Кирилл Манаков - Эдем 21

Перед ними возник, как из-под земли, метрдотель в строгом черном костюме и черным же галстуке.

— Сергей Александрович?

— Да, — удивленно ответил Сергей.

— Прошу, вас ждут. Я провожу, здесь немного громко.

И метрдотель, услужливо отодвигая перед ними портьеры и показывая на ступеньки, постоянно произнося "прошу вас" и "осторожно, пожалуйста" повел по галерее, окружающей зал. Зал был преимущественно зеленого цвета, мягкие низкие диваны, разделенные плетеными стойками, небольшая сцена, окруженная циклопическими акустическими колонками и подсвеченная танцевальная зона. На сцене громким и чистым голосом пел чернокожий исполнитель, в котором Сергей с удивлением узнал звезду первой величины мирового джаза.

Они, обогнув сцену, оказались в небольшом овальном помещении. Уютная ложа не была наглухо отгорожена от основного зала, но из-за особенности акустики здания, музыка здесь была едва слышна и воспринималась, как ненавязчивый фон.

Навстречу им поднялись с кресел двое.

Один — высокий подтянутый человек в мягкой замшевой куртке, при галстуке, в очках в тонкой золотой оправе. А второй — сильно преобразившийся Андрей Андреевич Швец. На нем был черный, как ночь, фрак с бабочкой. Правда, ботинки остались те же — коричневые, с толстой белой подошвой. Отчего он еще больше стал похож на гнома. Гнома, пришедшего на торжественный прием.

— Дражайший Сергей Александрович — Швец радостно встретил гостей, — вы не представляете, как мы вас ждали!

Он выскочил вперед, долго жал руки Сергею, поймал ручку Ирины и поцеловал ее.

— Очень приятно, очень приятно. Швец. Андрей Андреевич, — представился он немного смущенной Ирине. — Разрешите вам представить, — торжественно продолжил Швец, — Евгений Евгеньевич Крохин, наш…, наше руководство.

— Сергей Александрович Савельев. Можно просто Сергей.

— Евгений, — протянул руку Крохин, и они обменялись рукопожатиями.

Ирина обворожительно улыбнулась:

— Ирина.

В отличие от Швеца, Крохин не стал целовать ее ручку, а осторожно пожал.

— Прошу вас, — он сделал приглашающий жест, — может быть, мы с Сергеем поговорим о наших скучных делах, а Андрей Андреевич тем временем покажет Ирине клуб, сегодня вечером будет интереснейшая программа.

— Разумеется, — засуетился вокруг Ирины Швец, — позвольте Ирина… э…

— Викторовна.

— Разумеется, Ирина Викторовна, позвольте мне сопроводить вас…

И, подхватив Ирину под локоть, исчез вместе с ней за портьерами.

— Присаживайтесь, пожалуйста, — пригласил Крохин, и они сели друг напротив друга, разделенные низким прозрачным столиком.

— Не желаете чего-нибудь?

— Не откажусь.

Появился молчаливый официант, Сергей заказал кофе, к своему удивлению обнаружив, что в меню есть кофе на песке. Крохин попросил коньяк, название которого Сергею ни о чем не говорило. Пока несли напитки, они обменялись парой незначащих фраз о погоде и пробках.

Кофе оказался великолепным. А аромат коньяка, окруживший большую рюмку с маслянистым напитком на донышке, был густым и смолистым.

— Это йеменская арабика, — заметил Крохин, — сорт самый древний, хотя, на мой вкус, не самый лучший. Но в этом заведении предпочитают его.

Сергей ответил, что вполне готов довольствоваться йеменской арабикой.

Крохин вежливо засмеялся.

Он пригубил коньяк и поставил рюмку на стол.

— Сергей, скажите, вы, наверное, удивлены нашим предложением?

Сергей поудобнее устроился в кресле.

— А если я скажу что нет, вы мне поверите?

Несложной конструкцией "вопрос на вопрос" он попытался перехватить инициативу в разговоре. Сергей предпочитал вести нить беседы в своих руках.

— Нет, — просто ответил Крохин, — не поверил бы.

— И были бы правы, — проворчал Сергей. — А вам не кажется, что передача такого предложения посредством Андрея Андреевича несколько… э-э…

— Производит несколько странное и несерьезное впечатление, — помог ему Крохин, — что поделаешь, есть определенного рода традиции, которые мы предпочитаем соблюдать. Представьте, если бы мы просто пригласили бы вас на встречу в офис и там, совершенно официально предложили бы вам заработать миллиард? А Андрей Андреевич помогает создать определенный психологический настрой. Разве не так?

Сергей вынужден был признать, что так.

— Вы видите, я откровенен с вами, — продолжал Крохин, — прежде чем говорить о делах, я готов ответить на ваши вопросы, если, конечно, они у вас есть.

Сергей с первых минут разговора понял, что имеет дело с профессионалом-психологом. Он не замечал признаков прямой манипуляции, но все его попытки прощупать реакции собеседника оказались безуспешными. Поэтому Сергей отказался от дальнейших попыток перехвата инициативы, следуя направлению беседы, устанавливаемым Крохиным.

— Конечно же, у меня есть вопросы. Я надеюсь, они не покажутся вам некорректными?

Крохин утвердительно кивнул.

— Спасибо. Итак, кто вы, Евгений Евгеньевич? Я имею в виду не вас лично, а вашу компанию?

— Вопрос ожидаемый и справедливый. Я представляю группу международных финансовых институтов, имеющих в настоящее время интересы в России. Я являюсь одним из руководителей этой группы. Я — человек публичный, и вам не составит труда по своим каналам проверить мою личность, факты моей биографии и мою кредитоспособность.

— Хорошо, — сказал Сергей, — для первой встречи это вполне достаточно. Тогда второй вопрос — почему я? Я могу оценить ваши возможности хотя бы по копиям документов, которые я видел в моем офисе. Чем же могу быть вам полезен я лично? И, откровенно, в нашей компании мы работаем паритетно с партнером. Я не хочу внушать лишних иллюзий, поэтому вынужден сообщить, что именно он разрабатывает финансовые схемы.

— Благодарю за откровенность, — Крохин был совершенно не обескуражен, — но вы не сообщили ничего нового. Дело в том, что у нас есть великолепные стратеги. Великолепные. У нас есть переговорщики, которые заставят собеседника голым сплясать на столе. Но нам нужен тактик, имеющий опыт реализации такого рода проектов. Здесь, в России. К тому же, обладающий целым набором специальных психологических характеристик.

— Вы исследовали мои психологические характеристики? — с искренним удивлением спросил Сергей.

— А как же? И так получилось, что из десятка предварительно отобранных кандидатур, ваша оказалась наиболее подходящей.

— Приятно слышать.

— Очень хорошо. Ну, теперь я хотел бы предложить вам просто ознакомиться с бумагами, профессионалу вашего уровня все будет понятно, — Крохин положил перед Сергеем тонкую пластиковую папку. — Я вас оставлю минут на пятнадцать, посмотрите, подумайте. Еще кофе?