Алсана Злолотце - Линия Между

Наверное, терпение и помогло им стать настоящими друзьями. Девушка видела и чувствовала, что часто ведет себя просто ужасно, и, стараясь это компенсировать, становилась настоящей паинькой, когда хандра проходила. Она много рассказывала loo'len о своей расе, охотно делилась тем, что знала сама. Вот только с магией мало что получалось: огненные заклинания Таисс — как сказал однажды мастер Эве — утратили природу обычных. Она черпала Силу напрямую из Пламени, сама того не замечая. Это, конечно, не делало резерв безграничным, а ведьму всесильной, но разница была слишком существенной, и стала преградой для обмена опытом.

О Велемире Свель-Реге Таисс впервые вспомнила (а может, вспоминала и до этого, но молчала) на следующий день после того, как пришла в себя.

— Стой там, — сразу же после завтрака девушка вытащила своего loo'len из дому, но с крыльца спускаться запретила. — Я хочу проверить, в какой форме мои магические способности.

Арлес в сомнении покачал головой.

— Ты уверена, что готова? — с опаской поинтересовался вампир.

— К плохим новостям? — Таисс вскинула левую бровь. — Да. Это все равно лучше неведения.

— Только осторожнее, пожалуйста. Мне мастер голову снимет, если что-то случится!

Дриада проигнорировала эту его просьбу, сосредоточенно двигая пальцами вытянутой вперед руки. После нескольких глубоких вдохов-выдохов над ладонью вспыхнул маленький огонек. Ведьма довольно улыбнулась уголком губ и снова шевельнула пальцами.

Язычок пламени вздрогнул и начала расти. Он все увеличивался и увеличивался, превратившись в огромный огненный шар, поглотивший, казалось, свою создательницу.

— Таисс, хватит! — крикнул клыкастый, не на шутку перепугавшись такого эксперимента. Но ведьма не послушалась, а может, просто не услышала. — Таи!..

В тот же момент пламенный гигант взорвался. Грохнуло так, что у Арлеса заложило уши, а девушку опрокинуло и отшвырнуло почти на дюжину шагов, хорошенько приложив о землю. вампир несколько ударов сердца стоял, замерев от страха, а потом бросился к ней.

— Таи, ты в порядке?! Жива?!

К его невероятному изумлению дриаду трясло от нервного хохота. Какое-то время она продолжала лежать на земле, глядя в небо, а потом с неожиданной болью процедила:

— Я не хочу ничего о тебе помнить, слышишь?! Оставь меня в покое! Мне не нужен ни ты, ни твоя забота!

Арлес не понял, к чему это, но все возможные вопросы снял появившийся на крыльце мастер Эве.

— Возможно, — кивнул он, складывая руки на груди. — Но этому мальчишке очень интересно, как ты. Что мне ему ответить?

О письме Свель-Рега, пришедшем вчера вечером, молодой вампир знал.

— Проклятая застежка! Какого демона она оплавилась? — пробормотала Таисс, с трудом поднимаясь на ноги. И добавила, сжав кулаки и упрямо мотнув головой. — Скажите ему, что я умерла.

В тот же вечер loo'len узнал много нового, о человеческих мужчинах вообще, о володайских магов в частности и отдельно о ведьмаке Велемире, которого также называли Северным Ветром. А еще Таисс в первый и последний раз долго говорила об одиночестве. Больше откровений на тему Ардары не было, но Арлес легко угадывал по внешним признакам, когда девушке становилось совсем уж плохо. А становилось часто. И каждый раз дриада упрямо сжимала зубы и шла тренироваться. В фехтовании, в магии — не важно, лишь бы загонять себя до полусмерти.

В кабинете стало совсем темно. Плотные шторы, опущенные еще со вчерашнего дня, не пропускали ни капли фонарного света, а лампы и камин он не зажигал специально. Потому что злиться в темноте проще.

— Ваше ар-Высочество, — после непродолжительного и оч-чень деликатного стука, в кабинет сунул голову один из личных слуг Велемира, — здесь граф Дерлесский.

— Позови его, — ар-принц только поудобнее устроил руки под головой, да вдвое быстрее ногами болтать принялся.

Мар появился почти тут же, очевидно, ждал у двери.

— Ну что? — граф проверил, не подслушивает ли кто в коридоре, и аккуратно прикрыл дверь.

— Ничего, — проворчал Велен, занимая сидячее положение и кивая на пустое кресло.

— Не поговорили? — садиться Марианн не спешил, остановился, упершись локтями в высокую спинку.

— Нет. Он, видите ли, занят. Я вот только в толк все не возьму никак, зачем тогда меня возвращать было-то?! — маг нервно прошелся пальцами по столешнице. — Обратно уехать, что ли?

— Глупости. Его Величество просто тянет время, неужели ты не понимаешь? Слушай, может, хоть камин разожжешь, а то совсем темно.

Ар-принц спрыгнул на пол, пошевелил дрова в камине, подложил несколько новых поленьев и прищелкнул пальцами, вызывая маленький огненный шар. По стенам заплясали причудливые черные тени.

— Все я понимаю, — Велен потянулся и упал в собственное кресло, закидывая ногу за ногу. — И даже знаю, зачем он это делает, но мне-то что? Я все равно не женюсь на Шейне, пусть даже отец больше никогда со мной не заговорит. И ему это известно, я надеюсь. Известно?

— Я… хм, я намекал Его Величеству, но мало ли, какие выводы он сделал, — почесал нос граф. — Плохо это… Все очень плохо…

— Не преувеличивай, — Велен потеребил верхнюю застежку на рубашке. — Не все. Да, у нас совершенно невозможный наследник, но будем уповать на Высоких, чтобы они послали Его Величеству здоровья и долголетия. На Таноре опять что-то замышляется, но об этом я узнаю завтра с утра. А Зальхер… Если бы я был королем…

Мар затаил дыхание. Если ар-принц так говорит, может, еще не все потеряно…

— Мар, не смотри на меня так! — маг недовольно скосил на друга глаза и гнусно ухмыльнулся: — Я не буду королем, запомни. Но если бы был, я бы огрызнулся.

— Я бы тоже, — кивнул граф. — Вот только до этого никому нет дела. Похоже, после последней кампании в этой стране перевелись герои.

— А чего ты хочешь от Конкерана? — ар-принц подпер щеку ладонью. — На то… недоразумение… мы потратили столько денег, что подумать страшно. Дай экономике хотя бы еще полгода. А еще лучше — года два. Хотя что это я Конкеран оправдываю…

— Действительно. Может, тебе сменить лагерь?..

— …Или постричься. Обе идеи радуют своим идиотизмом! — скривился Велемир. — Ладно, давай закончим. Я только приехал, так что считай, отдых еще не закончен. Расскажи лучше, как там дела в светском мире?

— О! У Вашего ар-Высочества наконец-то возродился интерес к развлечениям?! Я умру сейчас от радости и восторга! — Мар только сейчас сел в кресло, с умилением любящей мамочки складывая перед грудью руки. — О чем Ваше ар-Высочество жаждет узнать в первую очередь?