бы занудил себя до смерти.

ГЛАВА 9

Жизнь полна сюрпризов.

Бозел был в ярости.

Это длилось уже довольно долго, и на данный момент больше всего остального его злили волшебники. Волшебное сообщество в целом и молодой Гарри Тринадцатый в частности.

Некоторое время назад Бозел согласился на унижающее честь и достоинство дракона предложение и временно принял человеческий облик. Большого выбора у него не было – либо это, либо драка сначала с Гарри, а потом со всем волшебным сообществом, которое крайне негативно относится к инцидентам, во время которых посторонние лица пожирают его членов.

Бозел сделал все, что от него требовалось: сопровождал непутевого Гарри и его спутника – профессионального убийцу – в долгом и опасном путешествии, пережил несколько неприятных моментов и под конец выполнил свою часть уговора – зарубил злобного волшебника Негориуса зачарованным мечом. После этого Бозел вернулся в свою любимую пещеру, надеясь провести пару веков в божественной скуке и восхитительном покое.

Как бы не так.

Все знают: кто рассчитывает на благодарность волшебников, строит свой ледокол из хрусталя, но Бозел надеялся, что про него забудут хотя бы на время. Однако уже через неделю после возвращения из странствий к Бозелу приперся первый из посланных Мерлином рыцарей, после чего закованные в броню парни стали являться с завидной регулярностью, действуя порядочному дракону на нервы.

Бозел рыцарей не любил.

От постоянных физических упражнений мясо рыцарей становилось жилистым и невкусным, а их приверженность к алкогольным напиткам ситуацию отнюдь не улучшала. Рыцарей можно запекать в собственной броне, но выковыривать их потом оттуда – это настоящее наказание. Кроме того, рыцари являются крайне несговорчивой частью драконьего рациона. Те же бараны намного превосходят их по вкусовым качествам и гораздо проще в приготовлении.

И все же с визитами рыцарей еще можно было бы смириться, если бы не последствия трансфигурационного заклинания Гарри. Возвращая дракону его привычный облик, молодой волшебник что-то не рассчитал, и теперь метаморфозы происходили с Бозелом регулярно, вне зависимости от настроения и желания дракона. Бывало, он засыпал драконом и просыпался человеком. Или наоборот. Самые большие неприятности стала доставлять еда. Однажды Бозел чуть не умер, когда откушенный им – драконом – кусок застрял у него – человека, в глотке. Теперь даже в обличье дракона Бозелу приходилось принимать пищу маленькими, не угрожающими здоровью человека кусочками.