Катастрофа для ректора, или Я не хотела (СИ) - Ершова Светлана

– Катастрофа, ты бы хоть песни там пела, что ли, я уже раз пять собирался взломать эту чёртову дверь, чтобы убедиться, что не стал вдовцом! Ты же там три часа просидела!

– Вообще-то один! – выдохнула я возмущённо.

– Уверена?

– Я очень хорошо считаю до одного, господин ректор!

– Хм, а пора бы уже научиться хотя бы до десяти! – не менее язвительно отбил он мою реплику и утопал в освобождённое мной помещение.

– Хам, – прошипела я себе под нос и достала из сумки ночную рубашку, дабы пока его нет, приготовиться ко сну.

И кто мне скажет, почему я такая невезучая?! Нет, переодеться я успела и даже кровать расправила, когда появился супруг в намотанном на бёдра полотенце. Тут дело в другом!

Окинув взглядом мою целомудренную сорочку длиной до пят, муж лишь хмыкнул и, ничего не сказав, подошёл к шкафу, достал с полки трусы и, судя по всему, решив пожалеть мою психику, направился обратно в ванную. Я же всё это время стояла застывшим изваянием, во все глаза разглядывая перекатывающиеся под смуглой кожей мышцы.

Не то чтобы я раньше их не видела, так-то Люциус со дня нашего знакомства не очень-то скрывал от меня своё тело. Просто в приглушённом свете демон выглядел особенно порочно-притягательным. Широкий разворот плеч, мощные бицепсы, узкие бёдра, подтянутые ягодицы и длинные ноги с крепкими икрами. Закусив губу, я смотрела, как он поворачивается, демонстрируя вид спереди. Развитую мускулатуру грудных мышц и кубики пресса, за которые я зацепилась взглядом не в силах оторваться.

Поняв, что мужчина подошёл слишком близко, испугавшись, что он заметит моё повышенное к нему внимание, я резко отпрянула и... Запутавшись в длиннющем подоле собственной рубашки, полетела вперёд. В попытке удержаться на ногах ухватилась за первое, что попало под руки… и всё же приземлилась на колени перед мужем, ошарашенно смотрящим на несчастную ведьмочку, крепко сжимающую сорванное с него полотенце.

Взвизгнув, я отбросила в сторону проклятую тряпку и спрятала покрасневшее лицо в ладонях, затравленно пробубнив:

– Простите, я не хотела!

– Точно? Совсем-совсем не хотела, или планы по обнажению моего совершенного тела всё же присутствовали? – спросил он заинтересованно.

Поняв, что супруг не злится, я осторожно раздвинула пальцы, чтобы проверить, что происходит.

– Не стесняйся, можешь всё внимательно изучить, я не против! – прокомментировал он тут же мои действия.

Молниеносно вернув пальцы на место, я плаксиво попросила:

– Оденьтесь, пожалуйста! – Боже, за что мне это, я сейчас со стыда сгорю.

– Ну не знаю, ты так старалась, целый план разработала, чтобы полюбоваться на меня нагишом, а мне сейчас взять и всё спрятать? Вдруг ты обидишься? – откровенно развлекалась эта сволочь.

– Прошу вас! – повторила, отчаянно стараясь не разрыдаться.

– Тебя!

– Что?

– Пока не услышу «Прошу, тебя!» – буду ходить голым! – ууу, шантажист!

– Люц, прошу тебя, оденься! – послушно приняла я его условие.

Запястья обхватили горячие пальцы, убирая мои ладони от лица. Во избежание бесстыдного изучения «не фонарика» я зажмурилась.

– Кат, посмотри на меня, – позвал муж, вынуждая приоткрыть один глаз.

Наткнувшись на мягкую улыбку сидящего передо мной на корточках демона, открыла и второй. Осознав, что ничего мне демонстрировать не собираются, так как главная деталь мужского организма спрятана в трусах, я облегчённо выдохнула.

– Я сразу выполнил твою просьбу, но всё равно рад, что мы всё же перешли на «ты»! Вставай с пола, малышка, простудишься. И ещё, ты обещала дать мне почитать одну интересную книжку!

– Сейчас, – ответила, очарованная его близостью и ласковым шёпотом, и так и не сдвинулась с места.

– Лени, книжка! – напомнил демон вкрадчиво, заметив, что я и не думаю вставать.

– Ой, – вскрикнула и вскочила, устремляясь к своей сумке.

Вот я же знала, что нельзя давать ему в руки этот проклятый свод правил! Разведя огонь в камине и расположившись возле него в удобном кресле, Люциус загибался от хохота, изредка комментируя прочитанное.

– В каком смысле «случайно испытанное удовольствие»? То есть мужчина старался, а все его заслуги списали на случайность и молиться ушли? Кат, а вот пять раз прочитать молитву – это за любое удовольствие? Или есть разница между лёгкими постанываниями и криками «О, да, Люциус, ты мой Бог»?

Забравшись на кровать и натянув до подбородка одеяло, я, нахохлившись, никак не реагировала на его вопросы. Правда, он ответов и не ждал.

– А вот эти: «Никогда не перечить», «Выполнять все требования мужа», «Ежедневно делать супругу расслабляющий массаж» – на мой взгляд, очень хорошие правила!

– Отдавать супружеский долг в кромешной темноте, не издавая никаких звуков! Никогда полностью не обнажаться перед мужчиной! Хм, а как же секс? А, вот! Приподнимать подол ночной сорочки до талии! Таак, если учесть, что это безразмерный балахон длиной до пят, то что потом с этим молчащим коконом делать? Да ещё и в темноте? Так ведь и промахнуться недолго и отлюбить подушку!

Перелистнув очередную страницу, Люциус резко перестал веселиться и озадаченно нахмурил брови. После перевёл на меня задумчивый взгляд, встал, бросил книгу в камин и направился ко мне. Подойдя, откинул одеяло и, перекинув колено через мои бёдра, присел на ноги. Глядя в полыхающие злобой глаза нависшего надо мной демона, я испуганно замерла, не зная, что меня ждёт дальше. Заметив блеснувшие красными отблесками от пламени камина пятнадцатисантиметровые когти, отросшие на руках мужа, я зажмурилась, прощаясь с жизнью.

Глава 24

Селения

Сердце, бьющееся с бешеной скоростью от затопившего его страха, резко замерло, когда к моей шее прикоснулись холодные кончики острых когтей. Мягко скользнув по коже вниз, не оставляя после себя даже царапин, они подхватили ткань ночной рубашки, с треском её распарывая.

Поняла, что никто не причиняет мне боли, и моё бедное сердечко снова ожило и застучало ровно. Осторожно приоткрыв глаза, я, боясь дышать, посмотрела на сосредоточенного демона, добравшегося своими когтями уже до эластичного бинта. Он порвался уже без треска, с каким-то тихим щелчком освободив мою грудь, отпуская её на волю и позволяя мне наполнить лёгкие воздухом.

Втянув свои «ноготочки», Люциус обхватил добытые из плена полушария ладонями и мягко их помассировал, вызывая волну удовольствия и лёгкое покалывание от прилившей в ранее пережатые мышцы крови.

– Маленькие мои, как же не повезло-то вам с такой дурной хозяйкой, – пробормотал он, зачарованно глядя на ласкаемую часть моего тела, вынуждая меня залиться краской смущения.

Не из-за того что дурная, а потому что муж смотрит на то, чего я ранее никому не показывала. Медленно склонившись, он начал покрывать лёгкими поцелуями глубокие следы от бинта, оставшиеся на коже.

– Что ты делаешь? – прошептала я чуть слышно, не отрывая глаз от потолка, чувствуя, что сейчас сгорю от стыда и… наслаждения, дрожью расходящегося по телу.

– Уйди, мы с тобой не разговариваем! – буркнул он в ответ, не прерывая нежные ласки.

Я даже про стыд забыла, переведя на супруга изумлённый взгляд.

– И как ты себе это представляешь? Вряд ли у меня получится оставить вас наедине!

– Тогда лежи молча и не лезь в наши дела! – бросили мне раздражённо и тут же перешли на успокаивающий шёпот: – Не бойтесь, мои сладкие, я больше не дам вас в обиду этой страшной девушке! Хотите, я, хоть и не бью женщин, ради вас её по попе отшлёпаю?

Эта бредовая ситуация вызвала у меня нервный смешок! Согласитесь, странно, когда ваш муж строит против вас заговор с вашей же грудью?

– А попа-то тут при чём? – не смогла я удержаться от вопроса.

– Что-то к ней ты относилась со всей любовью! И в кружева одевала, и воздухом подышать позволяла, вон как на метле ею светила! А несчастных малышек бинтом передавила, не давая ни белого света, ни отдыха! А у нас равноправие: теперь они будут красиво одеваться и получать ежедневные ласки, а она – подвергаться наказаниям, тоже ежедневно!