Владимир Моисеев - Боконист

– Не знал, что ты циник! А если предположить, что Крупьевскому о нас напомнила Светлана, она, кстати, главный менеджер в этом банке.

– Увидел девицу и, естественно, растаял, и вот уже твоя хваленая способность к анализу на нуле. Вспомни, как ты оказался на этой презентации. Ты потерял работу при весьма странных обстоятельствах, пора это понять. Произошла твоя отставка внезапно, без видимых причин и веских оснований, взаимные уступки исключались, документы тебе выдали уже через полчаса и полный расчет произвели мгновенно, ни о каких двух неделях и речи не шло… Не находишь, что здесь не все в порядке?

– О чем ты, собственно?

– Я думаю, что твоему шефу приказали уволить Кларкова. И он поспешил приказ выполнить, потому что не выполнить его никак не мог, надо полагать, обратились к нему очень серьезные люди.

– Да ну тебя.

– Продолжаю. А мой шеф, в свою очередь, получил приказ уволить Махова. Мое увольнение, как две капли воды, похоже на твое. Тебя это не удивляет?

Раздался телефонный звонок. Виктор вздрогнул, но трубку взял.

– Алло.

– Виктор, это ты? Еще не спишь? Прости, но я не могла не позвонить.

– Светлана?

– Виктор, я приеду к тебе сейчас же…

– Погоди…

Виктор прикрыл трубку рукой и обратился к Махову:

– Это Светлана, она хочет приехать…

– Ни в коем случае… Нельзя.

– Но послушай…

– Ни в коем случае!

– Светочка, сегодня никак. Но завтра я тебе позвоню, у меня есть номер твоего телефона, и мы обо всем договоримся. Хорошо?

– Но я не могу ждать, нам надо поговорить, я должна тебя видеть.

– Завтра, Светик, завтра.

– Почему завтра? Мне отлично известно, что у тебя никого нет. Жена бросила тебя, ты один. Я знаю это…

– Завтра, Светик. Давай решим все утром. Хорошо?

Он положил трубку и сурово посмотрел на Махова.

– Твои фантазии стали опасными, ты посягнул на мою личную жизнь.

– Неужели сама позвонила? – глухо спросил Махов. – Плохо. Получается, что дела наши еще хуже, чем я думал. Ишь, как их распирает!

Махов понял, что оставлять Виктора в неведении до утра нельзя. Кто его знает, как события будут развиваться дальше. Не исключено, что стремительно. И он решил рассказать о своих приключениях, впрочем, дал себе слово сделать это как можно мягче, не акцентируя внимание на самом страшном. Ему самому до ужаса хотелось услышать от Виктора в ответ: "чепуха, приятель, чушь собачья!" Но сначала надо было заставить себя говорить вслух – что само по себе было невыносимо трудно. Махов представил, как он выкладывает Виктору правду, ничего не умалчивая, а у того начинается истерика…

– И все-таки, что ты там разузнал? – спросил Виктор, заметив, что друг колеблется.

– В двух словах не расскажешь. Надеюсь, что прямого отношения к презентации моя история не имеет. Хотелось бы надеяться.

– Что-то важное?

– Я же сказал – не знаю!

– Что-то личное?

– О личном, особенно, о твоем личном, я бы сразу проболтался, ты же меня знаешь. А тут, если бы не нужда, ни за что бы не рассказал.

– Почему? И хватит изворачиваться, если помнишь, это ты притащил меня на растерзание к Крупьевскому, так что, выкладывай все до конца!

– Не хочу – но деваться некуда. Уж очень настойчивы твои новые старые друзья. Я кратенько, хорошо? Если тебя заинтересуют детали – я отвечу на вопросы. Итак, я незаметно выскользнул из зала, поднялся на второй этаж и после непродолжительных поисков оказался в Светкином кабинете…

"… Махов от души хлопнул Виктора по плечу, словно попытался таким образом передать хотя бы часть своей озабоченности, и направился к стойке бара. Он не исключал, что за ним следят и поэтому старался выглядеть естественно. Он заказал пепси-колу и стал внимательно всматриваться в лица финансистов и их спутниц, стараясь выявить наблюдающих за ним или за Виктором людей. Однако, его присутствие у стойки никого не заинтересовало. А вот на Виктора немедленно клюнули. Махов с удивлением обнаружил, что к его другу подплыла эффектная девица, отдаленно напоминающая Светлану Капустину, их бывшую однокурсницу. Неужели и она трудоустроилась в фонде? Прямо-таки вечер встреч! Капустина вела себя исключительно напористо и, это было видно даже издали, они быстро нашли общий язык.

В результате Виктор чуть ли не бегом бросился к стойке бара за шампанским.

– Ты что это затеял? – Махов попытался вразумить друга.

– У меня все в порядке: общаюсь, веселюсь. Потом поговорим…

– Экий попрыгунчик, – с неодобрением отметил Махов.

Виктор нашел себе занятие. Теперь можно было действовать самому.

Махов стал медленно продвигаться к выходу из зала. Разгадку презентации можно было получить только в рабочих помещениях, это было понятно. Стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, он проскользнул мимо охранника, который на него не отреагировал, беспрепятственно прошел по коридору и стал неспешно подниматься по широкой мраморной лестнице, где-то там наверху располагались служебные кабинеты руководства, в которых наверняка можно будет обнаружить нужную информацию.

– Куда это вы?

Махов вздрогнул. Он так увлекся наблюдением за возможным преследованием и не заметил, что едва не наскочил на охранника, расположившегося на втором этаже.

– Я ваш гость. Приглашен господином Крупьевским и госпожой Капустиной на презентацию, – стараясь выглядеть уверено, сказал Махов. – Разве вас не предупредили, что возможны переговоры?

Он с удовлетворением отметил, что нечто подобное охраннику сообщали.

– Светлана Николаевна назначила мне встречу в кабинете… э-э? Подождите, у меня должно быть записано, – Махов сделал вид, что ищет свою записную книжку.

– Ваша фамилия?

– Зачем это? Не скажу, – ответил Махов. – Моя фирма не хотела бы афишировать факт переговоров!

– Это ваше право, – ответил охранник. – Вас просили направить в кабинет "245". Пройдите прямо по коридору и справа увидите дверь с табличкой "Главный менеджер".

– Спасибо, мой друг, – от души поблагодарил его Махов и поспешил в указанном направлении.

Дверь кабинета оказалась открытой. Махов огляделся, и рискнул проникнуть внутрь. Свет был включен, он с удовлетворением отметил, что помещение укомплектовано со знанием дела – ковровое покрытие, специально подобранная мебель, новейший компьютер, факс-модем, ксерокс, согласованное с медиками освещение.

На громадном письменном столе одиноко лежала папка с бумагами. Это было удивительно и вызывающе – увидеть в этом забитом офисной техникой обычную папку с тесемочками…

Махов не удержался и открыл ее, он не исключал, что содержимое папки поможет ему разгадать смысл этого странного приглашения и перспективы получения работы.