Денис Луженский - Сны чужие

- Просто поговорить?

- Именно так, - Таня улыбнулась… улыбка вышла кривой, - просто поговорить…

Он сидел на лавочке у подъезда и курил. Ждал ее, как видно, уже давно. Сигарета в его пальцах истлела до половины, а рядом, под ногами, валялись еще два или три свежих "бычка". Таня, погруженная в свои мысли, скорее всего и не заметила бы его, прошла бы мимо, рассеянно кивнув из вежливости незнакомому (а хоть бы и знакомому) человеку, в одиночестве дымящему на пустой лавочке, которую в вечерние часы обычно занимали местные старушки.

- Здравствуй.

Узнав голос, Таня невольно вздрогнула и обернулась.

- Сергей? Здра… Здравствуй. Как ты здесь…

- Жду тебя, - прямо заявил Лобов, пожимая плечами. - Я ведь как-то подвозил тебя, помнишь? Знаю где ты живешь.

- Что тебе надо?

- Поговорить хочу.

- Поговорить? О чем?

- О жизни… Да не дергайся ты, Танюх, действительно поговорить надо.

- Просто поговорить?

- Просто… не просто, - Лобов поморщился. - Да, просто поговорить. Только не на улице давай.

- Где же? Уж не домой ли тебя пригласить? - в голосе Тани стеклянно звякнул сарказм.

- Хм… От тебя дождешься. В бар бы предложил, но ты ведь и туда не поедешь… Слушай, тут, в паре кварталов отсюда, видел я кафешку какую-то. Давай-ка заедем туда, попьем кофейку, а заодно поболтаем. Идет?

- Слушай, Сергей…

- Да не бойся ты, дурочка! - взорвался вдруг Лобов, раздраженно кривя узкие губы. - Не съем я тебя! Вон, и своих архаровцев всех разогнал сегодня, только Геныч со мной. Хочешь, и его отошлю?

Таня неуверенно посмотрела в сторону серой "десятки", припаркованной неподалеку. За тонированным стеклом с трудом угадывался контур одного человека, сидящего в салоне.

- Хорошо, - она поежилась, плотнее запахнула плащ и кивнула согласно. - Только за два квартала отсюда - не пойдет. Здесь в трех автобусных остановках есть другое местечко. Оно попроще, но кофе там тоже есть. И мы туда пешочком прогуляемся, а Гену своего можешь хоть отослать, хоть вообще послать - мне все равно.

Лобов только покрутил головой, но спорить не стал. Махнул сидящему в машине приятелю рукой: "езжай, мол, за нами", и быстрым шагом догнал Таню, решительно устремившуюся вдоль по улице. Молча пошел рядом. Не привыкший ни в чем уступать другим, он явно чувствовал себя сейчас не в своей тарелке, и все же пытался быть предельно спокойным и даже обходительным.

Кафетерий "Сирень" на улице Комдива Соколовского был заведением маленьким и неброским. Чай, кофе, скудный ассортимент выпечки, "джентльменский" набор спиртных напитков, сока, сигарет и прочей съедобной и полусъедобной мелочи. Пять столиков высотой по грудь, без сидячих мест, да стойка со скучающей продавщицей - вот и весь шик. Единственным достоинством "Сирени" были низкие цены, привлекавшие в забегаловку большинство местных студентов и школьников старшего возраста.

Лобов только брезгливо поморщился, принюхиваясь к горячей темной жидкости, налитой в пластиковый стаканчик.

- Дыра, - с предельной лаконичностью резюмировал он, отставляя напиток в сторону.

- Не ресторан, это верно, - усмехнулась Таня, - но мы люди не гордые, нам и здесь неплохо.

- Бред, - заявил Сергей жестким, не терпящим возражений тоном. - Ты бы послушала себя со стороны, девочка. Не гордые… Здесь неплохо… С тем хмырем тебе что, тоже "неплохо"?

- Не смей так о нем! - Таня вскинула голову. - Ты его не знаешь!…

- Да не больно-то и хочу узнать! Ты лучше помолчи, Танечка, и послушай меня…

Лобов смотрел хмуро и холодно. Он был на полголовы выше девушки, а сейчас словно вырос еще больше. Казалось, будто его серые глаза глядят на нее сверху вниз, глядят тяжело, давяще. Галантность с него слетела, как и не было ее вовсе. Он заговорил вдруг властно, с чувством превосходства, как говорил бы с маленькой глупой девчонкой опытный взрослый мужчина. Таня поневоле осеклась и слушала его, не пытаясь прервать, кусая губы и вздрагивая иногда, как от полученных оплеух.

- Хватит, поигрались. Мое терпение тоже имеет пределы, девочка моя милая. Кого ты из себя корчишь, дурочка? Невинную овечку? Кого хочешь найти себе? Принца из сказки? Принцы в наше время все как один по помойкам шарят, бутылки собирают, чтобы с голоду не подохнуть. Романтика - блажь! "Ах, он хороший! Ах, о нем не смей!…" Красивая девка из солидной семьи, а ведешь себя, как последняя дура! Он же ничто. Меньше, чем ничто. Что тебе даст этот твой Олег? Он же не сможет себя прокормить, не то что семью! У него нет ни основания, ни поддержки. Через полгода он окончательно сломается и либо сопьется, либо колоться начнет. А даже если не начнет, то все равно - это будет, в самом лучшем случае, вечное прозябание в полунищем состоянии до конца его убогой, ничего не стоящей жизни! Я же предлагаю тебе серьезные, стабильные отношения. На самом деле предлагаю, без дураков. Слово дам при всех, а я от своего слова никогда еще не отказывался. Сделаем тебе для начала отдельную квартиру в центре, приоденешься, развлечешься на полную катушку. Оботремся немного, а там и распишемся. Зуб даю - распишемся. Я все решил уже - хватит, погуляю еще годик-другой, а там и остепеняться пора будет. Отцовское дело со временем ко мне перейдет, да и сейчас будешь кататься, как сыр в масле. Олег твой - дерьма кусок, я об него ноги вытирать постесняюсь, а я - человек надежный. В наше время нужно держаться надежных людей. Таких, как я. Подумай об этом на досуге, Танюша, и прими верное решение. А не примешь - что ж… Буду решать за тебя! Если ты сама не соображаешь своей дурной бабской головой, то я стану соображать за нас двоих. Ясно тебе? И для начала - брось этого малохольного своего, он тебе не нужен, уж поверь. Да и ему ты не нужна. Ты мне нужна. А это дорогого стоит. Я себе цену знаю, в отличие от тебя, девочка моя. За мной - сила, а за ним - убожество и дешевый суррогат кофе в дерьмовых забегаловках вроде этой. Ты с ним, кстати, спишь? Вижу по глазам, что нет. Может он вовсе неспособный, а, Тань? Нет, ты определенно дурочка. Тебе же мужик нужен, а не амеба…

- Ты весь, со всем своим немереным эго и деньгами, одного его пальца не стоишь!

Лобов только пренебрежительно усмехнулся на этот отчаянный выпад.

- Я его давно мог бы в рогалик печеный свернуть. Не трогаю только из-за тебя… пока не трогаю.

- Только посмей!…

- Да плевать я хотел на него! Мне и мараться-то об этого полудурка неохота! И ты мне не угрожай, Танечка, я на угрозы неподатливый. Лучше подумай хорошенько, рассуди без дешевых романтических эмоций и реши. Сама реши, мне твою гордость травмировать нет желания… хоть и стоило бы, пожалуй, поскольку глупая она у тебя, гордость эта. Для тебя же - вредная.