Ирина Сербжинская - История, рассказанная в полночь

Куксон вытащил ноги из-под стола и обеспокоено посмотрел на собственные башмаки. Выглядели они благонадежно и солидно, куплены были в дорогой лавке, но кто знает, что у них на уме?!

Гоблин заколебался.

— Пичес, что они говорят?

Молодой маг замялся.

— М-м-м… ну, ничего особенного, так, ерунду всякую, — он слегка покраснел и отвел глаза. — Выдумывают, конечно… рассказывают, что на прошлой неделе, когда к вам в кабинет пожаловала ведьма Хора, вы с ней…

— Так, не надо, — решительно остановил его Куксон и спрятал ноги под стол. — Они врут.

— Конечно, врут, — поспешно согласился Пичес. — Я, собственно, так и думал. Хотя правый башмак утверждает….

— Не слушай его!

— Не буду, — пообещал Пичес, изо всех сил стараясь сохранять серьезное лицо: видно, проклятые башмаки болтали невесть что. — Я лишь Бонамура всегда слушать готов: он о своих приключениях рассказывает. Вот уж кто многое повидал!

Куксон насупился.

— О каких еще приключениях? Мало тебе с твоими усовершенствованными заклинаниями приключений? Нечего глупостями голову забивать!

Пичес погладил «чучел» по спине.

— А вот Бонамур с вами не согласен. Он говорит, что мы с ним должны непременно дальние страны посмотреть, и на краю света побывать.

Куксон наградил «страшный чучел» сердитым взглядом.

Ишь, подстрекатель! Пичес и без того краем света бредит, так теперь его еще и «чучел» подзуживает! Нет, пора этому конец положить!

— Ничего, недолго ему болтать осталось. Анбаса сегодня же заклинание распутает!

Пичес взглянул на Бонамура и помрачнел.

— Ну, где же Грогер? — Куксон привстал и взглянул на дверь. — Тревожусь, не стряслось ли еще чего?

Пичес насторожился.

— Что такое?

Куксон указал взглядом на купцов, толпившихся возле очага и проговорил тихо:

— Расскажу, как народ разойдется.

Граганьяра, хоть и занят был, разумеется, слышал каждое слово: на то он и саламандра.

— Все, все, расходитесь, больше ничего показывать не буду! — затрещал он, бегая по горящим дровам туда-сюда. — Хочу от вас отдохнуть, поговорить с друзьями! Что? Нет, ты мне не друг, и ты — тоже. Что — почему?! Приезжал сюда в прошлом году и привозил редкие монеты? И что?! Скажи спасибо, что я их съел, сделал тебе одолжение. А мог бы и отказаться. Да расходитесь же, чтоб вы угорели! Саламандры никогда не видели, что ли?!

Пламя в очаге было бледно-голубого цвета: Граганьяра злился на не желающих уходить людей.

— Убирайтесь, убирайтесь! Что? Деньги? Какие деньги? Медные лемпиры? Такое сам трескай, скопидом проклятый! Что? Кто я?! На себя посмотри! Сразу видно, жмот, каких мало! Кормить саламандру медью! Да чтобы тебя дети так кормили! В следующий раз принеси золотой нуобл, понял? Не принесешь? Тогда вон отсюда, скупердяй!

Разогнав зевак, Граганьяра немного успокоился:

— Надоели они мне, чтоб им всем сгореть, — проворчал он. — Какие новости у тебя, Куксон? Говори, лишних ушей нет!

Куксон подозвал Фирра Даррика, оглянулся по сторонам и начал рассказывать. Говорил тихо, если мимо кто-нибудь проходил — замолкал.

— Такое в «Омеле» случилось, что не знаю, что и думать! Вчера…

И только успел обо всем вкратце друзьям поведать, как хлопнула дверь, и на пороге появился Грогер.

… Разговор получился долгий. Дважды Хегита, ставила перед Грогером серебряную кружку с горячим пряным вином (Куксон принюхался: самое лучшее, не каждому такая честь!), а они все еще толковали о произошедшем.

Фирр Даррик по поводу ачури Кураксы так сокрушался, что нос у него посинел больше обычного.

— Печальная, печальная весть! Куракса — добрейшей души ачури. Она и к нам иной раз на огонек заглядывала, по ночам, разумеется, когда все уже спали. Любила поговорить о том, о сем!

— Два убийства — и никто ничего не заметил? — деловито уточнил Пичес, вытаскивая из сумки книги.

Грогер отрицательно покачал головой.

— Странно. Это-то из постояльцев, разумеется, — авторитетно заявил Пичес. — Грогер, ты уже сообщил стражникам? И что? Ничего? Конечно, от них другого и ожидать нечего. А сам ты уже кого-то подозреваешь? Нет? Почему? Я вот недавно изучал труды почтенного Варкенаса, основателя Судебной Гильдии, раздел «Магия и преступления». Так там говорится…

Куксон отложил вилку (отведывал лягушек по-гоблински с подливкой из волчьих ягод, попросил, разумеется, чтобы сама Хегита приготовила. Повара и близко к гоблинской еде подпускать нельзя!).

— Погоди, Пичес, — строго проговорил он. — При чем тут Варкенас?

— Он думает, что в этом деле без магии не обошлось, — затрещал Граганьяра, выныривая из белого, точно раскаленный металл пламени.

— Бирокамий и ачури — оба из неумирающих. Нас, неумирающих, так просто не убьешь, разве что при помощи магии, да и то не у каждого это получится. Грогер, перечисли-ка еще разок всех своих постояльцев и расскажи, кто они такие, что собой представляют!

Слушая приятеля. Куксон барабанил пальцами по столу да пытался отогнать плохие предчувствия: только сейчас пришло ему в голову, что друзья-то его, Фирр Даррик и Граганьяра тоже из неумирающих!

Едва Грогер умолк, как снова подал голос Пичес.

— А этот колдун… как его? Мохур?

— Видел я этого Мохура, — отмахнулся Куксон, снова принимаясь за еду. — Собственной магии у него нет, браслета — тоже, значит, он может пользоваться только бесплатными заклинаниями. С их помощью и муху не убьешь!

— Не скажите! Вот в главе «Кражи и невидимость» описывается удивительнейший случай…

Куксон постучал вилкой по тарелке.

— Пичес, с какой это стати ты вдруг трудами Варкенаса заинтересовался?

Тот немного смутился.

— Да так… по старой памяти почитываю иногда. Я ведь раньше в Судейскую гильдию хотел поступить, дознавателем, да только меня не приняли…

— И правильно сделали. Какой из тебя дознаватель? — вздохнул гоблин Куксон, потративший в свое время немало времени и сил, чтобы отговорить Пичеса от этой затеи.

— Может, и никакой, — сказал Пичес, слегка обидевшись. — Но только книг по судейской магии я прочитал немало, так что знаю, что делать надобно. Перво-наперво, нужно задать себе такой вопрос: что бы я сделал, если бы хотел убить неумирающего? А?

Он обвел взглядом всех присутствующих.

— Пожелал бы стать непревзойденным боевым магом, коих единицы? — подсказал Фирр Даррик. — Только позволь напомнить, для этого потребуются годы и годы!

— Боевых магов в моей ночлежке нет, — повторил Грогер.

— Годы и годы? А вот и нет! Я бы улучшил какое-нибудь заклинание, а потом… — Пичес торопливо зашелестел страницами. — Например, вот это!