Елена Звездная - Киран 3 Укротитель для пантеры

— Идиотизмус, мы издеваемся? — спросила я, обращаясь один нестабильный атом знает к чему.

'Я в зятья не набивался, — обиженно ответили мне'.

— Мама, отбой. Он передумал, — торопливо запахнувшись в полотенце, подошла к зеркалу, начала расчесывать мокрые волосы.

'А ты красивая, — протянул все тот же голос'.

— Прости, мужик, занято.

'Мне в данный момент санитарное помещение не требуется!'

— А мне, — я замерла, — кажется да. Так что исчез из моей головы, мне в комнату для маленьких девочек надо.

'Я понял, — отозвался капитан, — это преисподняя!'

— Поверь, все гораздо хуже! — я широко улыбнулась собственному отражению.

'Чему ты радуешься? — возмутились у меня в голове'.

— Наконец-то хоть кому-то хуже, чем мне, — радостно призналась я. — И хоть кто-то на этом Иристане понимает еще меньше чем я! Дааа, счастье познается в сравнении. Все, тень, сваливай, мне реально очень надо.

В голове стало… как и было. Нет, умом я понимала, что происходит что-то странно-пугающее, но учитывая реалии Иристана, состояние частичной неосознаваемости происходящего становилось все более привычным и все же:

— Видимо, я обзавелась тенью, — сообщила я, находящейся в ступоре мамочке. — Имя матери не поминай всуе.

— Твою мать!

— Начинается, — я шмыгнула носом. — Мам, давай хоть сейчас ты все скажешь нормально, а?

Мне от расстройства даже в нужные места расхотелось. Хотя нет, это я загнула.

— Мам, только быстро.

Она задумчиво ответила:

— Похоже, что тень капитана последовала за тобой.

— Ааа, — я нахмурилась. — Иии?

Счас будут танцы стеснительного характера, а мама почему-то молчит и хмурится.

— Не знаю, — мамуль судорожно всхлипнула. — Не знаю, Кирюш, в том то и проблема! Мне о подобном мама не рассказывала.

— Короче, ты это… вспоминай пока, — сказала я маме и рванула, куда ну совсем нужно было.

Завершив свои дела, побежала одеваться, так как Гарданг ждать не будет, и пока застегивала белье, слышу:

'Почему твоя мать назвала меня тенью капитана?'.

У меня вдруг глаз задергался. Ощутимо так.

— Дожилась, — я тяжело вздохнула, — нервный тик, и это в мои-то восемнадцать лет!

Это я конечно так, храбрюсь, а на деле… вот как сказать кому-то мыслящему и существующему, что он умер? 'Пациент, вы скорее мертвы, чем живы?'. Нет, не смешно как-то… 'Мужик, ты сдох!' — грубо. Есть еще вариант найти в его смерти что-то положительное, например 'Кэп, точно знаю, что никакие черви ваше тело не жрали!'. Но тоже как-то не очень. И вот что мне ему сказать, а?

Подумала, потянулась к сейру, настроила глас божий, и ввела в голосовую программу: 'Капитан Виэрндар, ты умер. Твой призрак теперь здесь. Мне жаль'.

Сейр, подчиняясь программе, преобразовал:

— Раб божий Виэрндар, возрадуйся и вознеси хвалу господу нашему, ибо отобрав тело, даровал он тебе бессмертный дух!…- потом что-то щелкнуло, и глас божий добавил. — Кибздец полный, да?

— Бракованный навигатор, программа сбилась, — прошипела я.

Изменила параметры, включила на повтор последней фразы. Глас божий выдал:

— Кибздец полный, говорю же вам, о блаженные!

— Твою мать! — я с раздражением потрясла устройством, влезла в систему, вновь ввела параметры. — Счас, кэп, минутку и он продолжит.

Сейр щелкнул, после выдал:

— Кибздец, я сказал! Помолимся, дети мои!

Короче сейр не выжил. Мне конечно было очень его жаль, но это все нервы. И вот пока я долбила несчастное устройство, в голове моей раздался едва слышный вопрос:

'Я действительно умер?'.

— Кибздец, — только и смогла выдавить я, а потом почему-то добавила. — Смирись, сын мой… ой.

Отшвырнула остатки сейра, сползла по стенке на пол, села. Помолчала. Не умею я выражать сочувствие. И жалеть не умею. Когда я приходила к маме с проблемой или… с желанием чтобы меня пожалели, мамуль всегда говорила 'Кирюсь, соберись. Давай искать решение!'. И мы его искали. На жалость к себе или окружающим времени уже не оставалось.

— Мне очень жаль, — прошептала я, тени капитана. — Действительно жаль.

Тишина.

— И твоей вины в гибели корабля не было, Виэрндар Иллоэр Аэрд.

Снова тишина.

Я вытерла непонятно как появившуюся слезу, подтянула колени к подбородку и попыталась объяснить:

— Вы летели на Иристан, в поисках нового дома. Но первый помощник внес коррективы в координаты приземления… Корабль разбился. Все погибли… Мне жаль.

На сей раз, молчание было недолгим, а потом послышалось:

'Мы выжили после приземления. Основали поселение. Летали над Иристаном…'

— Это был сон, — прошептала я. — Мой сон, в котором были вы, капитан.

Невольно коснулась ладони, на которой был ожог.

'Да, полный кибздец!' — отозвались в моей голове.

— Простите, я не знаю что с программой, — чувствовала я себя отвратительно.

'Вероятно, программа не рассчитана на общение с призраками, отсюда и сбой.'

— Возможно… сочувствую.

'Мне от вашего сочувствия не легче, — отозвалась тень несколько резко, а после. — Простите. Вы не виноваты, я понимаю. Сколько времени прошло с момента крушения?'.

— Примерно семь тысяч лет.

'Ясно… Будем искать решение данной проблемы.'

Сижу, слезы глотаю. Жалко капитана, так жалко… не представляю, что чувствовала бы я, если бы разбился мой корабль и погиб мой личный состав… Потому что когда смерть это ужасно, а если еще и ответственность за гибель тех, за кого отвечаешь… Бедный Виэрн…

'Кира!'

От этого мысленного вопля даже не по себе стало.

'Виэрн?' — переспросила я.

'Кто???' — возмутился мой обладатель права левого трицепса.

Права была мама — надо было валить с этой планеты при первой возможности… Да поздно уже.

'Привет, любимый, — начала я бодрым голосом. — Как дела? Как настроение? Как спалось, в конце-концов?'.

Напряженная тишина в ответ, одни эмоции, короче. Сначала ревность, потом страх, беспокойство, снова ревность. Сижу жду, пока он со своими чувствами разберется. Разобрался, ревность отошла на второй план, осталась тревога.

'Начну с главного, — вернулся к общению Эран, — никаких поединков с хассаром Айгора. Никаких, сердце мое. С твоим отцом я побеседую лично! Еще один неверный шаг в твою сторону и он получит вызов от меня!'

'Я и так драться с ним не собиралась, — обиженно заявляю. — Но если он тронет маму, я…'

'Твоя мать запретила мне вмешиваться, — резко, отрывисто и едва сдерживая гнев, произнес Эран. — В ее ситуации достаточно было попросить защиты правителя!'

'Она — воин, — я тяжело вздохнула, — и у нее есть гордость, и твое покровительство, это фактическое признание в том, что Араван слабый глава клана. Мама на это никогда не пойдет.'