Владимир Лошаченко - И пришел спаситель (СИ)

Народ закис от смеха.

Пришел день отлета — в обоих «замках» происходили баталии, общие словосочетания и тема одна — багаж. Мужчины пытались доказать слабой половине, что глупо тащить груду чемоданов барахла.

— Можно купить все на месте, — увещевали Наставники жен.

Сашка веселился, глядя на семейные сцены, а на тетушкино замечание:

— Ты почему до сих пор не собрал вещи? — На полном серьезе и с княжеским достоинством ответил:

— Я поеду в одних трусах и с двумя учебниками под мышкой, мне больше ничего не надо.

— Сгинь с моих глаз, — посоветовала тетушка и пнула очередной раз ножкой на мужа.

В конце концов разногласия улеглись, победил здравый смысл — количество чемоданов не превышало пределов допустимого. Сашка вообще летел с одной сумкой, как впрочем и остальные мужчины.

В Москве распрощались — тетушка, Лань и Иван Степанович улетели первым рейсом до Вашингтона. Через три часа объявили посадку на самолет, следующий до Оттавы.

Учитель с Сашкой и толпой пассажиров уселись в «Боинг» и отправились в многочасовое путешествие. В Оттаве, передохнув пять часов, пересели на внутренний рейс Оттава — Виннипег — Эдмонтон. Оттуда с пересадкой до Доусона попали в Анкоридж — столицу Аляски.

Канада Сашке понравилась, хотя видел в основном аэропорты. Понравились люди, их отношение к иностранцам, в них не было американской чванливости и тупизны. Сашка раньше за границей сталкивался с янкесами, и они оставили у него самое негативное впечатление.

Туристы, отоспавшись в местной чистенькой гостинице, за какой-то час обежали городок и нашли его довольно уютным и интересным.

Несмотря на июль, было не жарко — север, ничего не поделаешь.

Для экономии времени до Фэрбанкса вылетели самолетом. В Анкоридже они приобрели все для дальнейшего путешествия — палатку, два спальных мешка на гагачьем пуху, спиртовую печку, утепленные куртки и высокие замшевые ботинки на толстой подошве.

Петр Степанович лично занимался сухим пайком, присовокупив к нему несколько бутылок спирта. С огромными рюкзаками через сутки они усаживались в купленную моторную лодку на берегу Юкона.

Сплав по реке Сашке понравился — стояла приличная теплая погода, гнус не одолевал, отличная рыбалка, что еще нужно для полного счастья.

Красивейшие места Сашка щелкал предусмотрительно захваченным фотоаппаратом. На второй день сплава в обед случилось небольшое происшествие.

Попивая чаек после плотной трапезы, Сашка докопался до Петра Степановича:

— Учитель, я вам и Мастеру, конечно, верю на предмет Предтеч, но, извините, доказательств, фактов, так сказать, вы никаких не предоставили.

Петр Степанович аж напитком поперхнулся.

— Какие еще на фиг доказательства? Вот копыта и хвост.

Сашка хихикнул.

— Ну не знаю, а вы покажитесь в первозданном виде, тогда окончательно поверю.

— О, Фома неверующий, — Учитель возмущенно забегал по прибрежной гальке.

Минуты две сотрясал воздух словесами на неизвестном языке, очевидно, ругался, затем, успокоившись, принялся раздеваться. Видя недоумение на лице юноши, пояснил:

— Жалко одежду, порвется при трансформации.

Абсолютно голый Петр Степанович отошел метров на десять, постоял с минуту и вдруг без лишнего эффекта в один миг превратился в сорокаметрового великана.

Со стороны Юкона послышалось тарахтенье лодочного мотора — из-за поворота показалась лодка с двумя аборигенами. Они, заметив исполина, заметались, запрыгали и, резко прибавив скорость, скрылись из вида. Видимо, их напугал валун, упавший в двух метрах и поднявший фонтан брызг. Учитель, швырнувший в них огромный камень, довольно загрохотал. Сашка, ошалевший от увиденного зрелища, чуть было не оглох.

Через неделю, вылетая из Анкориджа, Петр Степанович подсунул ему местную газету «Новости Севера». Юноша, удобно устроившись у иллюминатора, прочел короткую заметку.

«Наш корреспондент Уильям Грэй возвращался с рыбалки вместе с братом. По их утверждениям, в трехстах километрах от Фэрбанкса, на берегу, они видели огромного голого человека тридцать пять-сорок метров высотой. Этот исполин, якобы, бросил в них большой камень, едва не потопив лодку. В настоящее время оба несчастных находятся под пристальным наблюдением врачей».

Сашка уставился на Петра Степановича, тот отреагировал весьма своеобразно:

— Чего только не мерещится людям после паленого виски. Га-га-га.

Надо признать этот вояж вымотал Сашку до предела. Лодку они бросили после слияния Юкона с правым притоком и поперли бодрой рысцой до города Ном. Эти триста километров по бездорожью он надолго запомнил. В ответ на его шипенье Учитель отмахнулся:

— Легко в ученье, тяжело в бою.

— Наоборот.

— Ага, наоборот, — легко соглашался Петр Степанович.

Сашка-то надеялся на легкую прогулку по знаменитой реке, а тут такой облом, но все плохое кончается, и через двое суток они приземлились в аэропорту Майами, штат Флорида. Их встретил Иван Степанович и отвез на арендованном «Форде» в Майами-Бич. Ехали довольно долго, поскольку сам Майами-Бич расположен на островах и соединен с основным городом дамбами.

Пока добирались, Мастер рассказывал последние новости из жизни отдыхающих. Все у них хорошо, устроились в двух коттеджах, в гостиницах по случаю сезона мест нет. Нина Юрьевна в первый же день сгорела на пляже, сейчас чувствует себя лучше. Лань обожглась ногой о медузу третьего дня — обошлись без врача, Иван Степанович сам вылечил супругу.

Прибыв на место, вышли из машины. Двое — мужчина и юноша- являли резкий контраст с третьим, одетым в бермуды и легкомысленную рубашонку. У парочки вид был суровый и потрепанный, прожженные джинсы, грубая обувь, исцарапанные руки — все наводило на мысль, что люди прибыли издалека и явно не из цивилизованных мест.

— Пойдем, пойдем, женщины вас заждались.

Оказывается, обыкновенная ванна и чистое свежее белье — это такое счастье. Сашка уснул, рухнув на кровать, не дожидаясь обеда. Проснулся только на следующее утро от голода.

В последующие четыре дня успели загореть, побултыхаться в бухте Бискейн и пошастать по городу-курорту Майами.

На пятый день, невзирая на протесты женской половины, улетели в Лас-Вегас. Город греха и азарта, как о нем писали в свое время советские газеты, поразил юношу. Лас-Вегас утопал в зелени, несмотря на то что река Колорадо протекала в тридцати пяти километрах.

При посадке самолета Учитель показал Саше знаменитую плотину и гидростанцию имени Гувера.

Огромный аэропорт Маккарран встретил туристов освежающей прохладой кондиционеров. Чернокожий таксист с ловкостью фокусника уложил их сумки в огромный багажник машины и повез компанию в город. По пути негр развлекал туристов историей возникновения Лас-Вегаса.