Барб Хенди - Через камень и море

Молот-Олень махнул рукой и спросил:

— А что вы хотели узнать от меня?

Винн дала понять это с самого начала и поэтому Чейн только повторил:

— Местонахождение Железной косы.

Кэрроу поморщился от звуков этой фамилии.

Лицо Молота приобрело задумчивое и печальное выражение:

— Продолжите путь по Известняковой Мейнуэй и повернёте на пятом туннеле к северу. Там вы найдёте кузницу, через которую ведёт короткий путь вниз. Но только двое представителей Железной косы живут среди нас. Это Скирра Ярклэг Джейн а Дуанлах со своей матерью Мерандж.

Длинные имена гномов перемешались в голове Чейна, но он знал от Винн, что Ярклэг означало «железная коса» и являлась фамилией кого-то из заслуженных предков.

Винн снова заёрзала на скамейке.

— Почему… вы так печальны… когда говорите о них?

Её речь становилась всё невнятней и невнятней.

— Пятая улица справа… — повторил Молот с нарастающим беспокойством посмотрев на Кэрроу.

— А что с моими… ком… компаньонами? — спросила Винн, а на её блестящих глазах казалось вот-вот навернутся слёзы. — Магьер… Лисил… Малец… Где они?

Молот покачал головой.

— Я не знаю, Винн Хигеорт. После того как они помогли мне, я спросил их о том, куда они путешествуют, но они предпочли держать это при себе. Они направлялись на север. Возможно в Нортлендер — один из прибрежных городов.

Чейн смотрел за тем как по щекам Винн катятся слезы, и она прикрывает глаза. Она выглядела сломанной, так как если бы что-то отчаянно искала и не нашла. Девушка была пьяна и он боялся, что она рухнет на пол.

Винн подняла на Молота отчаянный взгляд и прошептала:

— Но они живы?

Молот-Олень наклонился к ней, обнажая в улыбке ровные белые зубы.

— В этих троих есть что-то лукавое. Но я готов поклясться своей честью, что они ещё живы!

Чейн встал.

— Мы благодарим вас за помощь.

— Мелочь. — рассеянно отозвался Молот, а потом рассмеялся толкнув Винн плечом. — А у меня был лучших из обменов!

Винн едва не опрокинулась от его толчка, но быстро её подхватил.

— Ничего не поделаешь, это всё эль. — сказал он. — Вы доставили мне удовольствие сегодня вечером. Это была страшная история о том, о чём мы никогда не слышали!

— Страшная? — переспросила Винн. — Но только не по сравнению с другими, что я знаю.

Для Чейна это было слишком. Он схватил Винн под руки и поднял её на руки. Она начала сопротивляться, пока он не прошептал ей на ухо:

— Пойдём… надо найти Железную косу.

Но он собирался взять её и найти жильё, прежде чем они продолжат путь.

— Да, к Железной косе! — сказала она громко, до последнего продолжая стоять на своём. Затем она посмотрела на Молота и сказала: — До свидания, танаэ… и благодарю вас.

Прежде чем расставание затянулось, Чейн развернул её к выходу, и Тень последовала за ними. Пока он направлял Винн между столами, её история не оставляла его мысли…

Или, скорее всего, Чейн не мог прекратить думать о ней и видеть перед внутренним взором момент, когда она стояла на платформе, сжимая воображаемое сердце анмаглакха.

Глава 5

Винн вдохнула в лёгкие больше воздуха, стараясь очистить голову от дыма приветственного дома. Именно поэтому она почувствовала головокружение и тошноту. Она не опьянела от нескольких глотков пива.

Известняковая Мейнуэй была тускло освещена и Чейн хотел подхватить девушку под руку, но она отстранилась, тут же пошатнувшись.

— Пять тоннелей вниз… справа. — пробормотала она.

Тень настороженно заскулила.

— Нет, мы идём в трактир. — резко заявил Чейн.

— Я в порядке… Теперь давай…

— Ты должна отоспаться.

Винн вспыхнула негодованием.

— Спи сам, кто мешает?

Что он о себе возомнил? Его бы не было здесь, если бы не она… а он ведёт себя так… как Хайтауэр — душит своей властностью.

— Я в порядке. — повторила она. — Просто мне нужно немного свежего воздуха.

— Где мы находимся? Глубоко под землёй. — прохрипел он. — Я вырос среди дворян и мог выпить только когда сядет солнце. И я знал меру!

Двое гномов вышли из приветственного дома и взглянули на двух людей о чём-то спорящих на пустынной Мейнуэй.

— Мы идём в гостиницу. — прошептал Чейн.

— Нет! К Железной косе… сейчас!

Винн рванулась вперёд и внезапно споткнулась у двух высоких столбцов. Кристалы на пилонах размывались перед её глазами. Но она не позволит никому управлять ею. Даже Чейну. Особенно Чейну.

— Уже поздно. — сказал он, останавливаясь позади неё. — Теперь нам не нужно искать кузницу, потому что мы знаем, где она находится. Мы вернёмся завтра вечером и пойдём туда.

Даже сквозь хмельной туман Винн осознала, что его слова имели смысл. Как она может спорить, если он прав? Она ненавидела такие моменты. Также как и её начальство, он использовал рациональные доводы, чтобы манипулировать ею.

Винн остановилась, опёршись на колоны, а затем сползла вниз, прижавшись к ним спиной.

— Очень хорошо. — наконец согласилась она.

Тень зафыркала и Винн увидела, что собака кружит около неё.

— Но тут я решаю, что делать. — предупредила она и поднявшись направилась прочь.

Тут её пальцы запутались в одежде и девушка остановилась, чтобы поправить её. Она вовсе не собиралась так разговаривать с Чейном. Во всём был виноват даже не хмель, а душный запах приветственного дома.

Тень пофыркивая скользила рядом с ней. Чейн как всегда шёл по другую сторону. Почему он такой высокий? Он возвышается над всеми здесь среди гномов и это тоже раздражало Винн.

Они прошли мимо разнообразных закрытых магазинов с такими изношенными и невзрачными вывесками, что было невозможно различить надписи.

— Ты никогда не рассказывала мне эту историю. — сказал Чейн, заставая её врасплох.

— Какую… какую историю?

— О белой женщине, которую ты называешь Ликэн. Рассказ о её убийствах, придал твоим словам силу.

Винн посмотрела на него и снова запнулась. Его бледное лицо было задумчивым.

— Ой… — она колебалась. — Я сама плохо об этом знала.

— Я предполагал это. — ответил он.

— Что это значит?

— Ничего. — быстро сказал он. — Короткие и простые факты были необходимы для рассказа.

— Я сама догадалась. — призналась она. — Я поняла, что нужно делать. Говорящее украшение гномов, обязывает их быть рассказчиками, теми кто создаёт легенды. Они должны основываться на фактах.

— Ты хорошо всё сделала. — сказал он. — Очень хорошо. Я понятия не имел, что у тебя так здорово это получится.