Стивен Эриксон - Полуночный Прилив

Справа от Чтящего возник другой великан. Но Железный Клин продолжал двигаться вслед за первым Тоблакаем, поднырнув под его руку и сразу же резко развернувшись. Второй воин с силой врезался в первого. Освободив меч, Клин ударил вверх, отыскивая мягкое место под челюстью. Гигант дернул головой, и меч Чтящего пронзил правый глаз, породив фонтан жидкости, походившей на болотную воду.

Вопль.

Железный Клин сам не понял, как успел влезть на курган. Тоблакаи спотыкались, оборачиваясь и пытаясь догнать его — на пути валялось много камней и сучьев.

Чтящий снова спрыгнул на уровень земли.

Один из великанов держался рукой за правый глаз. Из руки текла черная кровь. Внезапно он зашатался.

Прочие рассредоточились. Теперь они стали молчаливыми и внимательными.

Пока они не оттеснят его от кургана, двигаться придется осторожно — почва под ногами ненадежна.

Одним меньше. Клин порадовался…

Но тут пятый Тоблакай выпрямился. Он смотрел на Чтящего одним глазом, но все же был в силах сражаться.

— Ты повредил нашему брату, — произнес другой.

— И еще добавлю.

— Нехорошо вредить богам.

«Богам»?

— Мы Серегалы, — сказал главный Тоблакай. — Прежде чем повредил нам, ты мог бы просить нашей милости. Мог бы склониться перед нами, и, возможно, мы приняли бы твое поклонение. Но теперь — нет.

— Нет, — согласился Чтящий. — Наверняка нет.

— Больше сказать нечего?

Он пожал плечами. — Что-то на ум не приходит ничего…

— Ты хмуришься. Почему?

— Ну, сегодня я уже убил одного бога. Если бы знал, что сегодня день уничтожения богов — выбрал бы другую дорогу.

Пятеро помолчали. Наконец первый спросил: — И какого бога ты убил сегодня, чужак?

— Свору.

Стоявший справа зашипел: — Тот, что убежал от нас! Быстрый!

— Они были быстрыми, — кивнул Клин. — Но, как оказалось, не слишком быстрыми.

— Д» айверс.

— Да. Шесть… а вас только пять.

— Осторожнее с ним, — сказал братьям главный Тоблакай.

— Мы свободны, — громыхнул одноглазый. — Мы должны убить этого, чтобы сохранить свободу.

— Верно. Весомая причина.

Они начали приближаться.

Железный Клин незаметно вздохнул. По крайней мере заставил их нервничать. Может, это поможет подольше продержаться в живых. Ну да ладно, напомнил он себе, бывало и похуже.

«Ну, может, и нет. Может? Кого я обманываю»?

Он покачался, смещая центр тяжести, готовясь начать танец. Танец желающего остаться в живых.

Пока не придет подмога.

«Помощь… поспеши, коротышка лысый. О Худ! Железный Клин, просто оставайся на ногах так долго, как только сможешь — может, они помрут от утомления».

— Смотрите, — пожаловался один, — он смеется!

Незримые бури проносились сквозь город, сотрясали улицы. Голова Багга болела от столкновения воль, от хаоса сил.

Он все еще чувствовал бессильную ярость пойманного в ловушку Озера древнего бога — западня Цеды сработала воистину отлично, и даже сейчас лед утолщался, смыкался вокруг твари, запечатывая пещеру. На закате она обнаружит себя спаянной в лед, почует, как неодолимый мороз просачивается в жилы, отнимая разумение и жизнь.

Джагуты любят сложные, тонкие решения. Этого так и не поняли Т'лан Имассы.

Багг направил шаги к улице, в конце которой находится башня Азата. Он надеялся, что Железный Клин не предпримет ничего отчаянного — например, не пойдет внутрь в одиночку. Чашка, конечно, его предупредит. Если повезет, погребенный друг девочки уже не погребен. От Чтящего требуется оказать помощь, и то только если она понадобится. В конце концов, это не его битва…

Шаги Багга постепенно замедлились. По спине пробежал холодок ужаса. Он весь обратился в ощущения — и почуял движение там, где не должно быть движения. Пробуждение воль, яркое сияние намерений, сплетение нитей судьбы…

Слуга повернулся и бросился бежать.

К Геруну Эберикту приближались четверо его лучших киллеров. Финед поднял руку, останавливая тех, кто шел за ним.

— Финед, — сказал вожак отряда, — нам повезло. Брат, стоявший на дальнем подступе, был пойман группой Эдур. Он взял с собой шестерых ублюдков. Когда остался только один Эдур, я послал Крилло убедиться, что он мертв…

— Изрублен на куски, — ухмыльнулся Крилло.

— … и в этом он убедился, — продолжал вожак. Он бросил яростный взгляд на Крилло. Тот улыбнулся еще шире.

— А другой? — Герун озирал окрестности. Они сами прямо сейчас могут нарваться на группу Эдур…

Вожак ухмыльнулся: — Крилло его сделал. На редкость удачный бросок ножа…

— Никакой удачи, — оборвал его Крилло. — Бедняга даже не понял, что стряслось…

— Потому что следил за нами, остальными…

— Оба мертвы? — Герун покачал головой. — Действительно удача. Могло бы быть труднее. Ладно, остается один на крыше. Он станет ждать сигналов от братьев — и не получит их. Значит, догадается, что мы близко…

— Финед, это один человек…

— Шаванкрат, Крилло. Не будь самоуверенным просто потому, что Странник тебя поманил. Ладно, пойдем вместе… — он замолчал и жестом приказал всем затаиться.

В тридцати шагах с боковой улочки вышла одинокая женщина. Тисте Эдур. Она замерла, словно спугнутый олень, завертела головой. Прежде чем ей удалось заметить убийц, какой-то шум сзади заставил ее побежать. Металлический проблеск в правой руке указал, что она держит нож или иное лезвие.

Герун Эберикт хмыкнул. Она бежит туда, куда им надо. Беззащитная Эдур. Он сможет насладиться ею, а потом убить. Конечно, когда закончит дела более важные. Может и парням ее отдать. Крилло первому, как награду за устранение двоих стражей.

Финед встал: — За ней, потому что нам туда и нужно.

Прислужники мрачно захихикали.

— Иди вперед, Крилло.

Лица за ставнями на третьих этажах — весь город таится, будто сборище мокрых крыс. Отвратительно. Но они показывают этим — не правда ли? — показывают, что не заслужили права на жизнь. Он подозревал, что новая империя Эдур станет несколько иной. Появится нужда в контролерах, носителях быстрого и неподкупного правосудия. Ведь народ останется диковатым. Люди по — прежнему будут мусорить на улицах. Всегда находятся подонки, заслуживающие удара Герунова ножа как милосердия. Он продолжит свои труды, превращая город в сад красоты…

Они дошли до той улицы, с которой выбежала женщина. Крилло огляделся, указал куда-то и побежал. Тут же в голову ему ударило копье. Мужчина развернулся и упал грудой окровавленного мяса.