Александр Хомяков - Весенние заморозки (СИ)

Он решился спросить об этом у Аэлевит.

-Да, флот Мигронта и конунг Ригалис собственной персоной. Он привел в Риммарави две тьмы, и они уже участвовали в нескольких сражениях.

После бессонной ночи никаких чувств в душе Эрика не осталось. Они проснутся позже, он был в этом уверен. Но сейчас он готов был слушать и выполнять приказы.

Аэлевит, впрочем, не спешила его озадачить. Он пытался помочь ей спешиться с коня, когда они прибыли в лагерь, но она спрыгнула с него раньше, чем он успел подойти.

-Держись рядом, - повторила прорицательница, заметив его движение. - и ничего более.

Эрик не стал спорить.

За Аэлевит было интересно наблюдать. Он видел ее в замке Скассл чаще других прорицателей и в свое время счел ее умной, обстоятельной, но отнюдь не деятельной. Аэлевит хорошо представлялась ему в роли спокойной, уверенной в себе матери семейства, что тихо сидит в сторонке и наблюдает за происходящим вокруг. Видеть эту маленькую женщину в непривычных кольчуге и поножах, быстро шагающую через лагерь в окружении военачальников и протяжным мелодичным голосом отдающую приказы, Эрику было странно. Но она держалась в этой своей новой роли уверенно. Воспитание? Не исключено. Какой бы захудалой не была та ветвь древнего рода, из которой она происходила, она все же - ЭахРиммор, законная герцогиня Риммарави.

Один из посыльных, сопровождавших Аэлевит, держал над головой белоснежный вымпел на длинном древке. Над одной из палаток в лагере реял похожий вымпел, но пурпурный.

-Для гонцов и прочих, - пояснил ему молодой арден, державший древко. - вымпел показывает, где найти госпожу Аэлевит.

-А вон тот? - Эрик указал на пурпурный флажок.

-Конунг Ригалис.

Чуть позже его глаз нашел в окружавшей Аэлевит толпе и самого конунга. В неброской одежде и кожаной броне, чем-то похожей на доспех арденов, он выделялся среди других эйториев чуть более высоким ростом и тонкой серебряной короной в медно-рыжих волосах. Эйториям, как и арденам, был чужд внешний блеск.

Ригалис, насколько понял Эрик, и распоряжался подготовкой в поле. Они с Аэлевит обменялись несколькими фразами, к разговору подключился человек в одежде городского ратмана. В какой-то момент она обернулась, нашла взглядом Эрика, призывно махнула рукой. Он вручил поводья лошадей посыльному и поспешил на зов.

-Это князь Эриох, - представила она его, не упомянув родового имени.

Конунг и ратман посмотрели на него одинаково заинтересованными взглядами.

- Конунг Ригалис знает, что у тебя есть опыт сражений, Эрик. Ты командовал строем?

Нет, фалангой ему командовать не приходилось, но он знает, как должна работать строевая пехота арденов. В свое время он прочел множество книг, посвященных ратному делу, и его самого учили в молодости, как сражаться в строю.

-Не получится, Аэлевит.

-Почему? - она вздернула бровь, в этом движении Эрику почудилось недовольство.

-Не судьба мне выйти с мечом на поле боя.

Лицо конунга Ригалиса выдало неподдельное удивление.

-Первый раз о таком слышу. Чье предвидение?

Эрик кратко рассказал о своих видениях битв, происходящих в то же время и в других местах.

-Невероятно. Аэлевит, можно попробовать использовать судьбу князя Эриоха как прикрытие для лучников - если твои рассуждения о лакунах в грядущем, конечно, верны.

Аэлевит смотрела куда-то мимо всех, глубоко задумавшись.

-Нет, - сказала она тоном, которым говорят окончательные решения. - риск слишком велик. Не с такой судьбой.

По лицу ратмана было понятно, что разговор покинул пределы его разумения. Но миакринг молчал. Эрик тоже чувствовал себя здесь лишним. А ведь подумать только - еще недавно он вызвался бы и командовать, и сражаться, невзирая на судьбу и видения. И на то, что в решающий момент, вполне возможно, мог оказаться беспомощен и тем подвел бы многих.

-Поехали, Эриох.

Они вернулись в город, помчались по улицам в южную его часть, к реке. Свернули на Торговую набережную. К парапету были пришвартованы многочисленные суда, среди торговых коггов часто попадались и мигронтские трехпалубные драккары. В конце набережной им открылась гавань, где от кораблей воды не было видно. Лавируя между подводами, проехали к складам. Эрик опять остался с лошадьми, Аэлевит с посыльными исчезла в большом каменном здании таможни.

Интересно, теперь она бросит его где-нибудь, чтобы не путался под ногами? Эрик не знал, зачем он нужен Аэлевит рядом с собой, но полагал, что после сказанного в полевом лагере полезность его в глазах прорицательницы станет меньше.

Он прождал довольно долго, глядя на суету в гавани. С торговых судов разгружали товары, подводы постоянно шли к выходу на набережную, оттуда в порт грохотали пустые телеги. Гавань, да и весь город напоминали муравейник - огромное множество людей было занято общим делом. Эрику, пожалуй, на своем веку и не приходилось видеть таких больших скоплений народа. Тем более - трех народов. Эйториев и арденов на улицах Скейра встречалось одинаково много, не меньше было и миакрингов.

Шум голосов привлек его внимание, Эрик обернулся. Аэлевит спорила с тощим сутуловатым завоевателем в потертом долгополом кафтане. Суть спора за шумом порта осталась ему неясной. И миакринг, и прорицательница оживленно жестикулировали, она что-то показывала руками в воздухе, он загибал пальцы.

-Упрямец! - бросила она, покинув его и забирая поводья у Эрика. - Ты! - это уже посыльному. - К Ригалису. - вручила молодому ардену свернутый в рулон лист плотной бумаги. - Поехали, Эрик!

'Она будет достойной правительницей народа, - подумал он, спеша за златовласой прорицательницей к ратуше. - С такой энергией можно горы своротить'.

Странно, но чем чаще он видел Аэлевит в деле, тем большее чувствовал облегчение от принятого вчера решения. Груз такой ответственности был Эрику не по зубам, и хорошо, что он вовремя это понял.

До вечера они успели побывать во многих местах. В ратуше, где Аэлевит углубилась в изучение бумаг и попросила ее не беспокоить. На западной стене, откуда открывался вид на будущее поле боя, и где уже ждали готовые к этому бою лучники и прислуга при баллистах. Вернулись на поле, и Аэлевит с Ригалисом и еще несколькими военачальниками долго осматривали завалы из бревен и валунов, наполненные каким-то тряпьем траншеи, ямы с кольями. На скорую руку перекусили в первом же встреченном по пути трактире, едва тень западной стены накрыла город.

-Ты не устала? - полюбопытствовал Эрик, заметив, что рука Аэлевит с вилкой застыла на полпути между ртом и тарелкой.

Вид у нее был не просто уставший - вымотанный. Но глаза, против ожидания Эрика, не потускнели. Напротив, в них словно огонь горел, и румянцем горели щеки.