Карен Монинг - В оковах льда

Раньше она была такой же, как Кэт — вся из себя уравновешенная и осторожная при принятии решений, и резкого словца не дождешься.

— Я убью тебя, ты ублюдок, отвали от меня! — плюется она — Отпусти! Убери от меня свои лапы, сукин ты сын!

Риодан приковывает ее рядом со мной. Джо пытается освободиться, но она — как муха, бьющаяся об оконное стекло, все норовя выбраться наружу. Когда и так ясно, что ей этого не добиться.

Я зыркаю на нее:

— Какие еще будут блестящие идеи, Джо? Попробуй в следующий раз принеси пару младенцев для пыток.

Она яростно дергает свои цепи. Мы прикованы к каменной стене.

— Удачи в этом. — Если я со своей суперсилой не смогла их разорвать, то у нее просто нет шансов. Похоже, на железо наложены какие-то заклинания. Думаю, у него тут все заколдовано. Хотела бы я знать, где он всему этому научился, чтобы подписаться на ускоренный курс. Если я здесь уже три дня, то должна бы быть грязнее, чем сейчас. Как он удерживал меня без сознания все это время? Ввел в какой-то транс? Мне реально нужно в сортир.

— Я пыталась помочь, — выдыхает она.

— Тогда просто жахнула бы бейсбольной битой меня по башке. Чтобы избавить от страданий. — Я могла бы продержаться вечность, пока она не пришла и не преподнесла себя Риодану на блюде в качестве орудия против меня.

Риодан стоит перед нами, ноги широко расставлены, руки скрещены на груди. Он большой парень. Интересно, она знает, что у него есть клыки. И вообще, что он такое. Любопытно, почему Джо так уставилась на него. Она ненавидит его.

Отбросив бессмысленное любопытство, я перехожу к сути. Откладывание дел в долгий ящик — третий пункт моего Списка Глупостей. Раз уж все равно находишься там, где тебе быть не хотелось, и делаешь, что тебе не хотелось, с той лишь разницей, что впустую тратишь время между этими периодами, когда все это время мог сделать что-то веселое. И что еще хуже, что ты все это время остаешься в стрессовом состоянии с паршивым настроением, когда можешь этого избежать. Если знаешь, что что-то все равно неизбежно — так сделай это, и покончи на этом. Двигайся дальше, ведь жизнь так коротка.

Если он начнет пытать Джо, я буду сломлена.

И я это знаю.

Как и он.

Следовательно, пытать ее — бесполезная трата времени. Его. Моего. Ее.

— Что ты собираешься со мной делать, Риодан? — спрашиваю я.

— Время покажет, Дэни.

— Чутка глуховат? Я сказала: чего тебе от меня нужно?

— Ты задолжала мне компенсацию.

— Чувак. Колючий кустик давно готов[17]. Долго ты собираешься вокруг него скакать?

— Сколько живу, детка, но никогда еще не слышал, чтобы настолько коверкали английский язык.

— И сколько же? — спрашивает Джо.

Я зеваю, нарочито широко растягивая рот.

— Щаз начнут хоровод. А я буду кустик изображать. — И жестами показываю, словно у меня по всему телу торчат колючки.

Он задумчиво прищуривается. Будто не может решить, что со мной делать. Это нервирует. Вроде тут и так все понятно: он хочет нанять меня на работу. Понятное дело, он же не такой способный, как я, поэтому так и быть, я его выручу.

— Я исследую твою маленькую ледяную головоломку, Риодан. Я втисну это в верхние строчки списка моих приоритетов. Расковывай нас уже.

— Теперь все не так просто. Ты, блядь, все так усложнила, решив публично бросить мне вызов. Кто делает это — не жилец.

— Пока дышу — замечаю я.

— Можно воздержаться от всех этих «блядей» при ней? Ей едва тринадцать исполнилось, — вставляет Джо.

— Четырнадцать, — раздраженно поправляю я.

— Мои люди хотят твоей смерти. Они настаивают на драматичной казни прямо здесь, в клубе. Говорят, что это единственный способ, успокоить покровителей Честера.

— Всегда мечтала о славе, — вздыхаю я. — Может нам стоит запустить парочку фейерверков, как думаешь? Вроде, на старой заправке в  О'Клер они еще должны были остаться.

— Никаких казней, — возражает Джо. — Она всего лишь ребенок.

— Никакой я тебе к хренам не ребенок. Думаю, что еще при рождении я уже такой не была.

— Я сказал им, что ты можешь оказаться полезной, — продолжает Риодан, — что я могу тебя контролировать.

Я свирепею и громыхаю цепями. Никто меня не контролирует. Никто.

— Они говорят, ты никогда ни перед кем не отчитываешься. Даже Бэрронс против меня.

Кто бы сомневался, что ТП попросит его передать Риодану прикончить меня. Или позволить ей сделать это самой.

— Восемь против одного, — заключает он.

— Восемь против двоих, — встревает Джо. — А если учесть ее сестер ши-видящих — а тебе бы лучше учесть — то это — восемь против тысяч.

— Ваша численность серьезно сократилась за последнее время, — говорит Риодан.

— По всему миру нас более двадцати тысяч.

— Не знала, — говорю я, обращаясь к Джо. — Интересно с чего бы?

Затем повернувшись к Риодану, обращаюсь к нему: 

— Чувак, прикончи меня или освободи.

— Если убьешь ее, — шипит Джо, — пожалуй, вызовешь гнев каждой ши-видящей в мире. Они откроют на тебя сезон охоты. Дэни — легенда среди нас. Мы не потеряем ее.

— Если я решу убить ее, — отвечает Риодан, — никто никогда не узнает, что случилось с вами обеими.

Я моргаю, и снова и снова мысленно проигрываю то, что сейчас сказала Джо, но не могу этим наслушаться.

— Че правда? Легенда? Я та, которая на устах всего мира? Скажи это еще раз! — Я горжусь собой. Я и понятия не имела об этом. В конце концов, может в моем теле еще осталось немного самодовольства. Я развязно выпячиваю бедро.

— Отпусти ее, — говорит Джо Риодану. — Я останусь вместо нее.

— Ни хрена ты не останешься! — взрываюсь я, позабыв о самодовольстве.

— Ты предлагаешь остаться. Прикованной. Со мной. В обмен на нее. — На губах Риодана играет улыбка.

— Если я останусь заложницей, она будет паинькой.

— Ни хрена ты не останешься! — повторяю я, потому что никто не отреагировал, например, повинуясь мне. Или, в конце концов, уделив мне хоть каплю внимания.

— Я не забыл, что ты сделала с моим мобильником, ши-видящая, — говорит Риодан.

— Ты сделал снимки наших владений. А это частная собственность, — парирует Джо.

— Ты на моей территории. Это частная собственность.

— Я ничего не снимаю. Я пришла, чтобы забрать то, что принадлежит нам. Кое-что, на что ты не имеешь никаких прав.

— Я не кое-что. И я не ребенок, — возмущаюсь я.

— Она не имела никаких прав убивать посетителей моего заведения. Ее предупреждали. Неоднократно.

— Ты же знаешь, как она слушает. Тебе не следовало приводить ее в клуб и оставлять без присмотра с мечом. Как ты мог оказаться настолько глуп?