Катарина Керр - Дни изгнания

Темнота сгущалась, взошла полная луна. Тут и там раздавались звуки музыки. Арфисты и флейтисты вытащили свои инструменты и начали играть традиционные песни. Эльфы бродили туда-сюда между сотен горящих костров, подпевая музыкантам. Луна поднималась все выше. К костру Нананны подошел круглоухий купец, чтобы засвидетельствовать ей свое почтение. Далландра должна была совершенствовать свое знание элдисского языка, поэтому она придвинулась поближе, пока Намис из Аберуина и его сын Дэйн раскланивались на манер круглоухих и усаживались у ног Нананны. Купец был осанистый, с брюшком, остатки седеющих волос обнажали его смешные круглые уши. Дэйн, однако, выглядел по-своему привлекательным; копна светлых волос скрывала то, что Далландра считала уродством.

– Я полон благодарности за то, что ты согласилась поговорить со мной, о мудрейшая, – сказал Намис на своем варварском наречии. – Я привез для тебя небольшой подарок в знак глубокого уважения.

Дэйн проворно подал отцу обернутый тканью сверток, и купец вручил его Нананне, кланяясь так низко, как это было возможно сделать сидя. Одарив его королевской улыбкой, Нананна развернула сверток и вынула два красивых стальных ножа с резными костяными рукоятками.

– Какая прелесть! Благодарю тебя, добрый купец. Далландра, ты можешь выбрать тот, который тебе больше по душе.

Далландра жадно схватила ножи и стала рассматривать их при свете костра. Один был украшен переплетениями и спиралями, на втором в неуклюжей элдисской манере была вырезана скачущая лошадь. Она выбрала первый и протянула второй Нананне.

– Благодарю тебя, добрый купец, – сказала Далландра. – Это действительно прекрасная вещь.

– И вполовину не так хороша, как вы заслуживаете, – вставил Дэйн.

Далландра сообразила, что он смотрит на нее с улыбкой безумно влюбленного. «О нет, еще и этот!» – подумала она, поднялась, вежливо поклонилась и скрылась в палатке.

К тому времени, как луна достигла зенита, Нананна устала. Далландра быстренько выпроводила последних посетителей, отвела ведунью в палатку и помогла ей лечь в постель. В мягком свечении магического шара Нананна казалась хрупкой, как маленький ребенок. Она лежала, укутанная темно-синим одеялом, но лиловые глаза по-прежнему были полны жизни и сияли, как у юной девушки.

– Я люблю алрданы, – сказала Нананна. – Если хочешь, можешь пойти посмотреть на танцы, дитя.

– Ты уверена, что я тебе не нужна?

– Пока я сплю – не нужна. О! Я забыла про Галабериэля. Пойди найди его и скажи, что я поговорю с ним утром.

На рассвете Галабериэль и четверо юношей появились в палатке. Они расселись на полу, и Нананна описала им круглоухого, которого встретила в своем видении – худой мужчина, ростом ниже любого из Народа, темноволосый и с глазами, как у совы. Он путешествовал, имея мула, и зарабатывал на хлеб травами.

– Найти его должно быть нетрудно, – закончила описание Нананна. – Когда я увидела его, он покидал Элрис и направлялся на запад. А теперь уйдите все, я поведаю банадару тайную загадку.

Держась подальше от Калондериэля, Далландра вышла из палатки и пошла к Энабрилье. Подруга пекла содовый хлеб из элдисской муки, а Вилэнтериэль переодевал малыша. Энабрилья отломила кусочек горячего хлеба и протянула Далландре.

– Я хочу тебе кое-что показать, – сказала она. – Вчера мы обменяли двух меринов на замечательные вещички! Большой железный чайник и огромный кусок холста.

– Здорово! Надо мне тоже отвести несколько лошадок к круглоухим.

На следующий день элдисские купцы ушли из алардана, забрав с собой прекрасных коней и драгоценные камни и оставив взамен кучу железных вещей, тканей и много меда.

В алардане началась оживленная торговля среди своих. Готовились также к долгой дороге в зимние лагеря. В сумерки Далландра взяла элдисский топор и пошла в дубовую рощицу неподалеку – она приметила там сухое дерево. В голубой тени под старыми деревьями, в путанице кустов и полдеска было прохладно и тихо – слишком тихо, даже птицы молчали. Кто-то наблюдал за ней. Далландра поудобнее перехватила топор.

– А ну, выходи! – рявкнула она.

Тихо, как материализовавшийся дух, из кустов вышел один из Лесного Народа. Одежда на нем была сшита из кусочков кожи, в руках он держал копье с каменным наконечником и полосатым древком, украшенным перьями и керамическими бусинами. На шее на ремешке болтался маленький кожаный мешочек, тоже искусно украшенный. Лесной Человек подошел ближе – Далландра опустила топор и изумленно уставилась на него. С презрительной усмешкой он оглядел девушку с нот до головы.

– Ты владеешь магией, – наконец сказал он.

– Да. Тебе нужна моя помощь?

– Твоя помощь? – Слова прямо-таки сочились сарказмом. – Нечестивая сука! Можно подумать, мне может от тебя что-то потребоваться! Этот топор сделан из железа.

Неожиданно поняв, Далландра судорожно вздохнула. Лесной Народ строго придерживался древних табу и древних традиций – во всяком случае, так считалось.

– Это так, но он никогда не причинял вреда ни мне, ни моим друзьям. Честное слово – вовсе никакого вреда!

– Не в этом дело. Стражи рассержены. Вы прогнали Стражей своим вонючим нечестивым железом.

Для Далландры Стражи не были чем-то реальным, просто частью религии, но спорить на философские темы с Лесным Народом не имело смысла.

– Так ты пришел предупредить нас? Спасибо за заботу. Я буду молить о прощении.

– Не смей насмехаться надо мной! Будто я не знаю, что вы нас презираете! И не смей разговаривать со мной, как с младенцем, или я…

Он шагнул вперед, угрожающе подняв копье, но Далландра вскинула вверх руку и призвала духов Эфира. Из ее пальцев с шипением вырвались острые языки синего пламени.

Лесной человек пронзительно вскрикнул и упал на колени.

– Ну, – спокойно сказала она. – Чего ты хочешь? Если просто сделать мне выговор, то я сейчас слишком занята.

– Я ничего не хочу, о мудрейшая! – Он дрожал, вцепившись в копье. – Я кое-кого привел, вот ему нужна твоя помощь.

Из кустов выполз человек. Его темные волосы спутались, одежда превратилась в грязные лохмотья. Он встал перед ней на колени, с отчаянием глядя на нее. Он настолько исхудал, что на руке, протянутой к Далландре, можно было пересчитать каждую косточку.

– Помоги мне, пожалуйста, – пробормотал он на элдисском наречии.

Далландра вгляделась в его грязное лицо. На левой щеке виднелось глубокое клеймо, отметина какого-то круглоухого лорда. Раб. Сбежал, чтобы спасти жизнь и обрести свободу.

– Конечно, мы поможем тебе, – сказала Далландра. – Пошли со мной. Сначала тебя необходимо накормить. – Она повернулась к копейщику. – Прими мою искреннюю благодарность. Хочешь поесть с нами?