Татьяна Скороходова - Меч судьбы

— Ты чего, с нами собралась?

— Именно, — подтвердила она и отпила из кубка.

— А меня спрашивать разве не надо? — хмыкнула я.

— А ты против? — Ольга подняла бровь и сверкнула разноцветными глазами. Что за дурная манера отвечать вопросом на вопрос?

— В общем-то, нет. Я так понимаю, меня никто и спрашивать не собирается, так чего себе зазря нервы трепать? — проворчала я и нацелилась вилкой на новый соблазнительный кусочек. Локоть кто-то толкнул, вожделенная еда шлепнулась на стол, забрызгав столешницу соусом. Север высунул лобастую голову из-под моей руки, не сводя печальных глаз с блюда с мясом. Я сгребла половину ароматного жаркого на тарелку и поставила на пол. Север одним взмахом языка смёл вкуснятину, даже не прожевав, и опять уставился на меня глазами голодного ребенка.

— Позвони, его покормят, — буркнул Вейр, неожиданно озаботившись состоянием волчьего желудка.

Я вылезла из-за стола и протопала к шнурку над кроватью. Дверь приоткрылась, и уже знакомая девица заглянула в комнату:

— Чего господа изволят?

В глазах служанки застыл ужас. Всевидящий, да что же они такое с обслугой творят, что девушка почти при смерти от страха?

— Принеси, пожалуйста, сырого мяса для волка, — как можно мягче сказала я.

Дверь захлопнулась, я осталась ждать, опершись о стену. Через короткое время дверь открылась, я приняла поднос и поставила на пол, едва удержав тяжесть в руках. Еще пахнущие свежей кровью пара кроликов и ощипанная птица горкой лежали на большом блюде, безмолвно вопия о человеческой жестокости и ненасытности. Простите, птицы и звери, но у меня на руках большой голодный серый волк. Север захрустел костями, а я вернулась к своим баранам, то есть за стол и к своему вопросу:

— А какой твой интерес?

— Нам до всего интерес. Всё, что касается любых новых заклинаний, артефактов и рецептов зелий, — отрезала Ольга, вертя в пальцах веточку укропа. — Пока никто не знает, что и как может вам помочь, поэтому в поисках я тоже заинтересована. Я не могу упустить даже крохотную возможность того, что вы наткнетесь на что-либо стоящее. Вдруг это и нам поможет, — вспышка боли в змеиных глазах мелькнула и пропала, будто и не было.

Я сделала вид, что ничего не заметила. Будет ещё время поговорить. Надеюсь, будет. И глянула на колдуна. Судя по масляным глазкам, мысль о спутнице-вампирше ему очень даже нравилась. Сердцу и другим важным частям мужского тела не прикажешь. Я хмыкнула:

— А если мы где-нибудь в глухом лесу или пустыне, не приведи Всевидящий, окажемся, ты где кровь возьмешь?

Зря я спросила. Пошутила, называется. Ольга нахмурилась, скользнула взглядом по моей шее и промолчала. Я засопела. Ольга прыснула, как девчонка. И мы покатились от хохота.

Открылась дверь, в комнату торжественно шагнул красноносый толстяк в темно-синем плаще. Высокомерное выражение лица несколько портила тощая бородка, смахивающая на козлиную, в цвет мышиных редких волос. Отдышавшись, он торжественно провозгласил тонким визгливым голосом:

— Господина Вейра, госпожу Ольгу вамп Петру, и веду Зореславу Совет колдунов ожидает в Большой тронной зале, — и уставился на нас, будто ожидая, что от оказанной нам чести мы немедля падем ниц. На худой конец, просто потеряем сознание от осознания предстоящей встречи с Великими и Ужасными Колдунами.

Я глянула на сотрапезников и насторожилась. Судя по каменным лицам, встреча не обещала быть теплой.

Вейр встал из-за стола, и предложил руку калачиком. Мне. Не Ольге. Я замялась на секунду, но всё же взяла его под руку. Верно, дело серьезное, если он решил держать меня поближе к своему колдунскому телу. За Ольгу, не сомневаюсь, переживать не стоило.

— Пса приказано оставить, — заявил тип, глядя на моего мальчика, как на разносчика блох и прочей заразы. Я выдернула руку и вернулась к столу.

— Сам ты пес, бородатое животное! Топайте без меня, а я малыша одного в вашем гадюшнике не оставлю!

Толстяк затрясся, надул губы, глаза, казалось, вот-вот выпадут на пол, но промолчал. Надо сказать, что малыш с весьма довольной мордой валялся на полу и, судя по всему, идти никуда не собирался.

— Под мою ответственность, Коллозий, — сухо бросила Ольга и вышла, не дожидаясь ответа. К моему изумлению, толстяк побледнел и закивал головой. Я, довольная маленькой победой, вернулась к Вейру и опять взяла его под руку. Мы дружно промаршировали к двери и вышли в коридор.

Он оказался именно таким, каким я его представляла. Масляно сияли мраморные черные плиты, огонь факелов в бронзовых настенных подставках едва рассеивал мрак, эхо шагов отражалось от стен, теряясь вдали. Сзади цокал когтями Север. Мы повернули пару раз, спустились по широким ступеням и подошли к высокой двустворчатой двери, украшенной позолоченными неизвестными мне рунами. Ни ручек, ни замков не было. Ольга уже ждала нас у входа. Толстяк забежал вперед, притормозил, оглядел нашу честную компанию с таким видом, будто едва сдерживал желание сурово предупредить нас не сморкаться, не ковырять в носу и не шарить по чужим карманам, и проорал в закрытые двери:

— Господин Вейр, госпожа Ольга вамп Петра, и веда Зореслава прибыли!

Створки плавно, медленно и величественно начали открываться. Мягкий желтоватый отсвет огня упал на пол, полоса света медленно росла по мере открытия прохода. Я шагнула вперед, выдернув руку. Кто бы там, в зале, не был, Бог не выдаст, свинья не съест. Подавятся.

Глава 9

Круглый зал диаметром шагов в тридцать давил, сжимал в каменных объятиях. Казалось, своды вот-вот сомкнутся, и от меня останется скромная кровавая лужица. Если бы я страдала боязнью закрытых помещений, я бы тут же грохнулась в глубокий обморок или закатила добротную истерику. Потолок терялся во мраке, сливаясь с черными матовыми стенами. Создавалось полное ощущение, что оказался внутри каменного мешка. Эхо шагов бродило по залу, отражалось от стен, многократно усиливаясь. О том, чтобы к кому-то незаметно подкрасться, и мечтать было нечего. Лечить колдунов надо. Впрочем, паранойя не лечится. Это не жизнь, а существование, если постоянно ожидать удара ножом в спину. Или яда в кубок. Если задаться целью, можно собрать здесь всю колдунскую братию под любым предлогом и пустить воду. Много воды. Магия не поможет, а плавать вечно даже колдуну не по силам. Ольга в ответ на мои мысли повела глазами куда-то вбок и вниз. Я разглядела едва заметную напольную решетку, тоже из верейского мрамора, и хмыкнула. Видно, не я одна такая умная, и попытки утопить цвет колдовства, как котят, уже были. Интересно, успешно, или нет?