Майкл Скотт - Алхимик

В тени капюшона лицо Морриган казалось еще бледнее, чем обычно. Глаза у нее были иссиня-черные, без намека на белки. И даже губы были черные, а над нижней губой нависали длинные клыки.

— Что-то потерял? — шершавым шепотом прохрипела Морриган, отрывисто произнося слова, точно каркая.

Перенель Фламель осторожными шагами вышла вперед. У нее на плечах сидели два огромных ворона, опасно целясь острыми клювами ей в глаза. Магия отняла у нее все силы, и она едва сумела выбраться из горящей машины. И тут, откуда ни возьмись, появились эти птички.

— Дай-ка взгляну, — властно скомандовала Морриган.

Ди полез в карман пальто и извлек оттуда Кодекс в металлическом переплете. Как ни странно, богиня ворон даже не прикоснулась к нему.

— Открой, — приказала она.

Сбитый с толку, Ди раскрыл книгу перед Морриган и перевернул страницы, с явным почтением относясь к предмету старины.

— «Книга чародея Авраама», — прошептала она, наклонилась, но к книге не приблизилась. — Покажи последние страницы.

Ди с неохотой выполнил приказ. Морриган увидела вырванные страницы и прошипела с отвращением:

— Какое святотатство! Десять тысяч лет эта книга была целой и невредимой!

— Мальчишка вырвал ее у меня из рук, — объяснил Ди, аккуратно закрывая книгу.

— Вот уж я прослежу, чтобы ему за это досталось.

Богиня ворон прикрыла глаза и склонила голову набок, как будто прислушиваясь. В черных глазах сверкнул огонек, и губы тронула редкая улыбка, явив свету злобный оскал.

— И ему очень не поздоровится. Мои дети уже настигли его. Им всем не поздоровится, — пообещала она.

Глава 12

Джош приметил зазор между двумя машинами — «фольксвагеном-жуком» и «лексусом». Он вдавил в пол педаль газа, и машина дернулась вперед. Но брешь оказалась недостаточно широкой. Решетка их внедорожника сбила боковые зеркала у обеих машин.

— Фу ты…

Джош резко убрал ногу с педали.

— Не останавливайся! — неумолимо приказал Фламель.

Он торопливо говорил что-то по мобильнику Софи на гортанном скрипучем языке, который нельзя было даже сравнить с каким-либо человеческим.

Нарочно не глядя в зеркало заднего вида, Джош рванул через мост, игнорируя гудки и ругань остальных водителей. Он помчался по внешней полосе, потом снова зарулил в средний ряд и снова вылетел из него.

Софи навалилась грудью на приборную доску, глядя вперед прищуренными глазами. Она увидела, как они сбили еще одно зеркало. Оно повертелось, словно в замедленной съемке, на крышке капота, оставив внушительную царапину на черной краске, и отлетело куда-то в сторону.

— Даже не думай! — прошептала она, когда миниатюрная итальянская спортивная машина с открытым верхом облюбовала тот же зазор в пробке, на который нацелился Джош. Водитель, мужчина средних лет с целым набором золотых цепей на шее, нажал на газ и ринулся в промежуток. Но ничего не вышло.

Грузный внедорожник зацепил машину за правый передний край, лишь слегка задев за бампер. Спортивную машину отшвырнуло в сторону, и она развернулась на все триста шестьдесят градусов посреди запруженного моста. Между делом она расшвыряла в стороны еще четыре машины. А Джош втиснулся на место в ряду.

Фламель чуть не вывернул шею, чтобы в заднее стекло увидеть, какой хаос они оставили позади себя.

— Кажется, ты сказал, что умеешь водить, — проворчал он.

— Умею, — ответил Джош, удивившись хладнокровию в собственном голосе. — Я просто не сказал, что вожу хорошо. Интересно, кто-нибудь заметил наши номера? — прибавил он.

Это тебе не компьютерные гонки! Ладони, вцепившиеся в руль, стали влажными и скользкими, со лба градом катил пот. Мышцы на правой ноге подергивались от усилия, с которым он давил на газ.

— Думаю, у них и без того проблем хватает, — прошептала Софи.

На мост Золотые Ворота слетались вороны. Тысячи ворон нахлынули черной волной, взбивая воздух тугими крыльями и истошно каркая. Они парили над машинами, устремлялись вниз и даже садились на крыши и капоты, долбя клювами стекло и металл. Машины сталкивались и со скрежетом обдирали друг другу бока по всей длине моста.

— Они потеряли цель! — догадалась Ската, наблюдая за поведением птиц. — Они ищут нас, но забыли наше описание. Вот безмозглые! — с облегчением фыркнула она.

— Их черную владычицу кто-то отвлек, — сказал Фламель. — Перенель! — радостно догадался он. — Интересно, что она придумала? Но это, без сомнения, будет что-то драматическое! Она всегда умела производить фурор!

Не успел он закончить фразу, как птицы вновь взлетели в воздух, а потом все разом обратили свои черные глазки на летящий черный внедорожник. И на этот раз в их карканье отчетливо слышалось ликование.

— Они возвращаются! — выдохнула Софи.

У нее перехватило дыхание, и сердце колотилось в грудной клетке как бешеное. Она попыталась найти поддержку у Фламеля и воительницы, но их мрачные лица мало ее утешили.

Ската посмотрела на девочку и констатировала:

— Вот теперь мы попались.

Необъятным облаком черных перьев вороны устремились за машиной.

Движение на мосту практически полностью заглохло. Люди, замерев от ужаса, сидели по машинам и смотрели, как над крышами пролетает несметное количество грязных и вонючих птиц. Двигался только внедорожник. Джош не снимал ногу с педали, и стрелка спидометра дрожала где-то у отметки «80».[19] Он стал гораздо увереннее управлять машиной — по крайней мере, за последнюю минуту даже ни в кого не врезался. Впереди замаячил конец моста, и мальчик довольно улыбнулся: прорвемся!

И тут огромная ворона приземлилась на капот.

Софи вскрикнула, а Джош вывернул руль, пытаясь сбить зловещее чудище с машины, но ворона крепко вцепилась в приподнятый гребень капота. Она склонила голову набок, переводя взгляд с Джоша на Софи, а потом в два прыжка подскочила к ветровому стеклу и заглянула внутрь машины, сверкая черными глазками.

Она клюнула стекло… и пробила крошечную пунктирную звездочку.

— Обычно вороны не пробивают стекло, — заметил Джош, стараясь не сводить глаз с дороги.

Ворона клюнула еще раз, и появилась другая дырочка. А потом на крышу машины грузно шлепнулись одна, две, три вороны. Крыша зазвенела, загудела, когда все птицы разом начали колотить по ней клювами.

— Терпеть не могу ворон! — вздохнула Ската.

Она порылась в сумочке и достала нунчаки — две резные деревянные палочки длиной по тридцать сантиметров, скрепленные короткой цепочкой. Постучав палочками по ладони, она сказала: