Лорд Дансени - Дочь короля эльфов

Утром по хрустящей от мороза траве Орион снова прокрался в дом Ота, а старая колдунья хоть и знала об этом, все же не стала звать его обратно, так как никакое ее волшебство не могло обуздать человеческой любви к странствиям. Не могла Жирондерель и удерживать дома его тело, так как душа Ориона рвалась в леса. Из любых вещей колдуньи всегда предпочитают те, в которых больше непонятного и таинственного. И вот мальчик один явился к Оту и прошел через сад, где на побуревших черенках стояли мертвые цветы, лепестки которых превращались в слизь при малейшем прикосновении.

На этот раз Орион застал Ота в прекрасном расположении духа и посчитал, что теперь-то ему не откажут. Охотник уже собирался уходить – еще час, и они бы разминулись. Когда мальчик вошел в его хижину, тот как раз снимал со стены лук; в мыслях От уже давно странствовал где-то в лесах. Так что, когда Орион принялся упрашивать взять его с собой, охотник не смог ему отказать.

Посадив Ориона к себе на плечо, От стал подниматься от селения к возвышенности. Многие жители Эрла видели, как они уходили: От с луком в руке, в мягких бесшумных сандалиях, и маленький Орион на его плече, завернутый в шкуру молодого оленя, которую дал ему охотник. Когда деревня осталась позади, Орион поглядел на удаляющиеся дома и обрадовался, потому что еще никогда ему не приходилось бывать так далеко от селения. Когда же перед ним распахнулись дали возвышенности, он почувствовал, что это уже не просто прогулка, а целое путешествие.

И вот далеко впереди появился торжественный и темный зимний лес, наполнив Ориона восторженным трепетом. От повел мальчика под полог этого леса, в его таинственную тьму и неподвижность.

Так тихо и осторожно вошел От в лес, что даже зоркие дрозды, что расселись по ветвям и стерегли покой чащи, не взлетели при его приближении и лишь лениво крикнули, а потом напряженно прислушивались, так и не поняв, нарушил ли прошедший мимо человек очарование спящего леса или нет. В это очарование, в этот синеватый полумрак и глубокую тишину медленно вступил охотник, и на его лице появилось выражение сосредоточенности и серьезной торжественности. Бесшумно ходить по лесам было его работой, которой он занимался всю жизнь; вот почему он приблизился к лесу, словно человек, идущий навстречу своей заветной мечте.

Вскоре От опустил мальчугана на бурый папоротник-орляк, а сам пошел вперед один. Орион следил за охотником, уходившим от него с луком в левой руке, до тех пор, пока тот не исчез в чаще, бесшумно растворившись среди стволов и ветвей, словно тень. Хотя мальчугану нельзя было идти с Отом, он все равно обрадовался, потому что по выражению лица охотника и по тому, как он двигался, Орион понял, что это была серьезная охота, а не просто прогулка, предпринятая для того, чтобы доставить удовольствие капризному малышу. И это понравилось ему гораздо больше, чем любые игрушки, в которые он когда-то играл. Пока Орион одиноко ждал возвращения Ота, вокруг него торжественно и грозно темнел могучий лес.

Прошло, однако, довольно много времени, прежде чем Орион услышал какой-то звук, еще более тихий, чем тот, что производили черные дрозды, разбрасывая сухие листья в поисках насекомых. Это вернулся От. Он не нашел оленя и некоторое время сидел рядом с Орионом на папоротниковых листьях, для забавы выпуская в ствол дерева стрелу за стрелой. Потом От собрал свои стрелы и, снова посадив мальчика на плечо, повернул к дому, Когда они покидали великий лес, в глазах Ориона стояли слезы, так как он успел полюбить таинственность огромных серых дубов. Для Ориона духи дубов стали товарищами в детских играх, и он возвращался в Эрл, словно наигравшись с новыми друзьями, и голова его была полна намеками и советами, полученными от мудрых старых стволов. Для мальчика каждое кряжистое дерево обладало своим собственным значением и смыслом.

Когда От привел Ориона домой, в дверях его уже ждала Жирондерель. Она почти не расспрашивала своего воспитанника о том, как он провел время в лесу, и почти не откликалась, когда он начинал об этом рассказывать, потому что слегка ревновала Ориона к лесу, чьи чары оказались сильнее ее колдовства и сманили у нее мальчугана. Всю ночь напролет сновидения мальчика гонялись за оленем в дремучем лесу.

И на следующий день Орион снова тайком улизнул из замка и пошел к Оту, но тот уже ушел на охоту, потому что у него кончалось мясо. Орион не отчаялся и отправился к Трелу.

Трел был у себя в темной маленькой хижине, завешенной множеством звериных шкур.

– Возьми меня в лес, – попросил его Орион.

Следопыт опустился в широкое деревянное кресло, чтобы как следует обдумать эту просьбу, а заодно поговорить о лесе. В отличие от Ота, который всегда говорил о немногих самых простых вещах, которые он хорошо понимал – об оленях, об их повадках и о приближении следующего времени года, Трел часто рассказывал о таких зверях, о существовании которых он сам только догадывался, о тварях, обитающих в лесной глуши и появляющихся только в темное время суток, и даже пересказывал Ориону человеческие и звериные мифы. Особенно мальчику нравились сказки и легенды лис и барсуков которые следопыт расшифровал, наблюдая за поведением и тех, и других после наступления сумерек. Слушая, как Трел, сидя перед огнем, задумчиво вспоминает обычаи и традиции тех, кто обитает под листьями папоротников и среди ежевики, Орион позабыл о своем желании отправиться в лес. Он спокойно сидел на обитой шкурами маленькой скамеечке и слушал. Именно Трелу рассказал он все, о чем не осмелился поделиться с Отом. Он надеялся на то, что однажды из-за ствола дуба вдруг выйдет к нему его мама, которая ненадолго уехала в лес. А Трел подумал, что это действительно может случится, так как какие бы небылицы ни рассказывались о лесной чаще, он лучше других знал, что в ней не бывает ничего невозможного.

Потом за Орионом пришла Жирондерель, пришла и увела его обратно в замок. Наутро она уже сама велела Ориону идти к Оту. На этот раз охотник снова взял его с собой в лес. А несколько дней спустя мальчик опять явился в хижину Трела, в темных углах которой и в прядях паутины под потолком, казалось, обитали пугливые, осторожные тайны леса, и снова с восторгом слушал странные его сказки.

Время шло, и неподвижные ветви деревьев в лесу уже казались черными на фоне неистовых закатов. Зима уже царствовала над заколдованными возвышенностями, а самые мудрые жители долины предсказывали снег. В один из дней предзимья Орион увидел, как От подстелил оленя-пятилетку. Он внимательно следил за тем, как охотник разделывал добычу и рассказывал увлекательные истории.

Так проходили дни. Орион ходил в лес с Отом, слушал рассказы Трела и постепенно полюбил все, что имеет отношение к охотничьему ремеслу. Внутренняя склонность и характер мальчика как нельзя лучше подходили к имени, которое он носил. Что касается крови предков-магов, которая текла в его жилах, то она пока ничем себя не проявляла.