О. Шеремет - Вне времени

— Архимаг, у тебя есть обязанности.

— Значит, я больше не буду Архимагом! — я вывернулся, услышав неприятный хруст в плече. — Оставь меня.

Сетх отступил, не веря своим ушам. Но, сумрачный, не помешал мне уйти в сияющую раму портала.

ЛАЭЛИ

Небольшого труда стоило нам пробраться в библиотеку Настоятеля — сам он присутствовал, как обычно, на общей вечерной службе. Высматривал новую глупенькую и восторженную монахиню — пришло мне на ум. Неловко поежилась, напомнила себе, что всё это — прошлое. В настоящем был Алхаст, который не видел сны: и помочь ему могла книга, стоявшая на полке среди многих своих товарок. Шепотом объяснила Зармике, как выглядел нужный том, и мы приступили к поискам.

Дроу, поднявшись на цыпочки, стащила с верхней полки кипу книг, и не могла сдержаться, чихнула, вдохнув слой пыли.

— Кто здесь? — раздался испуганный голос — нежный, почти детский.

Мы замерли. В проеме двери стояла девушка, юная, не старше семнадцати лет. Кудрявые светло-русые локоны обрамляли её круглое личико, курносое, сероглазое. Неужели она и есть — та самая, глупенькая и восторженная?..

Девушка подозрительно оглядела книги, лежащие на полу, пожала узкими плечиками. На ней была одета только тонкая белая рубашка, босые ноги утопали в темно-коричневом ковре. Низкий лоб говорил о небольшом уме…. а смелые глаза — о нетяжелом поведении. Впрочем, она казалась вполне довольной жизнью. Я затаила дыхание, глядя вслед.

"Лаэли?" — голос подруги пробился в мои смущенные мысли. — "Что-то не так?"

"Я… я просто не понимаю. Это лицемерие или наивность? Люди, которые уходят в монастырь, но так легко отдаются порокам, которые клеймят прилюдно… Это касается не только Церкви, впрочем."

Зармике, однако, не слишком волновали проблемы морали: она отогнала их одним только нетерпеливым фырканьем.

"Если будешь всё понимать, станешь слишком умной, и Алхаст от тебя сбежит. Давай лучше продолжим искать книгу."

Но мысли о русоволосой девушке никак не желали покидать меня. Когда мы нашли нужную книгу, я попросила зармике переписать чары, а сама пошла в соседнюю комнату, куда ушла нынешняя фаворитка Настоятеля. Без колебаний скинула Мантию Отвлечения, громко постучала по дверной раме.

Девушка, лежавшая на широкой кровати, села, не слишком испуганная. Скорее удивленная.

— Привет, — я примостилась на краешек постели. — Как дела?

— Хорошо, — ответила девушка. — А ты кто?

— Лулу. А ты?

— Ай(1), — она поджала под себя длинные ноги. — Что ты здесь делаешь? Ты монахиня?

— Бывшая. По правде говоря, это занятие не по мне.

Я вглядывалась в её большие серые глаза, лучистые, ясные. Зачем мне это надо?

— И не по мне, — заулыбалась Ай. — Все молитвы — ерунда. На месте Бога я бы чокнулась со скуки, выслушивать их.

— Тогда что ты здесь делаешь?

Она закинула голову, потом с отсутсвующим видом пожала плечами.

— Живу. До этого в бродячем цирке, помогала по мелочи… Еще до этого на ферме жила, с предками. Но там вообще никакой жизни.

— А здесь? — я уже потеряла интерес к этой девчоке, приподнялась, готовая уйти.

— Здесь тепло, есть еда и мужчина. Разве еще что-то нужно? — розовые губы Ай раскрылись в наивной и светлой улыбке — и мне захотелось бежать оттуда, сломя голову…

Амур ждал нас у выхода, явно нервничая.

— И трех лет не прошло, — пробурчало милое дитя, встретив нас. — Нашли?

Я помахала перед его носом листком бумаги.

— Спасибо, Амурчик, ты нам о-очень помог. Ну просто ужас как. Чем мы можем тебя отблагодарить?

— Отблагодарить? — малыш задумался.

— Хочешь, я тебя поцелую? — мурлыкнула Зармике, для пущего эффекта зажигая в глазах красные огоньки инфразрения.

— Идите вы! — между нами непреодолимой преградой встал лук, дрожащий в неверных руках.

Мы расхохотались, и Зармике, помахав малышу, отошла в сторонку, чтобы открыть портал. Я всё еще берегла те крохи сил, что сумела накопить благодаря куче амулетов, которыми обвешалась, будто спятившая новогодняя ёлка. Присела на корточки, протянула руку Амуру. Тот пожал её, всё еще с опаской, но явно гордый собой.

— Если тебе понадобится помощь сумасшедшей, зови.

— Только приходи одна, — не без дрожи в голосе попросил дух любви, вызвав хихиканье у подслушивающей Зармике (как же без этого). — Твои чернокожие друзья меня смущают.

— Как меня они смущают, ты бы знал! — доверительно сообщила малышу, заставив его чуть покраснеть.

Довольная произведенным эффектом, я последовала за однокурсницей. Сегодня все лягут спать рано — перед курсовой, положив под подушку материал разной степени готовности. Моя участь иная: напившись до икоты черным кофе и вставив спички в глаза, разбираться с чарами, позволяющими гулять по чужим бредовым сновидениям.

А потом займусь любимым делом — поиском неприятности на вторые девяносто. Ну, девяносто три, если быть совсем честной.

ДАРМ'РИСС

Портал я открыл вполне сознательно — у западных границ Города Мира, сразу за воротами. Наверное, мне совсем некуда идти, раз уж я оказался здесь.

Тоннель, освещенный несколькими тусклыми мячиками света. Плечо саднило, хотя вывих я вправил. Каждый шыг был резче и быстрее предыдущего — под конец я уже бежала, не осознавая, что Зеркало зовет своего Стража. Казалось — в его прохладной глубине можно найти спасение от всего, что гложет сердце.

Выбежал, задыхаясь, в пещеру. Оно встретило меня морщинистой ухмылкой — всё в трещинах, новые появляются каждую секунду, даже сейчас, когда я смотрю на него.

Ещё шаг.

У меня нет сил сопротивляться… Да и зачем?

Мировая Бездна. Я закрыл глаза, подчиняясь её голосу.

Резкая боль обожгла щеку — будто пощечина, горькие вопосимнания о том, что я считал себя сильным. Как же! Архимаг… Странно, но эта издевательская мысль придала силы: открыл глаза. Но остановиться уже было невозможно: Зеркало требовало последнюю жертву, чтобы впустить в этот мир Небытие.

Я почувствовал себя увереннее, замотал головой.

— Ну нет, не выйдет… — зкашлялся. Чем ближе к Зеркалу, тем гуще и зловонней становился воздух. Не хватает кислорода — еще немного, и я потеряю сознание. — НЕ ВЫЙДЕТ!

Потянулся рукой к уже разорванному воротнику, нащупал на груди простенький амулет: треугольник с линиями ртути, темный амулет регенерации. Его отдала мне Лаэли в самом начале учебного года, и теперь я черпал силы из её надежд и моих сомнений…

Поздно. Мгновенная вспышка, последний торжествующий треск. Словно во сне, наблюдал, как осыпается снежная пыль осколков. Успею поставить щит?