Анатолий Нейтак - Падшая звезда

— Далее она сообщила, что ты бежала из храма, — мрачно продолжал Гред. — Затем до нашего сведения был доведён тот факт, что за тобой отправился один из жрецов-охотников… забыл, как эта каста называется. И что охотник этот тебя настиг, поймал, а поймав, одел на тебя магический ошейник, подавляющий волю. Но, сказала Игла, для волнения нет причин, потому что она лично укоротила жрецу-охотнику его верхние конечности и забрала тебя в безопасное место. Поскольку одной из первых твоих просьб после снятия ошейника была горячая просьба обучаться магии, желательно — под руководством спасительницы, Игла решила, что безопасным местом вполне может стать город Энгасти в мире Аг-Лиакк.

— Под занавес, — сказал Хилльсат, — нам было велено прекратить вести себя по-свински, наведаться к тебе в гости и передать привет. С уверениями в том, что немедленно по окончании неких таинственных дел, не позволяющих ей отлучаться из родного мира на сколько-нибудь значительный срок, Игла обязательно появится в Энгасти сама — на пару месяцев как минимум.

— И вот мы здесь, — закончил Гред.

— То есть Эйрас лгала, когда говорила, что выручила меня по вашему поручению?

— Нет. Это сложно объяснить, но мы действительно попросили её избавить тебя от… общества жреца-охотника.

— После того, как меня уже от него избавили?

— Видишь ли, — сказал Гред, — Игла — особенное существо. До нашей с ней первой встречи она была едина в двух лицах. Первое: человек, маг. Второе: нежить, дракон. А потом, с подачи Лицедея, который показал ей дорогу к Обители, она приобрела третье… лицо.

— Да?

— Да. Её третье лицо — Амазонка, бродячий аколит Обители.

— И что из этого следует?

— Много разного, Терин. Очень много разного. Вот ты нам рассказывала, какие возможности открывает прилежному ученику наречие древних тианцев. Смею заверить, изучение Бесконечного наречия, которым мы с Гредом занимаемся в Обители, предоставляет гораздо больше… возможностей. Даже на нашем, не самом скромном уровне старших послушников. Что же касается Амазонки, то она, будучи аколитом, вполне способна воспринимать будущее как прошедшее, а уже случившееся — как то, что ещё должно произойти.

— Даже боги не могут сделать не бывшее бывшим, — сказала Терин осторожно. — Это аксиома. Да что боги! На такое, наверно, не способны даже риллу!

— Не знаю, как насчёт богов, — очень серьёзно ответил Гред, — а вот аколиты это могут. В определённых пределах, само собой.

— Когда мы в первый раз явились в башню Темриза, — подхватил Хилльсат, — мы с большим трудом прорвались в алтарный зал, с ещё большим трудом убили хозяина, сняли нашу сестру прямо с алтаря, но донести до дома мы бы её не успели. Она…

— Плоха она была, если без деталей. Целительные эликсиры заканчивались. Да и помогали они, прямо скажем, не сильно. А мы сами… в общем, мы — спецы по части отнятия жизни, а не наоборот. И тогда нам пришла в головы тёмная идея: позвать на помощь Иглу. Мы ведь знали, что она — именно целитель… помимо прочего.

— Так вот, после того, как она появилась, она Запела неблагоприятный вариант прошлого в подробный сон. А явью стал тот вариант, который мы тебе уже изложили.

— В общем, — закончил Гред, — с тех пор мы с братом на некоторые вещи смотрим не так, как обычные старшие послушники. Например, есть у нас обоснованное подозрение, что среди Основателей Обители затесался риллу… может, даже не один. Но для того, чтобы обсуждать такие темы всерьёз, у нас квалификация не та. Попробуй расспросить свою наставницу.

— Обязательно, — сказала Терин. После чего развернулась и пошла назад.

— Эй, ты чего?

— А того, братцы, что из-за наших стр-р-рашно увлекательных бесед мы промаршировали мимо моего дома. И теперь нам придётся возвращаться!

У калитки их ждали.

— Знакомьтесь. Мои двоюродные братья со стороны матери: Гред, Хилльсат. Мои сокурсники, будущие целители: Кйеррис Стрелок, Лойд Стаксель. Ну, вы общайтесь, а я пока приготовлю что-нибудь на тему выпить-съесть.

— Добрый день, — сказал Кйеррис, когда Терин скрылась в доме, и не без любопытства оглядывая близнецов снизу доверху и сверху вниз. — Заранее прошу прощения, если этот вопрос покажется невежливым, но "двоюродный брат" — это не профессия. Кто вы?

— Можете считать нас воинами Обители.

— Сразу должен предупредить, — добавил Гред тоном извиняющимся, но одновременно непреклонным. — На вопросы, касающиеся Обители, мы отвечать не будем.

— Понятно. Что ж, настаивать не стану. Вы надолго в Энгасти?

— Пожалуй, нет. Вот убедимся, что сестричку никто не обижает, и двинемся обратно.

На слове "обижает" глаза Лойда округлились, а Стрелок мимолётно усмехнулся.

— А на каком корабле вы приплыли?

Близнецы переглянулись.

— Вообще-то мы притопали своим ходом.

— Это как? По морю пешком?

— Нет. Через Межсущее. У вас тут буквально в часе ходьбы от черты города кольцо менгиров, "якорь" выхода. Очень удобно.

— Ага, — сказал Кйеррис. — Значит, всё-таки иномиряне.

— Не слишком ли поспешный вывод? — нахмурился Гред. — Через Межсущее и в пределах одного мира много путешествуют…

— С учётом недомолвок, которыми кормила нас Терин — нет, не слишком.

Близнецы снова переглянулись.

"Похоже, мы прокололись".

"Мы-то — ладно. Пришли и ушли. А вот малышка…"

"Нить забвения обоим?"

"Сперва посоветуемся с Терин. Она отнюдь не дурочка. Если бы она не хотела, чтобы парни были в курсе хоть минимально, не было бы никаких недомолвок".

"Думаешь, ей удалось бы врать будущим магам? Они ведь не стихийники и не алхимики, от хорошего целителя до менталиста — полшага…"

"Врать не обязательно. Достаточно молчать".

— Что, прикидываете, где ловчее прикопать наши хладные трупы? — фыркнул Стаксель.

— Таинственные исчезновения вызывают настойчивые расспросы, — ответил Гред. — Нет. Мы прикидываем, как обеспечить ваше молчание.

— И напрасно, — сказал Кйеррис. — Может, внешне мы похожи на раздолбаев… может, мы и есть сущие раздолбаи, особенно в сравнении с Терин, с её-то маниакальным стремлением знать всё и всё уметь. Но мы вовсе не хотим, чтобы из-за наших длинных языков до неё добрались служители Пятиокого.

— Похвальная сознательность.

— Это не только сознательность, это ещё и профессиональная этика. Кодекс целителей не такой жёсткий, как у обычных врачей, но понятие конфиденциальности нам знакомо.

"Дети", — подумал Хилльсат.

"Будущие маги", — поправил Гред. "И лично мне их позиция симпатична".

"От охочего до чужих тайн менталиста их "позиция" — защита так себе".