Инна Сударева - Судья Королевского дома

— Марк, дай мне бумагу и перо. Напишу пару писем.

В этот момент он подумал о Коре. О красивой, с огненными волосами и тонкой фигурой девушке, которая, он невольно признал, отвоевала место в его сердце.

«Признаться ей в любви, что ли? Чтоб не страдала?» — Судья усмехнулся мыслям. Потом написал:

«Даме Коре от Судьи Фредерика.

Спешу попрощаться с тобой. Самое главное — не проливай слез, так как есть причина для радости. У меня нет ни жены, ни наследника, поэтому свое поместье Теплый снег, все земли и средства я оставляю тебе. Прими также в довесок кроху Агату Вельс и отнесись к ней как к младшей сестре. Прости за то, что бывал временами груб и неучтив, — это издержки среды, в которую я время от времени погружаюсь. Мой меч завещаю славному Элиасу Круносу — он знает толк в оружии. И передай ему, чтобы позаботился о Марте — она тоже ему нравится. И еще. Поверь, если бы я мог позволить себе любить кого-нибудь, я любил бы тебя, киска».

Тут он остановился и зачеркнул слово «киска». Коре оно никогда не нравилось. Вздохнул, в который раз вспомнив ее лицо, душистые волосы, большие зеленые глаза и улыбку, от которой у него всегда кружилась голова и приятно щемило в груди.

В комнату вошел Марк. Он был мрачнее тучи.

— Сэр, они пришли за вами.

— Я так и думал. Филипп не дает мне выбора, — заметил Фредерик.

— Но это безумие! Вы ведь не пойдете с ними, мой лорд!

— Пойду, Марк, пойду. Именно так, как пошла с Филиппом Марта, абсолютно доверчиво, один и без оружия. И в этом мое преимущество.

— Какое, сэр? — изумился Марк.

— А такое: от безоружного всегда меньше ожидают опасности, чем от вооруженного. Поверь мне, я этим воспользуюсь. — И Фредерик в который раз самоуверенно усмехнулся.

Он спокойно снял арбалет с предплечья, отстегнул боевой пояс с кинжалом и передал Марку свой меч. Потом дал молодому человеку конверт, в который было вложено только что написанное письмо.

— Это для дамы Коры из свиты ее величества. А Королю Аллару и Судье Конраду при случае передашь на словах, чтобы не забывали о том, что я им сказал во время нашей последней встречи. Но это указания на тот случай, если я не вернусь. Тебе же, Марк, я пожелаю спокойной жизни — это самое драгоценное, что стоит беречь.

— Сэр, — Марк схватил его за руку, — позвольте все-таки пойти с вами!

— Нет, я могу и тебя потерять. Хватит уже смертей среди моих людей. Я сам должен разобраться с этим делом. Тем более что с Филиппом у меня свои счеты. Прощай, Марк.

— До свиданья, сэр, — ответил молодой человек.

— Конечно, — словно вспомнив что-то, спохватился Фредерик. — До свиданья.

И он вышел, быстро, решительно.

Марк, не зная, что делать, опустился в полном отчаянии на стул, что стоял посреди комнаты, и сидел так до тех пор, пока совершенно не стемнело. Прошло, наверное, часа два.

Неожиданный стук в дверь заставил рыцаря подскочить на месте. Он открыл и увидал на пороге высокого белобрысого парня в кожаной одежде и с тяжелым мечом на поясе.

— Где лорд Фредерик? — прошептал он, явно забыв поздороваться.

— Но кто вы? — также шепотом изумился Марк.

— Шшш, — зашипел парень и, впихнув рыцаря обратно в комнату, зашел следом и запер за собой дверь. — Кажется, я опоздал. Судья ушел в доки?

— Да, но...

— Меня зовут Элиас, Элиас Крунос, я из Королевской гвардии. А теперь — поторопимся...

9

Тяжелые двери захлопнулись, сверкнули в темноте искры огнив, запаливая факелы, и в их тусклом свете Судья увидел, что оказался в огромном сарае. Посреди плескалась мрачная вода, на которой покачивалось нечто, раньше бывшее лодкой. На сходнях были люди, некоторые с факелами. Вот они — старые северные доки Зимнего порта...

— Двигайся! — грубо толкнули в спину.

Судья послушался, сделал пару шагов вперед, вышел на свет, остановился. Он прекрасно знал, какое удовольствие доставляет плебеям возможность приказывать аристократам, а тем более — Судье Королевского дома. Что ж, можно доставить Винну Сому такое удовольствие.

Фредерик знал здесь почти всех: от самого низшего «бегуна» до того, кто стоял в окружении своих «громил». Это был Филипп Кругляш, глава клана Секиры. И сейчас в неверном свете факелов Фредерик видел, как он улыбался, вызывающе демонстрируя свою знаменитую щербину. Было чему улыбаться: Филипп крепко держал Марту, прикрывшись ею, как щитом, а у горла девушки непринужденно крутил тонким кинжалом.

Судья автоматически пересчитал всех, кто находился в доке: двадцать три человека, вместе с Мартой, итого — двадцать два противника. Он моментально оценил, у кого какое оружие: преимущественно ножи и мечи. С луками были трое: они стояли далеко позади Филиппа, держа оружие наготове. Рядом с главарем находился высокий широкоплечий парень лет двадцати пяти, в черной кожаной одежде и с богатой рыцарской цепью на груди. Это Юхан, из благородных, кичится цепью, которую не заслужил. После Филиппа — первый человек в клане. И зовут его Юхан Рыцарь. Хотя какой он рыцарь — просто сбежавший от сюзерена оруженосец, не дождавшийся посвящения.

Но у Юхана — метательные дротики в перевязи, тонкие и легкие, похожие на стрекозиное тело, остро заточены, в плоть входят легко и глубоко. Фредерик вспомнил невзначай о своей кольчуге, усмехнулся: перед входом в доки его обыскали, пошарив руками по одежде, но тонкую, словно рубашку, кольчугу не прощупали. Один плюс в этой ситуации есть.

Он встретился взглядом с Мартой: судя по виду, она была готова на все. Что ж, еще один плюс: в свое время Фредерик сам обучал ее кое-каким боевым приемам и фехтованию. Будет заваруха — будет и от девушки толк. Вот только кинжал Филиппа у ее горла — это один большой и жирный минус.

И Фредерик расслабился: пока что ситуация не в его пользу — нужно было ждать.

Все эти мысли, взгляды, расчеты заняли всего пару секунд в голове Судьи. Окружающие не могли и подумать, что он что-то замышляет.

Расслабив руки, Фредерик ждал.

— Привет тебе, Судья Королевского дома, — довольно приветливо начал Филипп. — Как видишь, мне не составило большого труда встретиться с тобой.

— Да уж, труд невелик: похитить моего Смотрителя, — ответил Западный Судья. — Однако не стоило этого делать — я очень недоволен.

Среди кланщиков раздались возмущенные возгласы: мало того что он один безоружный среди них, так еще и угрожает. Филипп, усмехнувшись, поднял руку, призывая к тишине, сокрушенно покачал головой.