Майя Зинченко - Маг Эдвин

Зеркало в ванной было такое маленькое, что я видел в нем только свои заспанные глаза и одно ухо. Больше ничего не помещалось.

– Норман, у тебя есть почтовые голуби?

– Да, есть десяток. А зачем тебе?

– Хочу отправить письмо в столицу. Нужно поставить в известность магический Совет насчет того, что происходит в Рамедии. Пусть будут готовы ко всему. Несмотря на то что маги разъехались на каникулы, кто-то должен был остаться.

– Дежурный?

– Да. Если будет надо, он всех подымет на ноги.

– Ты вернулся? – негромко спросил Эрик, дергая меня за штанину.

У этого мальчика был талант незаметно подкрадываться.

– Как видишь.

– Ты ходил во сне. Прямо сквозь стену. Я видел.

– Интересно, и где берутся такие глазастые дети? – поразился я. – И когда ты спишь?

– Днем, на проповедях, – ответила эта бесхитростная душа.

Норман сердито насупился. Для него это был удар в спину. Подмигнув мальчику – я разделял его мнение о предназначении проповедей, – я попросил Нормана накормить страждущего мага и дать ему парочку резвых голубей.

– А зачем тебе пара? – с подозрением осведомился священник, раскладывая на столе нехитрые съестные припасы: хлеб, сыр и вареные овощи.

– Для страховки. Вдруг один не долетит? Я, конечно, позабочусь, чтобы они стали самыми везучими голубями на этом свете, но всего же не предусмотришь. Опять морковь? Нет, я отказываюсь потреблять ее в пищу. Норман, у тебя есть мясо?

– Только на мне, но ты же не станешь заниматься каннибализмом?

– Я подумаю, – мрачно пообещал я, давясь слабо просоленными жареными кабачками. – Но не гарантирую, что решение будет в твою пользу.

Священник только плечами пожал. Я закончил обедать и попросил его принести мне несколько чистых листов и перо бумаги. Норман ненадолго ушел, оставив меня в обществе Эрика, который сосредоточенно и упорно терзал кусок сыра, а когда вернулся, то принес не только бумагу, но и клетку с розовыми голубями.

– Выбирай, какие тебе больше нравятся.

– Вот этот, с черной полосой на хвосте, и тот, что сидит в самом углу. Но подожди, пока не доставай их. Сначала я должен написать письма.

Я положил перед собой чистый, словно заснеженное поле, лист и задумался. Это была не такая уж простая задача – написать в магический Совет. Я не хотел поднимать панику, но и преуменьшать ситуацию было опасно. Испортив два листа подряд, я остановился на следующем варианте послания:

"Эдвин – Прозрачный маг, приветствует магический Совет. Спешу сообщить всем вам, что в подотчетном мне городе Рамедия был найден след Уала. В настоящее время Уал уже попробовал крови и исчез. Веду поиски. Вероятность вторжения демонов – восемьдесят два процента. Примите, если считаете нужным, меры".

– Не слишком пугающе? – спросил я Нормана, проставляя дату, подпись и скрепляя письмо личной печатью, на которой был изображен мой герб. – Некоторые маги, входящие в Совет, достигли очень преклонного возраста. Не хотелось бы, чтобы мое письмо послужило причиной их смерти.

– На мой взгляд – в самый раз. Точно и по существу.

– А разве маги умирают? – спросил Эрик. – Неправда, – он с серьезным видом покачал головой, – они только становятся другими. Как те, что охраняют дома.

– Как мило, – сказал я, – выходит, после смерти я превращусь в примитивную горгулью.

На самом деле мальчик мог быть не так уж далек от истины. Бытовало расхожее мнение, что души умерших действительно могут воплощаться в иных, отличных от человека существ и помогать ему в своем новом облике. Это могли быть горгульи, домовые, водяные, лешие или феи. У этой теории было немало сторонников, но кто узнает, правда ли это, до того как умрет?

Лично мне не нравилась перспектива очутиться в теле какого-нибудь домового. Уж слишком много им приходится работать.

– Давая сюда своих красавцев, – проворчал я, посматривая на клетку.

Норман осторожно вынул птиц и посадил их на стол. Голуби были совсем ручными, поэтому особых проблем с ними не было. Я прикрепил письма к лапкам и немножко поколдовал, чтобы голуби запомнили нужное направление. Во время чтения заклинания Норман то и дело менялся в лице и нервно покусывал губы. Похоже, что эти птички были его любимцами.

– А почему ты не хочешь воспользоваться мгновенным средством связи? – недовольно спросил он. – Зачем накладывать на моих голубей такую ответственность?

– Если ты имеешь в виду хрустальный шар, то от него сейчас не будет никакого проку. Всю эту и последующую неделю в него нельзя будет смотреть из-за помех. Магическая буря набирает силы.

– Правда? – испуганно спросил священник. – Опять, как шесть лет тому назад, будет дождь из лягушек и порхающие глаза без тел?

– Нет, – успокоил я Нормана, – эпицентр бури находится дальше на севере. Она лишь немного заденет нас, но этого хватит, чтобы нарушилась связь. К тому же я все равно оставил шар дома.

Взяв в каждую руку по голубю, я вышел из церкви. Вокруг не было ничего примечательного, если не считать одного необычного сборища. Невидимые Помощники в возбуждении толпились в тени ограды. Они стояли полукругом и о чем-то оживленно переговаривались. Когда они заметили меня, дебаты среди них закипели с удвоенной силой. Я посмотрел на крышу церкви: горгулья была все еще там. Но теперь ее голова была повернута в сторону кладбища. Мне все это очень не понравилось. В атмосфере чувствовалось что-то враждебное.

Подбросив в небо крылатых почтальонов, я стал наблюдать за Помощниками. Должно быть, для проходящих мимо горожан это было занятное зрелище. Солидный (смею надеяться) мужчина неподвижно стоит и таращится на пустое место. Впрочем, мне было наплевать на то, что обо мне подумают жители Рамедии. Я – маг, и мне можно делать все, что заблагорассудится.

Между тем Помощники, которых я насчитал семеро, принялись бурно выяснять отношения. Дело едва не дошло до драки. Наконец от их компании отделился домовой, больше похожий на поросший мхом пень с множеством косичек, чем на живое существо. Он, кряхтя и переваливаясь с боку на бок, явно направлялся в мою сторону. Я решил облегчить ему задачу и подошел сам. Домовой уставился на меня с подозрением, словно проверяя, действительно ли я его вижу.

– У тебя ко мне какое-то дело? – спросил я, присев на корточки. Домовой едва доходил мне до колена.

– Да. – Быстрый умный взгляд из-под густых бровей свидетельствовал о том, что его владелец не так прост, как могло показаться. – Дело очень важное.

– Это о нем вы только что спорили?

Домовой чуть заметно кивнул.

– Пойдем в тень. Тебе вредно находиться на открытом солнце.

– Ты хороший волшебник, – с одобрением сказал домовой и пошел со мной под навес.