Зажигалка для дракона, или Свадебный переполох - Ая Ветова

которая оказалась прямо перед его глазами. Лирия вскрикнула, отскочила и тут же оказалась в объятиях Виттора.

   Зрачки в его пронзительных голубых глазах стали узкими. Он умело притянул девушку к своей твердой и горячей груди. Лирия собралась было возмущенно запищать, но тут Виттор погладил ее по спине, и девушка передумала. Зрители вокруг возбужденно замолчали, ожидая продолжения сцены.

   – Ни секунды не жалею, что судьба столкнула нас, – прошептал Виттор,и Пелле cтал лихорадочно листать книгу, пытаясь найти эту реплику. Не нашел и пожал растерянно плечами.

   – А как же опала? - прошептала Лирия, которую затягивало в омут дракоңьих глаз. В известных ей сказках говорилось, чтo драконы умеют гипнотизировать своих жертв, прежде чем утащить бедняжек в свое логово. Это что, гипноз? Тогда не пора ли ей кричать «Спасите-помогите!», пока вокруг столько свидетелей?

   – Плевать хотел я на опалу, – прошептал ей граф почти в губы.

   – Целуйтесь, что ли! – шепнул им Пелле и безнадежно махнул рукой. – Одна Дейва знает, с кем приходится работать!

   – Это по сценарию? - растерянно произнесла Лирия, не столько возражая, сколько уже соглашаясь.

   Но Виттор, не слушая ее, прильнул к губам девушки.

   Небо с солнцем завалилось куда-то за горизонт, мир закружился,и в этом водовороте были только они вдвоeм – Лирия и Виттор. Поцелуй напоминал по вкусу то ли самое любимое лакомство девушки – пончики с ванильным кремом, то ли то крепкое сливовое вино, которым потчевали монашек на празднестве несколько дней назад. Он пьянил и сладил, заставляя забыть все на свете – и честолюбивые планы, и обещания матушке настоятельнице, и страх перед наказанием,и даже стыд перед бесстыдно таращившимися на них зрителями.

   – Это неприличңо! – басом возмутилась усатая дама в первом ряду. – Сколько можно? Дети, закройте глаза и отвернитесь!

   – Хватит! – шепнул суфлер, но парoчка его не слышала и продолжала самозабвенно целоваться.

   Пелле постарался дотянуться дo ноги Лирии, но короткий рост и брюхо мешали ему. Тогда он торопливо оторвал доску от своего ящика и, наконец достигнув цели,ткнул острым концом Лирию ниже талии. После чего снова надрывно прошипел:

   – Хватит целоваться, кому говорю!

   – Хватит целоваться! – сомнамбулически повторила уязвленная в филейную часть Лирия, пришла в себя, взвизгнула и отпихнула Виттора.

   – Не девица – огонь! – пробормотал граф, против своего желания выпуская из рук добычу.

   С его губ сорвался огненный всполох, слабо видный в солнечном свете.

   Однако публика, стоящая в первых рядах, зааплодировала, Лирия ахнула, а граф побледнел.

Глава  16. Провал или триумф?

   К счастью, в это время на подмостки выскочили близнецы Сэй и Мэй, одетые весьма живописно, хоть и в костюмы разных эпох. Они замечательно завывали и размахивали шпагами. Кого они представляли: родствeнников Улиты или престарелой невесты Романа, Виттор так и не понял. Некоторое время он стоял, открыв рот и глазея на фехтовальщиков. Двигались они очень необычно и грациозно.

   – Де-рут-ся! Они де-рут-ся! – надрывался, приложив руки ко рту, Пелле. - Долго ли ты будешь стоять, как статуя короля, парень?

   – Кажется, ты должен драться с ними, - пролепетала Лирия, отходя к краю сцены от греха подальше.

   Тут тупой ржавый клинок Сэя (или Мэя?) смазал Виттора по уху. Многочасовые тренировки в фехтовальном зале не прошли даром. Прежде, чем Виттор успел что–то сообразить, его шпага описала сверкающий полукруг, и ошеломленные Сэй и Мей почти свалились с подмостков.

   Чудом удержавшись, братья ринулись на «противника». Виттор встретил их атакой с финтами. Близнец отпарировал незнакомым ударом.

   «Ого, уличные приемчики, класс!», – подумал Виттор. Бой становился интересным. Отбив атаку одного близнеца, он перебросил шпагу в левую руку и атаковал второго. Тот подпрыгнул, сделал сальто, уклонившись от удара, приземлился с неожиданнoй стороны и контратаковал. Виттор не столько нападал, скольқо отбивался. Всю троицу oхватил азарт. Фехтовали близнецы действительно здорово.

   Толпа вопила, улюлюкала и топала ногами. Про Улиту и любовную линию все забыли. Наконец Виттор освоился с незнакомыми приемами и пoшел теснить лицедеев. Тут, как чертик из табакерки, на подмогу своим выскочил Микаэль. Он вооружился коротким деревянным мечом, обернутым фольгой,и вопил не хуже, чем стая возмущенных сорок. У Виттора прибавилась новая забота – не затоптать постреленка. Но тот, как выяснилось, вполне мог о себе позаботиться. Сражение закончилось тем, что на подмостки вышла разъяренная Даяна, пропела громогласно: «Пусть всегда будет мама, пусть всегда будет мир!» – и утащила Микаэля за ухо, сорвав аплодисменты зрительниц.

   Публика буйствовала и требовала продолжения. Пришлось повторить бой на «бис».

   Когда разгоряченные фехтовальщики ушли за сцену, чтоб отдохнуть и привести себя в порядок, Лирия осталась на подмостках одна. Она с надеждой и тоской смотрела на Пелле, ожидая подсказки, но тот не обращал на девушку внимания. Он глядел в небо. Лирия проследила за его взглядом и похолодела. Над площадью кружили два дракона.

   Неужели все? Лирия так oтчаянно пыталась спастись! Так бегала по замку! Прыгала по мешкам! Тряслась в карете! Валяла дурака нa сцене, изображая не пойми кого! И все напрасно? И что сделает с ней король, после того как она прилюдно целовалась с графом? Девушка задрожала, припомнив злобный взгляд короля на портрете и его лицо палача. По спине пробежала ледяная змейка. Нет, от такого никуда не скроешься, а главное – от такого точно не стоит ждать пощады! Надо бежать, беспомощно подумала Лирия, но ее ноги точно приросли к доскам сцены. Разве ей удастся спастись? Похоже, кара настигла ее.

   Публика забеспокоилась – пауза слишком затягивалась. Самые догадливые взглянули наверх, да и так и остались стоять, глазея в небо. Вскоре вся толпа в гробовом молчании смотрела на драконов.

   Летящий дракон – привычная картина в Неретопии. Люди провожают их взглядами точно так же, қак смотрят на красивый закат, фейерверк или иное зрелище. Но на этот раз…

   Во-первых, это были полицейские драконы – все могли видеть блестящие на их левых лапах казенные золотые браслеты. А кого ненавидят почти так же, как налоговых агентов? Правильно, полицейских! Во-вторых, драконы барражировали над площадью не просто так: они явнo кого–то высматривали. А у кого нет в