Керк Монро - Тени Ахерона 1. Тени Ахерона

Чем дальше — тем страннее. Поселок, расположившийся под защитой замка, вовсе не походил на обыкновенную деревню в предгорьях. Дома не бревенчатые, а каменные, хотя строевого леса вокруг предостаточно, обитатели селения выглядят скорее как городские гильдейские мастеровые, а не как крестьяне, ощущается запах угольного дыма, звенят молоты в кузнях, люди выглядят слишком деловито…

Ограды вокруг поселка не было, даже застава на въезде не обнаружилась. Только подъехав ближе к центру деревни, над которым возвышался тонкий шпиль маленького митрианского храма, на нас обратили внимание. На дорогу (мощеную, вообразите!) вышел здешний обитатель, уткнул руки в бока и воззрился на дорогих гостюшек.

— Кто, откуда? — привычно прогудел бородатый месьор, одетый в ярко-синее блио гербовой расцветки Ройла.

— Конан Канах, король Аквилонии, — кратко ответил я, как всегда выполняя обязанности герольда. Разводить лишние церемонии совершенно не хотелось. — С визитом к его светлости маркграфу.

— Как же, извещены… — бородач почтительно поклонился, потом обернулся и рявкнул: — Эй, там! Примите лошадей у государя Конана и свиты!

Конюхи будто из-под земли выпрыгнули. Мы спешились и забрали остатки вещей, которые были спасены во время бегства от ревенанта. Впрочем, нетяжелые дорожные мешки тотчас подхватил бородатый.

— Идемте к подъемному механизму, — сказал он. — Иным способом в замок попасть невозможно, уж прощенья просим за неудобство.

— Подъемный механизм? — наклонила голову Зенобия. — Иштар Милостивая, благодарю тебя! Я-то полагала, что придется ноги на камнях ломать.

— Не извольте беспокоиться… э… благородная дама, все предусмотрено.

— Обращайся к госпоже «ваше королевское величество», — важно сказал я. — Перед тобой королева!

— Королева, значит? — наш проводник взъерошил пятерней черную разбойничью бородищу. — Извиняйте, у нас тут по простому, к столичным куртуазиям не приучены. С позволения достойнейших месьоров — я Эгар, конюший их светлости маркграфа. Идемте, покажу дорогу…

Чудо механики представляло из себя довольно широкую дощатую платформу, огороженную по краям перилами, достигавшими высоты пояса. Толстые канаты, привязанные по углам, уходили в непостижимую высоту. Наверное, падать оттуда будет неприятно.

— Эта штука надежна? — обеспокоено спросил я, с недоверием ступая на доски. — Не сломается?

— Двести лет как не ломается, только канаты да блоки раз в год меняем, — насквозь безмятежно ответил месьор Эгар. — Каждый день пользуемся и ничего, живы. Поехали?

Он звякнул в укрепленный на отдельном столбике колокольчик, канаты натянулись, и квадратная платформа медленно поползла вверх.

Добро пожаловать в замок Ройл!

Глава четвертая

Хозяева и гости

5-6 дни первой осенней луны 1296 г.

Замок Ройл

— Вы позволите войти, милорд?

— Называйте меня «господин барон».

— Как вам будет угодно, господин барон. Его светлость маркграф Ройл распорядился, чтобы во время вашего пребывания в замке я исполнял обязанности камердинера месьора Халька Юсдаля.

— Вот как? Что ж, замечательно… Как вас зовут?

— Джигг, господин барон. К вашим услугам.

Я уставился на внезапно объявившегося камердинера, пытаясь установить, что это за фрукт. Месьор Джигг имел три с половиной локтя от пяток до макушки, сиречь был роста среднего, чуть полноватую приятную физиономию, умные темно-карие глаза и короткие волосы, расчесанные на прямой пробор. Одевался он скромно — черный суконный колет, украшенный крошечной вышивкой слева на груди: на синем гербовом щите голова мыши. Это была эмблема Ройла.

— Какие-нибудь приказания, господин барон? — ненавязчиво напомнил о себе Джигг.

— Нет, благодарю… Впрочем… Джигг, замок хорошо охраняется?

— Я имею все основания гарантировать вашу безопасность, господин барон.

— Понимаете, в пути с нашим отрядом случилась большая неприятность…

— Это очень огорчительно, господин барон. Я знаю о происшедшем. Позвольте выразить вам свое сочувствие.

— Знаете? Откуда?

— Его величество Конан Канах в весьма ярких и экспрессивных выражениях обрисовал случившееся командиру гарнизона замка. Я при этом присутствовал.

— Ясно… Когда, говорите, вернется маркграф?

— Не ранее, чем к утру, господин барон. Поверьте, приняты все необходимые меры, чтобы в замок не проникли посторонние.

— Неужели вы и впрямь пользуетесь только подъемным механизмом? Никаких лестниц, ходов ведущих вниз?

— Мы привыкли, господин барон. Так было спокон веку.

— Но каким, в таком случае, образом был построен этот дворец? Столь огромные каменные блоки невозможно затащить на отвесную гору при помощи какого-то подъемника!

— В прежние времена, господин барон, существовала дорога, ведущая к подножию скалы. Она была завалена во время осады замка немедийскими войсками.

— Понятно. В таком случае, принесите мне холодного мяса, кувшин вина и ваших замечательных пшеничных лепешек.

— Будет исполнено, господин барон. Вы позволите мне взять ваше платье, чтобы к утру почистить?

— Разумеется…

— Другие распоряжения, господин барон?

— Нет, идите.

— Слушаюсь, господин барон.

Джигг бесшумно исчез за дверью.

Данная беседа происходила в отведенной мне комнате на втором этаже замка Ройл, хотя слова «второй этаж» в данной ситуации звучат чистейшим эвфемизмом. Стоит распахнуть ставни и выглянуть в узкое окно, вам станет понятно почему. Лично я, решив полюбоваться до заката здешними красотами, немедленно схватил жестокое головокружение — настолько было высоко. Такое впечатление, что смотришь на мир глазами коршуна из самого поднебесья. В принципе, так оно и есть — от моего уютного обиталища до земли было не меньше, чем две тысячи локтей.

Нас прекрасно приняли, однако вышедший встречать дорогих гостей каштелян замка осведомил Конана, что его светлость маркграф «уехал в горы по неотложным надобностям» и объявится в родовом гнезде скорее всего завтра утром. Засим нас проводили в комнаты, предложили воспользоваться купальней, в которой (о, радость!) даже была вскипяченная вода, после чего управитель замка предложил королю и остаткам его свиты отужинать — дело подходило к вечеру. Потом Конан отпустил капитана Вилькона спать — у графа начала сильно болеть голова, а сам пошел проверять здешнюю стражу, вполне обоснованно опасаясь возможного визита ревенанта.