Оксана Панкеева - Рассмешить богов

Панический ужас хлынул такой мощной волной, что Кантор невольно отступил от смотровой щели и бросил все силы на то, чтобы сосредоточиться и отогнать от себя чужое чувство. Прием был на редкость ярким и полным – ему мерещились застенки, всевозможные инструменты из инвентаря толстяка Тедди и лично господин Флавиус. Король между тем продолжал:

– Видят боги, господин Ганзи, я всегда уважал вас и не питал к вам личной неприязни, но, как мне кажется, ваш босс в своих требованиях перешел все границы. Либо он действительно настолько глуп и жаден, либо… даже не знаю, что сказать. Он ведь прекрасно осведомлен о том, каким объемом информации о нем вы располагаете, и без боязни отправляет вас ко мне. Неужели он так уверен, что вы сможете – и захотите – сохранить в тайне все, что вам известно, если я вас как следует спрошу?

– Босс полагает, что вы не посмеете. – Голос посланника стал неживым и едва слышным. А в потоке ужаса, который продолжал исходить от него, Кантор с трудом уловил нечто похожее на горечь… или обиду…

– Вы говорили с ним об этом? – заинтересовался король.

– Да, – честно признался Ганзи. – Он сказал, что вы не посмеете причинить мне вред.

– Вы в это верите?

– Не знаю.

– А сам он, вы полагаете, в это верит?

– Вы сами сказали, я слишком много о нем знаю. Если бы не верил, он бы не дал вам в руки такой источник информации о себе.

– Хотите, я вам растолкую кое-что, чего вы не понимаете?

– Я весь внимание, ваше величество.

– Так вот, господин Ганзи, ваш босс действительно не настолько глуп. Просто у него есть запасной вариант, на случай если очередное требование приведет к утечке информации. Он не станет выполнять свою угрозу, так как это равнозначно полной утере контроля надо мной, и пошлет ко мне нового беднягу, которого ему не особенно жаль. Спорное требование будет немедленно снято, а взамен будет выставлено новое – не пользоваться добытой от вас информацией. И так можно продолжать игру до бесконечности – снимать одно требование, выставлять новое, издеваться над заложником время от времени, но не убивать, пока не найдется более надежный метод давления… или пока я не стану слишком мешать почтенному магнату. Одно мне непонятно – почему все-таки вы стали первым?

– Не знаю, – тихо ответил посланник, стараясь не встречаться взглядом с королем. – Одно могу вам сказать точно – если бы босс желал от меня избавиться, он бы сделал это намного проще и быстрее.

– А у него действительно есть такая возможность? Я имею в виду, он ли сейчас отдает приказы и принимает решения, или же это делает кто-то другой, кто встал за спиной господина Дорса, воспользовавшись бедственным положением последнего?

В точку попал его величество. Ох и дернулся бедный посланник, ох и заметался, сердешный!

– Мне отдает приказы босс, – тихо, но твердо ответил он, и это была не совсем правда. Вернее, это была правда, но слишком уж чувствовалось в этой правде внезапно вспыхнувшее подозрение.

А король, как нарочно, тянул паузу – закурил трубку, несколько раз прошелся по кабинету, изображая большую задумчивость. Затем остановился перед посланником – Кантор готов был поспорить, что его величество специально поглядел на него сверху вниз и демонстративно выпустил дым поверх головы собеседника. В лицо не получалось никак – либо на корточки пришлось бы сесть, либо на четвереньки стать.

– Я тут подумал… – сказал король наконец, когда дальше тянуть паузу было уже нельзя. – Пожалуй, сворачивать всю сеть нет необходимости. Достаточно законсервировать. И разумеется, в окружении вашего босса моих агентов не будет. Если они есть, я прикажу Флавиусу их срочно отозвать. – Король покосился на стол и добавил: – А ящичек я себе оставлю. Пригодится в хозяйстве. Может, когда-нибудь при оказии верну.

Посланник поблагодарил его величество и поспешил покинуть кабинет, пока король не передумал. Минуту спустя последовала команда выходить, а затем – краткий отчет штатного телепата. Сегодня парню повезло больше – он услышал, что в злоключениях бедняги Ганзи виноват не только босс, но и еще один человек. Именно его и не посмел назвать посланник, когда прозвучал вопрос о возможных советчиках босса, и именно его, видимо, заподозрил в нехороших намерениях на свой счет. Больше ничего интересного телепат не услышал – страх слишком заглушал всякие связные мысли объекта, к тому же слушать приходилось издалека и через перегородку. Короля не интересовали ни оправдания невезучего сотрудника, ни причины его столь ничтожных успехов, и он отпустил его, не дослушав.

Когда Кантор покинул свое убежище, Шеллар долго и пристально в него вглядывался, словно не верил своим глазам, затем с некоторым удивлением поинтересовался:

– Извини, Кантор, но… ты-то чего испугался?

– Это не я, – объяснил Кантор, без приглашения падая на ближайший стул. – Это он испугался. А я его страх поймал. Весь, сколько его было. А что, очень заметно?

– Взгляни на себя в зеркало. Ты серого цвета, словно какой-нибудь зомби, и у тебя до сих пор дрожат руки. Это серьезно?

– Пройдет, – чуть поморщился Кантор. – Зато вы можете своими глазами видеть, как здорово вы этого гнома напугали. Он вам чуть ковер не испортил.

– Хорошо… – как-то не в тему отозвался король.

– Что хорошо? Что напугали?

– Раз он все же ушел без комментариев, значит, мало напугал. А хорошо, что он полугном. Чистокровный человек мог и в самом деле испортить мне ковер.

– Вы хотите сказать, гномы смелее, чем люди? – тут же начал заводиться Кантор.

– Нет, у них сфинктеры крепче. Перестань придираться к мелочам, это всего лишь анатомия, и я вовсе не пытался обосновать какое-либо превосходство гномов над людьми. Лучше расскажи, услышал ли ты еще что-либо кроме страха.

– Подозрение. Там действительно кто-то есть, и он знает кто, просто до сих пор ему не приходило в голову, что этот «кто-то» может иметь на него зуб. А еще… Трудно сказать… мелькнуло что-то невнятное, не то обида, не то горечь, такое чувство, словно тебя предали.

– Замечательно, мой план действует. А еще?

– Да все. Больше ничего. Разве что могу теперь совершенно точно вам сказать: вы с ним действительно родня. Только не задавайте глупых вопросов: по какой линии и тому подобное.

– Что ж, раз это все, вернемся к нашему разговору о твоей безобразной драке с мэтром Варгисом…

– Ваше величество, – попытался уклониться Кантор, – я пьян и вряд ли скажу вам что-либо толковое…

– Ты хочешь сказать, – усмехнулся король, – вряд ли ты можешь соврать что-нибудь толковое.

– Я не собирался ничего вам врать, я вообще ничего вам не буду объяснять. Сказал же – сами разберемся.