Татьяна Устименко - Лицо для Сумасшедшей принцессы

Ознакомительный фрагмент

– Бр-р-р, никогда не слышала ничего ужаснее и противнее! – Меня передернуло.

Немногочисленные посетители трактира, внимательно слушавшие орка, в панике забились под столы, а из-под стойки уже торчали мощные окорока хозяина, от страха ходившие ходуном так сильно, что прикрывавшая их толстая дубовая доска жалобно потрескивала.

– Огвур, тебе в раннем младенчестве, еще над колыбелью, феи случайно ничего этакого зловещего не напророчили? – с невинным видом спросила я, стремясь хоть немного разрядить излишне нервозную обстановку.

У орка глаза полезли на лоб:

– Мелеана, ты о чем?

– Слышала я про одну несчастную невезучую принцессу, которой сразу после рождения пообещали, что в зрелом возрасте она уколет палец веретеном и уснет вечным сном, – с готовностью пояснила я. – Так вот, ее родной предусмотрительный папик спас девицу весьма оригинальным способом…

– Каким же? – поднял брови Огвур.

– Да элементарно. Отрубил ей руки по локоть, – саркастично хмыкнула я. – Что надо бы сделать и с твоим болтливым языком, дабы людей пугать неповадно было!

Орк смущенно умолк и покраснел.

За окном послышался громовой хохот, и в комнату заглянула донельзя заспанная драконья морда, лишь на самую малую свою часть поместившаяся в деревянном проеме.

– Ай да Мелеана, браво, браво! – Эткин насмешливо выдохнул в комнату порцию серого удушливого дыма. Все закашлялись. – А ведь орк вас не пугал: он правду говорил, причем, щадя ваши нервы, нарочно умолчал о некоторых самых кошмарных подробностях!

– Куда уж кошмарнее-то? – проворчала я, обтирая платком закопченное от драконьего веселья лицо. – Тебе тоже что-то известно обо всем этом, Эткин?

– Довелось почитывать в свое время кое-какую интересную литературу, – небрежно отозвался дракон. – Существует теория – уточняю: всего лишь теория, – что Ледяной бог способен обрести полную силу, лишь вступив в брак с юной девственницей благородных эльфийских кровей, облаченной в процессе пикантного ритуала в Пелену богини Аолы.

– Что еще за Пелена? – заинтересовался любознательный Лансанариэль.

– Я тоже слышал нечто подобное, – встрял орк. – А Пелена – это свадебная рубашка богини, бывшая на ней в ее первую брачную ночь с королем Греем, но ныне утерянная. И никому не ведомо, где сейчас обретается сей священный артефакт. По легенде, на ткани Пелены сохранились капли священной крови самой Аолы – дарительницы жизни, и поэтому рубашка способна излечивать любые раны, уродства и болезни.

– Нашла бы ты ее первая, Ульрика, – тихо попросил дракон. – А то как бы чего плохого не случилось: ведь, похоже, детей холода кто-то уже выпустил на свободу!

– Кто-кто! – проворчал орк. – Ясно дело, кто! Все та же неугомонная Ринецея. Неужели она глупо надеялась, что сможет заставить служить себе тех, кто во много раз превосходит ее силой и возможностями…

– Нет мне покоя, он мне только снится! – Я обреченно схватилась за голову. – Теперь, значит, будь добра срочно ищи какой-то давно пропавший, никогда не стиранный брачный наряд богини. А после него что на очереди – кальсоны демона, подтяжки гнома?

Шокированный Огвур сконфуженно молчал.

За окном ехидно хихикнул вредный дракон.

ГЛАВА 6

– Отпусти меня, дрянь! – пронзительно верещала некромантка Гельда, безуспешно пытаясь вырваться из веревки, крепко удерживающей ее запястья, привязанные к изголовью кровати.

Я надеялась, что ведьма наконец-то послушается голоса здравого рассудка или хотя бы наших увещеваний, но не тут-то было. Истек уже час после того, как она пришла в себя, и на протяжении всего этого времени Гельда вопила не переставая, щедро осыпая нас проклятиями и угрозами. Мы все заработали страшную головную боль, нервное расстройство, да и просто навязчивое, маниакальное, уже почти не поддающееся контролю желание прихлопнуть истеричку на месте, наплевав на любую ожидаемую от нее помощь.

– Ты пойми, дурочка, – в сотый раз мягко втолковывал Эткин, устало положив огромную голову на хлипкий балкончик, оказавшийся единственным украшением снимаемой мной комнаты, – мы вовсе не желаем тебе зла. Просто расскажи нам о намерениях твоей повелительницы Ринецеи, чтобы мы смогли выработать какой-нибудь рациональный план борьбы с этими ужасными ледяными тварями.

– А стриптиз для тебя не станцевать случаем? – издевалась над драконом Гельда. – У-у-у, гусеница бронированная! Я раскусила твой подлый замысел: хочешь выпытать у меня тайную информацию и навредить моей почтенной учительнице. Не выйдет – Гельда не предательница!

Эткин сокрушенно вздохнул:

– Да если бы все сводилось только к проклятой демонице. Но ведь речь идет о судьбе всего мира. Вот скажи: зачем она пробудила этих отморозков?

Я, сидевшая в углу комнаты и услышавшая про «отморозков», еле удержалась от смеха. Все-таки наш дракон всегда отличался непревзойденным чувством юмора! Но некромантка шутку не оценила.

– Как это зачем? – Ее и без того большие черные глаза распахнулись еще шире от изумления, худое лицо презрительно скривилось, отображая неприкрытое пренебрежение к тупой летающей твари. – Моя повелительница – могучая волшебница, она в итоге все же усмирит несговорчивых тварей, подчинит себе и с помощью их силы станет единолично править миром. Ничего не скажу, кроме этого, а то вы опять ей навредите!

Дракон выругался так смачно, что покраснел даже всегда невозмутимый и неизменно уравновешенный Огвур.

– Давайте ее убьем, – безжалостно предложил Ланс, жеманно поигрывая ножичком с серебряной рукояткой. – Или еще хуже – подарим демонам Азура, а то они дюже к человеческим бабам неравнодушны! Толку от нее все равно пшик – не таскать же ее с собой связанной.

Полукровка сказал правильно: пока у ведьмы нет возможности совершать пассы руками и добраться до своего драгоценного посоха, она совершенно безвредна, но и бесполезна настолько же. За всю свою недолгую жизнь я встречала всего лишь двух умелых магов, способных творить заклинания без применения каких-либо посторонних накопителей энергии: Марвина и Саймонариэля. Гельда же подобными талантами явно не обладала.

– Э-ге-гей, какой обабившийся смельчак выискался, – язвительно поддела некромантка, недвусмысленно намекая на сразу всем бросающуюся в глаза слишком нежную дружбу орка и полуэльфа. – Вот развяжи мне Руки – и увидишь, чего я стою!

– Да видели мы уже, видели. – Огвур красноречиво погладил рукоять Симхеллы. – Как думаешь, Мелеана, может, стоит стукнуть ее еще разочек, да посильнее, для прочистки мозгов?

– Надоел мне весь этот фарс. – Я решительно встала со своего места, подошла к кровати и склонилась над связанной пленницей, делая страшное лицо: – Мы с ней только время зря теряем. Придется ее пытать.