Ольга Мяхар - Пророчество для ангела

— Я же жива, жива, разве ты не видишь?!

Я взяла его руку и прислонила ее к своей груди.

— Ты слышишь? Оно бьется!

Коул почему-то покраснел и отнял руку.

— Да, я слышу. Ты жива, хотя я до сих пор не понимаю, как это могло произойти, я же своими глазами видел, как… — он нахмурился и замолчал, глядя себе под ноги. Я нетерпеливо елозила на кочке, ожидая продолжения. Ну ни фига себе воспоминания очевидцев.

— Когда я увидел тебя там на крыше дома, то решил, что мне просто почудилось, что ты просто похожа, но потом я увидел тебя на рынке и… узнал. Долгое время я не верил, сомневался, но сейчас, — он вскинул голову и впился в мое лицо горящим взглядом, — сейчас я верю, и не хочу, — он сжал мои ладони в своих руках, и я временно перестала дышать, — чтобы это снова повторилось. Случилось чудо, и поверь, я не позволю тебе умереть снова.

Какой мужчина!… Так, о чем это он? Ой, я задыхаюсь! Так, делаем вдох, делаем выдох… Нет, ну какие слова: я не дам тебе умереть…, любимая… Не важно, что последнего он не произнес, дайте помечтать.

— Нейллин, — тихо прошептал он, плавя и лаская мое имя на выдохе. Боже, я сейчас соглашусь на все.

Я закрыла глаза и послушно вытянула губы. Один поцелуи и я в раю.

— Обещай мне, что ты не пойдешь на дракона.

В губу сладострастно впился комар. Я открыла глаза и врезала по нему ладонью. Не судьба. Так, а что он сказал? Что!? Я вскочила и возмущенно потеребила ногой кота, тот слабо застонал, не реагируя на намеки.

— Я дала слово, и сдержу его, что касается вас!…

— Где я? — Приподнялся на лапке Обормот, уже явно симулируя.

— Что касается тебя…

— Да, — тихо сказал он, вставая и нависая надо мной.

— То ты можешь идти на все четыре стороны, тебя никто не держит, а я тебя не знаю.

— Ллин, ты не понимаешь, ты можешь погибнуть…

— И что? Это моя жизнь, и мое решение, и я не намерена слушать того, кто однажды уже дал мне умереть!

Все, это я явно зря. Его лицо превратилось в каменную маску, и он отшатнулся от меня, как от ядовитой змеи. Умею я разговаривать с мужчинами так, что уже на второй минуте разговора их явно тянет меня придушить.

— Как вам будет угодно принцесса, — он низко мне поклонился и отошел в сторону.

— Ллин, ты не обижайся, но мне кажется, что ты была не совсем права.

Я оглянулась на все еще валяющегося в луже кота, подняла его на руки, тут же измазав в грязи еще и верхнюю часть одежды, и твердо зашагала в обратном направлении, сверяясь с отобранной картой. Все, что меня сейчас волновало, это как бы не разреветься. И почему он обозвал меня высочеством?

К логову мы подошли уже вечером, я даже с картой умудрилась два раза заблудиться, а Коул хранил такое высокомерное молчание, что мы с котом решили его не трогать. Так что, когда я увидела заветную пещеру, то готова была разорвать нежить голыми руками. Пещера располагалась меж ветвистых кустов, ветки которых заслоняли вход. Позади нее было болото, на самом краю которого она и находилась, и которое я только что все-таки преодолела. А перед ней находились небольшая полянка, пара обгорелых пеньков и деревья этого леса.

Кот храпел на моих плечах, я его разбудила.

— А? Что? Мы дошли? Ура, то есть какой ужас! Так, дай-ка мне слезть.

Он тяжело сполз по моей спине на землю и с любопытством начал осматривать вход в пещеру.

— По-моему там никого нет… — но тут до нас донеслось хриплое ворчание и жуткий грохот. Кот мгновенно отскочил от входа и переместился на ветку ближайшего дерева, где и решил оставаться в дальнейшем.

— Если что, то я рядом, только свисните.

— А если я не умею свистеть, — поинтересовалась я, подкрадываясь к кустам у входа.

— А это ваши проблемы.

— Хм…

Внутри опять все затихло. Интересно что это было… Хотя, если он проснулся, то я об этом очень скоро узнаю. Я глубоко вздохнула и сделала шаг внутрь, сзади тихо крался Коул.

Ход в земле сначала шел вперед, а потом начал изгибаться к низу, оставаясь при этом очень широким. Сапоги скользили по грязи, а на стенах висели какие-то склизкие шевелящиеся нити. Они легонько покачивались, реагируя на колебания воздуха, и мягко светились бледно зеленым светом. Гадость какая. Вскоре я заметила точно такие же нити, свисающие с потолка.

— Не задевай паутинки, это предупредит грога и он проснется до срока. — Прошептала я, уворачиваясь от очередной из них, слишком низко свисавшей с потолка.

Коул молча кивнул и с тихим шелестом достал длинный двуручный меч, по лезвию которого змеились голубые линии, пересекавшиеся на подобие паутинки. Как символично.

Ход шел все глубже, а нити свисали все ниже, и их становилось чересчур много. Пришлось встать на четвереньки и опустить руки в эту жгучую кашу, которую и грязью-то уже не назовешь. В нос шибанул едкий запах слизи, усиливающийся с каждым проползенным метром. Значит, мы уже близко. Вдруг лба коснулось что-то мокрое и холодное, прошлось по волосам и шлепнулось на спину. Я похолодела, из пещеры донесся глухой раскатистый рев.

Вскочив на ноги и ощущая в ладонях все более явственно проступающую холодную сталь призрачных клинков, рукояти которых не скользили даже в моих склизких ладонях, я рванула вперед, уже не обращая внимания на колышущуюся зеленую завесу, рубя ее на ходу и пытаясь прочистить дорогу.

Неожиданно я влетела в пещеру, и, еле успев затормозить, застыла там, пораженная открывшимся зрелищем. Пола в центре не было. Твердая поверхность оставалась лишь по краям круглой пещеры, а в ее середине колыхалась бурая вонючая жидкость, над поверхностью которой клубились тяжелые испарения. Будто туман они покрывали пол, доходя мне по пояс, но и так запах был просто невыносимый. И в середине этого «пруда» поднималась гниющая голова когда-то убитого дракона.

Меня сейчас вырвет.

Он лез наверх, вздымая целые волны и пытаясь вытолкнуть свое тело наружу. Вот поднялось из жижи правое крыло, покрытое все той же склизкой массой, и ударило по поверхности, разогнав волны, которые окатили меня до колена. Он заорал, заметался, пытаясь вылезти целиком, и… увидел нас. На меня уставилась пустая, горящая алым пламенем глазница, и тварь зашипела, а потом забилась так, что чуть ли не на половину вылезла наружу.

— Не спи ведьма, оно сейчас освободиться.

Я очнулась, собралась, и прошипела сквозь зубы первое заклинание, стараясь не дышать слишком глубоко. В руке зашевелился колючий пульсар и бесшумно унесся к грогу. Он взмахнул, защищаясь, правым крылом, и пульсар с лежким чпоком врезался в него.

Секунду ничего не происходило. А потом крыло взорвалось изнутри и разлетелось сотней ошметков по сторонам. Грог взревел и рывком высвободился полностью. Ну, нет, не так быстро.