К. Миллс - Планета зимы

— Я не мог провести остаток зимы в моей кадетской униформе, — скажет он потом Нику.

Первым пунктом утренней программы была встреча с Орконаном, чтобы подготовить все к празднику принятия присяги, который должен проводиться тридцать шестого нарна.

Пока Карн упражнялся и оттачивал свою речь на будущей церемонии, портной сновал вокруг него, работая над будущей одеждой. Кит и Ларга Алиша наблюдали за этим процессом с нескрываемым изумлением. Он как раз дернулся из-за того, что портной в двадцать третий раз воткнул в него булавку, когда кто-то постучал в дверь. Префет синих был внутри уже до того, как Ларга закончила говорить «Войдите».

Префет приветствовал Карна, затем Ларгу:

— Милорд, миледи, центр только что получил вызов с Фермы-3. Рабы восстали, убили всех пятерых помощников управляющего, а его самого захватили в плен. Вызов сделала жена управляющего. Она с детьми укрылась в доме. Их не достанут там, но некоторые из рабов знают, как вызвать взрыв. Генерал Цикер спускается, чтобы поговорить с вами, лорд Карн.

— Хорошо, пошлите за пилотом фон Шуссом и генералом Шенном.

— Повелитель! — Префет посторонился, пропуская генерала Цикера.

Генерал напыщенно приветствовал Карна и Ларгу.

Карн отпустил портного движением руки. Генерал Цикер опустил свое грузное тело в ближайшее кресло.

— Подагра сегодня обострилась, — извиняющимся тоном произнес он.

— Генерал, — голос Карна был очень тихим, — вам следует попросить разрешения, прежде чем вы сядете, в присутствии моем или регента. Теперь встаньте и сделайте это.

Генерал уставился с удивлением на Карна, но встал, как приказано, попросил разрешения, затем сел опять.

Капитан в форме охранника вошел через дверь, которую генерал оставил открытой.

— Милорд, генерал! Шенн приносит свои извинения, у него жар.

— Спасибо, капитан. — Карн разрешил ему идти и снова повернулся к генералу. — Сэр, префет сказал, вы уже знаете о ситуации на Ферме-3. Что вы посоветуете?

Генерал Цикер откашлялся.

— Милорд, миледи, что-то нужно сразу делать. Быстрая атака, перекрыть все входы в здание на Ферме и выгнать рабов на поверхность. Это мой лучший совет. Затем убить всех недовольных. Если мы этого не сделаем, другие рабы тоже будут пытаться брать заложников.

Ник тихо проскользнул в комнату, пока генерал говорил. Проходя, он вложил записку в руку Карна. Теперь он спросил, внимательно глядя на генерала:

— И как дела сейчас, генерал?

— Кто вы такой, чтобы задавать мне вопросы, пилот?

— Он мой советник по тактике, — угрожающе сказал Карн. — Он также наследник фон Шуссов и требует уважения. В нем тоже течет голубая кровь, генерал. Вы составляете о себе плохое мнение, будучи невежливым.

Глаза генерала сузились, губы вытянулись в одну узкую полоску, но он согласно кивнул.

— Где сейчас рабы, генерал?

— Этого не доложили, пилот.

— Должны будут они остаться на поверхности в это время года?

— Я сомневаюсь, что все стадо уже загнано в загон, милорд. Большинство рабов захотят завершить начатое, пока не разразилась настоящая буря, но, конечно, если они убили всех управляющих, кто скажет им, что животные нуждаются в защите. Рабы слишком мало знают, чтобы поднимать свои носы без приказа.

— Вы сделали приблизительную оценку количества людей в боевой готовности, генерал?

— Да, милорд. Транспорт готов тронуться по вашему приказу.

— Ведите людей, генерал. Я буду с вами как только одену защитный костюм.

— О, мой повелитель! Вы не должны присоединяться к нам. Подавлять восставших рабов — не ваше занятие. Это недостойно одного из Девяти. — Лицо генерала покраснело от волнения. Карн посмотрел на Ника, ища поддержки или совета.

— Он прав. Лорды могут бороться только с людьми своего класса. У тебя и без того много проблем, Карн.

Карн кивнул. В эту пору у него еще не было опыта битв.

— Возьмите необходимых вам людей и покончите с этим, генерал.

Генерал Цикер кивнул, поднялся из кресла и покинул зал.

Карн развернул записку: «В ваших комнатах вас ждет посетитель». Карн вопросительно посмотрел на Ника, но тот лишь пожал плечами и отвернулся:

— Я не знаю, кто это. Иди и посмотри сам.

Карну показалось, что в голосе Ника была усмешка, но он не был уверен. Он посмотрел мгновение на спину фон Шусса, оттолкнул ногой железный стул, поднялся по лестнице и вошел в деревянную дверь, которая уже была открыта. Здесь никого не было. Он ворвался в гостиную. Светловолосая голова и мощная шея торчали из-за кожаного старого кресла. В тот момент, когда дверь хлопнула, белоголовый гигант вскочил с кресла и повернулся на звук.

— Иджил!

После этого они смеялись, хлопали друг друга по плечам, что-то говорили в одно и то же время. Наконец Иджил отодвинул Карна от себя и посмотрел на него сверху вниз смеющимися голубыми глазами.

— Я скучал по тебе и твоему «уходи, я учусь». Итак, я попрощался с отцом, объяснил, что давно не слышал о тебе, а ты нуждаешься в друзьях именно сейчас, и приехал.

— Но твоя карьера!

Иджил пожал плечами:

— Из меня не получится моряка. Слишком много правил и приказов. Мой отец найдет место для меня среди морских торговцев. Когда я вернусь, — добавил он.

— Когда ты вернешься, — эхом отозвался Карн. — Если ты будешь показывать, что ты мой друг, твоя жизнь будет в такой же опасности, как и моя. Оставайся вне этой борьбы, Иджил. Ты знаешь, как я рад видеть тебя, но я хочу видеть тебя живым. Возвращайся, когда кончится война.

Иджил затряс головой:

— Я помню, что ты говорил о недоверии ко всем, о друзьях, предающих друзей ради денег и земли. Тебе нужен кто-то, кто будет рядом независимо ни от чего.

— Мы говорим о твоей жизни, Иджил!

— Это твоя жизнь тоже. — Иджил заметил: — Никто не знает своего конца, так чего скрываться в безопасном месте, как говорили древние, смерть найдет нас рано или поздно. Как тебе в положении Лхарра?

— Очень плохо. Официально я еще не Лхарр, мне еще нет шестнадцати зим, и ты знаешь, что мой отец думал обо мне.

— Твой отец — ас! Если это самая сложная проблема…

— О нет. Я расскажу тебе потом. Последний раз я почувствовал всю тяжесть этого, когда мой флот встретился с оппонентами на Уртек-Сирильских переговорах, и обе стороны решили убить нас. Помнишь? В этой ситуации было много и забавных сюрпризов, но там я был юнцом, а здесь я уже повелитель.

Иджил некоторое время стоял в задумчивости, затем его лицо просветлело:

— Ты ухитрился уйти тогда, ты сделаешь это и сейчас. — Он хлопнул Карна по плечу, затем поймал его, когда тот отшатнулся от удара. — Итак, я здесь, и для нас двоих не существует ничего, с чем бы мы не могли справиться. Ведь так?