Василий Жеглов - Гном в тылу

— А по мне так ты ещё о-го-го! — хохотнул шеф и хлопнул своего подчиненного по заду.

Картус довольно пискнул:

— Ох, и тяжелая у вас рука, шеф!

— Ты ещё не знаешь, на что способны мои руки, поверь мне, крошка! — прогудел старик, довольный своей выходкой. — Ладно, как говорится — забурить мы всегда успеем! Давай садись, есть серьёзный разговор, — он сделал приглашающий жест, и добавил одобрительно, — миленький колпак.

— Спасибо, — опять смутился Картус. — У меня в гардеробе ещё несколько таких, хотите подарю?

— Я смотрю, ты тоже не прочь пошастать по левым туннелям? — прищурился Поссумус. — У тебя ж ещё медовый век не закончился!

Картус растерялся:

— Я не… Шеф, вы меня не так поняли… Я вовсе…

— Ладно, расслабь свои половинки! Я пошутил! — подмигнул шеф. — Сам в молодости бурил налево так, что стены дрожали! — самодовольно произнес он. — Как там твоего младшего кличут?

— Скимус…

— Симпатичный?

— Очень! — честно признался Картус.

— Так-так…, - протянул Поссумус и начал барабанить пальцами по столу.

Картус заёрзал.

— Наверно уже о малыше думали…, - полувопросительным тоном произнёс начальник.

Картус едва не вскочил:

— Да-да, мы уже пятьдесят семь лет стоим в очереди. У нас и справки все собраны, и разрешение голубого патруля мы каждый год продлеваем.

— Знаю-знаю, — замахал руками шеф. — Не сомневаюсь, что с бумагами и характеристиками у тебя полный порядок.

Он помолчал.

— Ты конечно, Картус, во всех смыслах положительный гном. И спарку завел вовремя: когда прочно встал на ноги… И план выполняешь, и в архивах патруля значишься, как истинный приверженец голубой морали… Но, понимаешь ли…, - Поссумус печально взглянул на подчиненного, — слишком много гномов хотят завести малыша, а очередь движется медленно. Эти…, - он поморщился и через силу выплюнул неприятное для себя слово, — …женщины, не могут производить малышей быстрее, чем за девять рабочих циклов. Да ещё, то и дело выдают брак. Так что — сам понимаешь, — он развёл руками. — Раньше чем через триста лет тебе ничего не светит. Я, конечно, понимаю, что это безрадостно, но что поделаешь? В прошлом очередь двигалась ещё медленнее. Это сейчас перешли на искусственное оплодотворение, а раньше каждый гном, желающий завести малыша, должен был самостоятельно…

— Не может быть!! — Картуса чуть не вырвало.

— Да-да! Именно так и было. Представляешь, на какие жертвы шли наши предки? Говорят, у некоторых гномов после этого психика не выдерживала, и они заканчивали свою жизнь в "весёлой пещере". Так и хихикали там до самой смерти.

— И ничего нельзя сделать? — тоскливо произнёс Картус.

— Ну… Есть один способ…, - многозначительно произнёс шеф.

Гном подобрался. Картус, конечно, слышал о том, что Большой Бур пропустил через себя чуть ли не всё западное полукольцо, но вот чтобы так откровенно использовать своё служебное положение?

— Ха! Да ты шалунишка! — воскликнул шеф. — Ишь, о чём подумал! Запомни! Поссумус никогда не бурил по сухому! Наоборот! Это ко мне желающие в очередь выстраивались, — он наставительно воздел палец. — Нет, таким манером продвинуться в очереди на малыша невозможно. Однако, один способ всё-таки есть… — Он немного помолчал и продолжил. — Как ты наверно слышал, гномы, удостоенные звания Героя, обладают рядом льгот, в том числе и внеочередным правом на малыша.

— Но я же не Герой, — уныло пробормотал Картус.

— Но ты можешь им стать! — торжествующе воскликнул Большой Бур.

Картус непонимающе посмотрел на шефа.

— Для этого тебе всего-то надо отправится в коротенькую командировку. Годика, я так полагаю, на три-четыре… Вылезешь… Развеешься…

— Куда вылезешь? — опять не понял Картус.

Шеф ткнул пальцем в потолок.

— НАВЕРХ?!

— А чего ты взвился, словно девственник, который в первый раз бур увидел? — невозмутимо спросил начальник. — Ну, наверх. Что здесь такого?

— Но там же… там же…, - Картус зашёлся в кашле. Наконец, он смог прокашляться и закончил фразу. — …Гномофобы!

— Во-первых, не ГНОМОфобы, а ГОМОфобы! — поправил Большой Бур, подавая ему стакан с водой. — Как ни дико это звучит, но разница в этих понятиях всё же существует. Потом, в ходе инструктажа, я тебе её разъясню. А во-вторых, у нас просто нет другого выхода, как отправить наверх кого-нибудь из своих.

Картус сделал несколько судорожных глотков, отбивая зубами отчаянную дробь о край стакана. Несколько капель упало на его бороду, и вплетенные в неё оранжевые ленточки намокли. Он поставил стакан на стол и выдавил:

— Но почему я? Есть же "Лиловые колпаки"! Эти громилы…

— Спецназ занят, — оборвал его шеф. — Они сейчас работают в южном секторе. Кроме того, за последнее время они понесли серьёзные потери, и их профсоюз требует увеличения сроков реабилитации. Мы просто вынуждены справляться своими силами. — Поссумус вскочил и стал бегать по кабинету. — У меня план на шее висит!! А топливо на исходе! Следующую поставку обещают не раньше, чем через шестьдесят лет! Ты хочешь, чтобы у нас встала вся техника?!

— Но причем здесь топливо? — Картус совсем запутался.

Большой Бур подошёл и ласково обнял его:

— Наше топливо — дерьмо! — пропел он.

— Совершенно верно, шеф! Полное дерьмо! Последняя поставка вообще…

— Ты меня не понял, — прервал его шеф. — Наше новое, высокотехнологичное, экологически чистое топливо — это дерьмо! — Он снова ткнул пальцем в потолок. — Оттуда! Понимаешь?

У Картуса отвисла челюсть.

— Я тебе сейчас всё объясню. Дело в том, что наши химики не синтезировали новый вид топлива, как это было объявлено. Они просто нашли элемент, который сделал переворот в современной технике. Этот элемент — дерьмо с поверхности. Точнее даже не дерьмо, а по научному — навоз. Это то же самое, только его производят такие огромные звери — лошади. Видел их в кино?

— Видел! — передёрнулся Картус. — Но я думал, что это спецэффекты. Эти киношники ещё не такое могут выдумать…

— Действительность иногда превосходит самые смелые фантазии, — философски заметил шеф. — Вся беда в том, что синтезировать этот продукт невозможно. Во всяком случае, не в ближайшее тысячелетие. А разводить этих зверей здесь — невыгодно: с учетом стоимости их кормежки топливо становится нерентабельным. К тому же, эти лошади дохнут под землёй как лошади. Фу ты, уже заговариваться начал! Так что, придется тебе…

Картус отчаянно замотал головой:

— И не уговаривайте, шеф! Не пойду! Ни за что не пойду! Я не самоубийца! Я же смотрю видео! Если всё, что там показывают, правда — то это просто дикий ужас! Один этот сексуальный маньяк чего стоит! Как его там? Белая Пурга?