Дмитрий Чвилев - Королевство

Как мы уже знали после утренней исповеди Сена, спрос на магические предметы был большой, а предложение — наоборот, так что, по большому счету, я не лукавил — мы действительно могли на Торжище что-нибудь продать за очень неплохую цену. Не все же рублями сорить, надо бы и местными деньгами обзавестись.

— Добро, уважаемый. Покажем, да, может, и со скидкой отдадим, коли на вопросы мои ответите.

Купец навострил уши.

— Вы же, как я понимаю, тоже на Торжище направляетесь?

Торговец согласно кивнул.

— И весь расклад там знаете? Все эти торговые ряды, налоги да пошлины, с купцов взимаемые, правила торговли?

Опять кивок.

— А не согласны ли вы нам помощь оказать? Скажем, за определенную долю прибыли мы под вашим началом станем. От вашего лица торговлю вести будем. Неохота нам себе лицензию оформлять, да налоги платить. А вам — процент от прибыли и скидки на наши товары, плюс первыми товар увидите, да если что приглянется — заберете дешевле, без конкуренции.

Торговец задумчиво почесал бороду, и переспросил: — Лицензию?

Я поморщился.

— Ну, разрешение ассардарское, на торговлю. Или кто там разрешение выдает.

— Гильдия торговая выдает.

— Гильдия, так гильдия. Мы все равно в нее вступать не собираемся — вольные торговцы мы. Так как?

Кирей, решившись, стукнул кулаком по столу, заставив Сена испуганно вздогнуть.

— Добро! Магия штука хитрая, денег много заработать можно. Как до торжища доберемся, там и решим, как да что.

Рыбка клюнула.

Я, улыбнувшись, напряг Макса: — Будь добр, сбегай, принеси нашему будущему компаньону черный маркер. У меня во внешнем кармашке рюкзака лежит.

Дождавшись, пока он вернется, я обратился к Сену: — Дай сюда руку.

Внутренний голос хихикнув в предвкушении. Сен нерешительно и опасливо протянул мне ладонь.

— Смотрите, что может эта маленькая магическая палочка. — загораживая рукой ладонь парня, я написал на ней похабное слово.

Сен заерзал: — Щекотно.

Развернув написанное к купцу, я продемонстрировал свою работу. Торговец, поперхнувшись отпиваемым чаем, раскатисто захохотал, стуча рукой по столу.

Макс, видевший процесс написания, вторил ему. Бедный Сен, то краснея, то бледнея, пытался понять, что же я сделал с его ладонью. Успокаивающе подмигнув парню, я отпустил его руку и, протянув маркер все еще хохочущему купцу, произнес: — Магическая палка-писалка. Стоит полновесный имперский золотой, вам — как подарок, в пользу будущего союза.

У купца округлились глаза. Имперский золотой — это не хухры-мухры.

Ткнув в руку Сена, я продолжил: — На любых поверхностях пишет. Не смывается водой, только со временем стирается. В наших купеческих делах — незаменимый помощник. Пометки деловые делать, али еще что. Ресурса чернил хватит на тысячу метров надписей, это куда больше, чем тысяча страниц.

Я перевел взгляд на парня, прочитавшего надпись и покрасневшего, как помидор. Сжалившись, я утешил его: — Будешь хорошо себя вести — подарю такой же. Чуть позже дам магическую тряпку, сотрем надпись. Не переживай.

Кирей тем временем взял из моих рук маркер и, посмотрев как закрывается колпачок, одобрительно крякнул.

— Добро. Вижу, не только болтать умеете, но и дела делать. Уважили.

— Отдохните пока с дороги. Мы соберемся и спустимся. Вы же здесь останавливаться на ночь не собирались? — спросил я.

— Да, лишь поесть и в путь. — ответил купец.

— Чудненько. — я встал из-за стола и направился в лестнице наверх. — Скоро увидимся.

Макс и Сен поплелись вслед за мной.

Пропустив их вперед, я последним зашел в комнату и, закрыв дверь, плюхнулся на кровать.

— Ну что, приспешники, готовы? Двери закрываются, следующая станция — Торжище. — подумав, я добавил: — Собираемся в темпе, и готовимся выступать.

— Сен, у тебя своих вещей много? — спросил Макс.

— А лошадь у коновязи твоя стояла? — вторил ему я.

Парень отрицательно покачал головой.

— Все вещи в котомку уместятся, а лошадь — трактирщика, он на ней по делам уезжает иногда.

— Вот и славно, не люблю лошадей.

Достав из рюкзака небольшой пузырек спирта, я смочил край простыни на кровати и, взяв Сена за руку, стал оттирать надпись. Тот смущенно покраснел и промямлил:

— Все трое безлошадные. Если у купца повозки нет, то придется в деревню идти, там покупать. А это лишняя трата времени.

— Не переживай, Сеня! — закончив оттирать, я приподнялся и хлопнул парня по плечу. — Никуда он без нас теперь не денется. До поля буквально день пути, а торжище только через две недели. Купец с запасом приехал, дела свои утрясти.

Припомнив, я добавил: — Гаррох говорил, что все приезжие, кто на Торжище место не застолбил на ночевку для компании своей, останавливаются в небольшом городке, который стоит в паре полетов стрелы от поля. Там же и организаторы торгов живут. Найдем постоялый двор и остановимся в нем. Не хочу на поле в палатке или биваке ночевать.

Собравшись, мы спустились вниз. Воины уже были готовы, и не спеша переваривали пищу, ожидая нас. Отдав служанке пару медяков, я намекнул на свое скорейшее возвращение, поблагодарив за хорошее обслуживание и получив в ответ многозначительную улыбку.

Трактирщику на прощание я отдал приказ никому нашу комнату не сдавать. Мол, мы в любой момент вернуться можем. Сдачу с серебряного я благодушно разрешил оставить: частично в уплату долговременной аренды комнаты, частично для повышения лояльности.

Провожая нас преданными глазами, хозяин трактира клялся, что никому комнату не отдаст и что для благородных господ его заведение всегда открыто. Эх, великая сила денег…

На нашу удачу, повозка у купца все-таки была, да к тому же оказалась добротной и вместительной. Беседуя с торговцем, мы неспешно тронулись в путь.

Глава 5. Не имей 100 серебряных, а имей 100 друзей

В город мы прибыли еще засветло. Купец собирался уладить кое-какие дела с организаторами Торжища, а мы — осмотреться и прицениться.

Фларис, а именно так назывался город, был великолепен. Аккуратные, чистенькие улочки, дома им под стать — ровные, крепкие строения в два-три этажа, с ухоженными садиками и двориками. Ни одной покосившейся хибары. Мощеная булыжником ровная площадь, городская ратуша, выкрашенная в светлый желтый цвет, ровные, выложенные камнем дороги, — город был прелестен.

Как объяснил нам Кирей, это был район людей среднего достатка, а бедные кварталы располагались дальше. Забегая вперед, скажу, что и там тоже все было прилично, лишь за тем исключением, что дома были поплоше, одноэтажными, а двухэтажки были редкостью. Как оказалось потом, жители бедных кварталов, экономя на материалах, расширяли свои дома не вверх, а вниз, выкапывая себе комнаты, подвалы, тайные ходы и даже целые подземные галереи и с огромными залами и анфиладами.