Рэймонд Фэйст - Убийцы Крондора

Он двинулся по Высокой улице, обходя скопления повозок и телег на перекрестках. Ему в голову пришла мысль, что неплохо бы поставить на перекрестки констеблей, чтобы те управляли утренним движением. К полудню улицы немного разгрузятся, но сейчас назревало по крайней мере полдюжины драк между яростно переругивавшимися извозчиками, фермерами и доставщиками товаров.

Джеймс пролез сквозь толпу горожан и, дойдя до следующего угла, увидел, что без драки все же не о6ошлось. Две повозки столкнулись, одна из них опрокинулась, а лошадь, запряженная во вторую, встала на дыбы и перевернула ее. К месту схватки уже спешили два констебля, а когда Джеймс подошел к месту событий, кто-то отпихнул его в сторону с криком:

— С дороги!

Джеймс столкнулся с молодой женщиной, которая несла корзину зерна. Бедняжка упала, и зерно разлетелось по улице. Девушка завопила, требуя возместить ей убыток. Джеймс пробормотал извинения и повернулся, чтобы защитить себя от очередного тупого мордоворота.

Им оказался капитан Гурут, начальник городской стражи. Это был крупный мужчина с черной бородой, темными глазами и низким голосом, в котором всегда слышались угрожающие нотки, что было очень кстати, когда он проревел:

— Что здесь происходит?

В одно мгновение зеваки затихли, однако драчуны продолжали свое разбирательство. Два стражника поспешили вперед своего капитана с древками от копий наперевес и вмешались в стычку как раз в тот момент, когда прибыли констебли, чтобы взять ситуацию в свои руки. Дерущихся тут же разняли и взяли под стражу, а капитан повернулся, оглядывая толпу.

— Возвращайтесь к своим делам, или мы найдем для вас место в дворцовом подземелье!

Толпа быстро разошлась, и Гурут повернулся к Джеймсу.

— Сквайр? — По его тону было понятно, что он ожидает от Джеймса объяснений, почему сквайр присутствует на месте происшествия.

Джеймс был неприятно удивлен тем, что сначала его отпихнул в сторону стражник, а теперь с ним разговаривают так, будто он чужой в родном городе.

— Я здесь по поручению принца, — сказал он, стряхивая с себя пыль.

Капитан хрипло хохотнул.

— Что ж, тогда поспешите его выполнить, пока я разбираюсь с этим бардаком.

— На самом деле мое поручение касается вас и шерифа. Будьте добры, проводите меня до участка! — Джеймс развернулся и зашагал вперед, не оборачиваясь, чтобы посмотреть, последовал ли за ним капитан.

Джеймс слышал, как капитан приказал подчиненным уступить и оставить разбирательство констеблям. Четкий ритм шагов по камням подсказал ему, что капитан и его люди неподалеку. Он ускорил шаг, чтобы капитан и стражники также шагали бодрее, стараясь не отстать. Участок шерифа располагался недалеко от места, где произошла драка, рядом со старой рыночной площадью.

Участок служил как бы входом в городскую тюрьму, которая находилась под землей и являлась, по сути, большим подвалом, разделенным балками и дверьми на восемь ячеек — две большие и шесть маленьких. Их использовали для того, чтобы отделить заключенных от постоянных посетителей тюрьмы. Почти в любое время дня и ночи полдюжины пьяниц, мелких воров, хулиганов и других нарушителей закона ожидали здесь вызова к судье.

На двух верхних этажах жили заместители шерифа, у которых не было семей. Сидевший за рабочим столом шериф Уилфред Минс взглянул на них.

— Капитан, сквайр, — он вежливо кивнул. — Чем обязан удовольствию видеть вас? — По выражению его лица было ясно, что он испытывает что угодно, но только не удовольствие. Конфликты между городскими стражниками и констеблями способствовали тому, что между шерифом и капитаном установились довольно прохладные отношения. А на Джеймса Минс давно имел зуб.

Истоки такого отношения лежали в детстве Джеймса, когда Джимми Рука был для констеблей просто-таки шилом в мягком месте. Не важно, какого положения достиг Джеймс, — он был уверен, что в душе Минс все равно считает его вором, а следовательно, не доверяет.

Джеймс быстро отверг несколько способов урегулирования конфликта. Арута сообщил ему, что надо сделать, а как сделать — решать ему самому. Джеймс знал одно: и капитан, и шериф были благородными людьми, и поэтому он решил, что лучше всего сразу перейти к сути дела.

— У нас проблема, джентльмены, — сообщил Джеймс.

Капитан и шериф быстро обменялись взглядами, чтобы убедиться, что ни один из них не знает, что последует за этим утверждением.

— Проблема? — переспросил капитан.

— У вас в городе разные обязанности, хотя иногда они пересекаются. Каждому из вас может недоставать информации, которой владеет другой. Но думаю, что вам обоим известно о все учащающихся убийствах в городе.

Шериф хмыкнул.

— Поэтому я и решил встретить принца лично, — сказал он с насмешкой в голосе.

Но Джеймс пропустил насмешку мимо ушей.

— Его высочество, — продолжил он, — беспокоится, что за этими убийствами может стоять нечто большее, чем кажется на первый взгляд.

— Вряд ли, — покачал головой капитан Гурут. — Да, убийств много, но между ними нет связи.

Шериф снова дал волю чувствам.

— Вы солдат, Гурут. Ваши ребята хороши в свалке, но вряд ли у кого-либо из них есть сыскные способности. Это как раз по части констеблей.

Джеймс едва не рассмеялся. На службе у констеблей были доносчики, однако часто они получали деньги от пересмешников и сообщали ложную информацию, а тело любого, кто честно служил шерифу, рано или поздно всплывало в заливе.

— Я не знаю, — начал Джеймс, — рассказал ли вам его высочество о своем последнем столкновении с Братством Темной Тропы и ночными ястребами.

— Ночные ястребы! — Гурут выругался. — Они как сорняки в саду. Я думал, мы уничтожили их, когда десять лет назад сожгли «Иву».

Джеймс понял, что кое-что забыл. Гурут был молодым солдатом, возможно сержантом или лейтенантом, когда Арута и Джеймс во главе отряда солдат уничтожили базу ночных ястребов, находившуюся в подвале одного из лучших борделей Крондора. Там они обнаружили моррелов и стали свидетелями могущества предводителя темных эльфов, Мурмандрамаса, когда тот возродил погибших ночных ястребов и те снова ринулись в бой.

Те, кто участвовал в схватке в подвале «Ивы» и выжил, не могли забыть эту битву. Многие из тех, кто спустился под землю, чтобы найти это гнездо, остались там навсегда.

— Вы понимаете, о чем я, сквайр, — сказал Гурут, взглянув на Джеймса.

— Да, я помню, — вздохнул Джеймс. — Но как мы выяснили по дороге в Арменгар, а затем в Кентинг-Раше, ночных ястребов еще много, и как только мы уничтожаем одно их гнездо, где-то появляется другое.