Татьяна Ильченко - Серые Башни (СИ)

— Где моя одежда? — мне было очень неловко.

— На сундуке, — хмыкнул Гру.

Волоча за собой одеяло, я переместилась ближе к сундуку, и уставилась на тряпку, бывшую когда-то джинсами.

— Ты издеваешься?

— Эта одежда совершенно не подходит такой леди как ты, не стоит жалеть о ней.

— И что мне делать? Ходить в одеяле или начинать сшивать шкуры?

— Зачем тебе шкуры? В крепости нашлось несколько вещей, которые должны тебе подойти, на первое время хватит, — Гру положил на край кровати аккуратную стопку.

Прихватив по дороге свой рюкзак и путаясь в одеяле, я снова залезла на кровать.

Все было очень просто. Свободная бежевая туника с длинными рукавами. Мягкие темно-коричневые штаны и длинный, то ли плащ, то ли халат, отороченный пушистым светлым мехом, миленько. Все было чистым и приятно пахло.

— Нравится? — Гру подошел ближе. — Это все что могли найти, — он тяжело вздохнул.

— Может быть немного великовато, но ходить в этом тебе придется не долго.

— Не переживай, — кивнула я. — Для меня важнее, что я прихватила с собой это! — я ткнула пальцем в рюкзак.

Как оказалось, с собой я взяла не так много, как воображала. Несколько смен белья, носки, всякие мелочи вроде расчески и зубной пасты, ну и отцовская аптечка конечно. Быстро отобрав все что нужно, я повернулась к норду:

— Стесняюсь спросить, а где здесь… умыться можно?

Ну, вот сейчас он меня обрадует! Ночной вазой и корытом. Но Гру ничего не сказал, а просто подошел к едва заметной двери в углу комнаты и тихонько толкнул ее рукой.

Подхватив кучу вещей и все так же путаясь в одеяле, я с трудом протиснулась в узкую дверь и закрыла ее за собой. В небольшом помещении с гладкими каменными стенами было очень чисто и удивительно тепло. Из отверстия в стене весело лилась вода, стекая в круглую каменную чашу. И она была теплой, почти горячей! А за легкой деревянной ширмой обнаружилось сооружение аналогичное привычному для меня унитазу. Нет, это средневековье нравится мне все больше и больше!

Вокруг «ванны», на небольших полочках, стояло множество баночек, коробочек и флаконов, а рядом, на низком столике, стопка аккуратно сложенных вышитых полотенец.

— Как будто только что вышла, — вздохнула я. — Спасибо, бабушка.

Я без труда обнаружила деревянную пробку и закрыла сливное отверстие. Пока в «ванну» набиралась вода, я поближе рассмотрела содержимое флаконов и, найдя в одном из них нечто похожее на шампунь, с удовольствием погрузилась в горячую воду.

Купание пришлось по вкусу не только мне. Шилд, как оказалось, прекрасно плавал. А когда ему надоело изображать из себя Моби Дика, он выбрался из воды и устроился на полотенцах. Сох, наверное. Я протянула руку, чтобы его погладить и только сейчас заметила тонкие, как проволока мифриловые кольца на каждом пальце. Они каким-то непонятным образом совершенно мне не мешали, я и заметила их только потому, что обратила внимание на их приглушенный блеск. Кто и когда их одел? Зачем? Позже обнаружилось, что на мне не только кольца. Цепочка на шее, браслеты на щиколотках, а еще сложная витая цепочка на талии. Если прибавить к этому еще и Шилда, то я носила на себе кучу мифрила. Может тут так положено? Ну, я же принцесса… вроде.

— Гру, — я чуточку приоткрыла дверь. — А зачем мне эти «железяки»?

— Какие железяки? — фыркнул Гру с той стороны.

— Всякие, на руках, на шее… Зачем они?

— Агами велел, — немного помолчав, ответил Гру. — Сказал, надо.

— А кто такой Агами? — я вылезла из теплой воды и начала вытираться.

— Целитель, — буркнул норд.

Ну, если доктор велел, то конечно и неудобств мне это не доставляет.

Одежда была безбожно велика. Мне пришлось попросить у Гру ремешок, чтобы как то удержать спадающие с меня штаны. Ну, на первое время сойдет, только вот как быть с обувью?

— Мне так и ходить? — Я сидела в кресле, рассматривая свои ноги в веселеньких полосатых носках.

— А где моя обувь?

— В камине, — фыркнул Гру. — Там ей самое место.

Он протянул мне короткие замшевые сапожки.

— Вот, случайно нашлись.

Обувка, была великовата, размера на три, не меньше. Но на толстые носки сойдет, постараюсь не потерять.

— Ну и как я тебе? Похожа на принцессу?

— Вот еще, — Гру сморщился и недовольно проворчал. — В этих обносках?

— Сейчас принесут ужин. Я решил, что тебе будет удобнее поесть здесь, а не перед сотней мужчин.

— А зачем мне есть перед сотней мужчин? — насторожилась я.

— Все равно когда-нибудь придется, — норд пожал плечами. — Ты леди.

— А это обязательно, Гру? Может лучше не надо? Я не люблю выставлять себя на всеобщее обозрение, тем более незнакомым людям.

— Какие же они незнакомые? Это твои люди!

— И потом, — добавил он, после минутного молчания. — Ты уже заслужила их уважение…

Глядя на хитрую улыбку норда, я нахмурилась.

— По крепости ходят слухи о твоем, исключительно точном, ударе! И кто, интересно, тебя научил?

— Нечего было меня хватать и трясти! Можно подумать, что я ему там что-то отбила!

Я отошла к окну и стала заплетать еще влажные волосы. Морозные цветы почти полностью закрыли стекло, и через него можно было рассмотреть совсем немного. Только снег и ветер, да несколько корявых деревьев внизу.

Обернувшись на осторожный стук в дверь, я увидела входящего темноволосого юношу с подносом в руках. Он так нервничал, что посуда ходила ходуном.

— Сейчас от ужина миледи ничего не останется, поставь поднос на стол и уходи. — Недовольно проворчал Гру, а парень вздрогнул и почти уронил поднос.

Я решила быть вежливой, раз уж я принцесса.

— Привет! Можешь поставить его сюда. И спасибо, что позаботился обо мне.

Так как молодой человек застыл на месте, я подошла сама, чтобы взять еду из его рук. Буквально на мгновение, подняв на меня глаза, парень прошептал:

— Готов служить, моя леди, — и тут же выскочил из комнаты.

Меня не удивило такое поспешное бегство, конечно, мальчик ни когда еще не видел такой «красоты»!

На принесенном подносе оказалось жареное мясо и хлеб. В кувшине был, слегка терпкий травяной чай, в чашке мед.

— Конечно, это не такой ужин, который следовало бы предложить такой леди, как ты. И он, конечно, не такой вкусный, как тот, которым ты угощала меня, но вполне съедобен, — улыбнулся Гру.

— Ешь поскорее. Нас наверно уже все ждут.

— Кто ждет? — жесткое несоленое мясо почти не жевалось.