Добрый Лич - Власть триединства

Старший натянул поводья и, морщась от боли, осмотрел деревню. Сегодняшняя ночь преподносила ему одни только неприятные сюрпризы — их банда больше не существовала, причем, ему собственноручно пришлось прикончить двоих бывших товарищей, позарившихся на общую добычу, на хвосте у них с братом сидели гвардейцы, а чуть ниже лопатки у него кровоточила глубокая рана от удара копьем… Поэтому, деревню, внезапно появившуюся у них на пути, старший воспринимал не иначе, как новую напасть.

— Гха… — сквозь зубы процедил разбойник и покрепче сжал в ладонях поводья.

— Как ты, брат? — обеспокоено спросил подъехавший младший.

— Не очень… — стараясь бороться с накатывающей волнами слабостью, просипел мужчина. Кровь все не останавливалась, угрожая в ближайшие пол часа свести его в могилу, но и времени, чтобы перевязать рану у них не было. Страх перед мечами и копьями гвардейцев гнал вперед.

— Нужно остановиться и перевязать твою рану!

— Ты спятил? Остановимся, и нас разорвут проклятые гончие!

— Лошади скоро падут, как ты тогда думаешь бежать дальше? На своих двух, истекая кровью?! Или на моей спине?! — скрипнув зубами, возразил младший. — Если так, знай — что я скорее потащу тебя, чем золото! Но никак не смогу утащить и то и другое! Поморщившись, старший задумался. На месте брата, ему подобный выбор дался бы много сложнее и не факт, что он выбрал бы так же. Разбойник всегда следовал простой истине, что золото и власть — единственная ценность в этом мире.

— Ладно. — сглотнув, согласился старший. — Остановимся в том доме, ты меня подлатаешь, и потом мы уберемся отсюда… Младший бросил взгляд на стоящий наособицу от остальных каменный дом. В его окнах не горел свет, двор был обнесен высоким забором, но не охранялся обычными для этих мест сторожевыми псами… Есть шанс, что он и вовсе пустует. А если нет — жильцы не успеют поднять шум, их удастся быстро связать, закончить свои дела и так же быстро уйти. Молча кивнув, мужчина ударил лошадь по боку и направил ее к примеченному братом дому. Кашлянув, старший последовал за ним.

Рассеяно осматриваясь по сторонам, священник добрел до своего дома. Толкнув ладонью высокую калитку в воротах, украшенную священным символом Всевышнего, шагнул во двор и…

— Не смей открывать рот. — напряженно промолвил голос слева, после того, как в шею уперлось острие арбалетного болта. — Закричишь — ты покойник.

— Затаскивай его внутрь… — хрипло отозвался человек, затаившийся за открывающейся внутрь калиткой. Разбойник повесил на плечо арбалет и, выхватив из ножен на поясе охотничий нож, приставил его к боку священника. Несмотря на объявший парня страх, тот сразу понял, что делать и отошел от калитки. Второй мужчина закрыл вход во двор и, облокотившись о стену, замер, тяжело дыша. Оба разбойника прищурились, рассматривая хозяина дома.

— У меня нет ничего ценного, кроме священных книг, но вам они без надобности. — пытаясь унять ни с того ни сего дрогнувший голос, заговорил священник.

— Это же священник… — упавшим голосом сообщил разбойник с ножом.

— Ай ты, отродье Бездны… — в сердцах ругнулся старший из мужчин, наконец-то рассмотрев слугу Всевышнего. Разбойник, удерживающий у бока священника нож, замялся и отвел оружие немного в сторону, чтобы случайно не пырнуть его. Парень обратил внимание на то, что во дворе топчется пара лошадей, нагруженных тяжелыми сумками. Подумав, он перевел взгляд на старшего из мужчин и заметил стекающую по его руке кровь.

— Я могу помочь вам. — стараясь говорить ровным, успокаивающим голосом, как их учили в семинарии, предложил священник.

— Спасибо, но отпускать грехи я еще не готов, как и держать последний ответ перед Всевышним… — болезненно улыбнулся старший. — Пошел он, твой Всевышний…

— Вот так вот просто? Поможешь бандитам? — недоверчиво и порядком нервничая, уточнил младший. — А как же заповеди? Не попробуешь поднять шум и остановить нас?

— Не думаю, что в этой ситуации будет разумным звать на помощь или пытаться вас задержать. — скосив взгляд на сверкнувшее в алом свете кометы лезвие ножа, заметил священник. — Я слуга Всевышнего, а он завещал помогать всем нуждающимся…

— Лучше бы так оно и было. — вздохнув, ответил младший. — Брат?

— Демоны с ним, пошли… — тяжело дыша, ответил старший.

— Открывайте дом и растапливайте очаг, отче. Нам понадобиться горячая вода, и чистые тряпки. — спрятав нож и закинув руку брата на плечо, обратился к священнику разбойник. — И лучше бы вам не забывать о своих словах.

— Иначе рискуете отправиться на встречу со Всевышним намного раньше срока… — мрачно пригрозил старший.

— Я держу свое слово. — кивнул священник и зашагал к крыльцу. Несмотря на страх, захлестнувший его в первый момент, теперь он был полностью спокоен. Эти люди пришли не за его жизнью, не за его добром — они пришли за помощью и только. Пусть с оружием в руках, пусть нарушив заповеди где-то в другом месте, но не ему судить их за это. Судить — дело Всевышнего и помазанных Им князей. А его долг — помогать и наставлять на путь истинный.

Время приближалось к полуночи. Младший из братьев-разбойников осторожно отодвинул занавеску и выглянул в окно. Взгляд его метнулся к опушке леса, откуда к поселку вилась пыльная дорога, но и в этот раз ему не удалось различить несущихся по их следу гвардейцев. Видимо, солдаты князя вместе с гончими и, правда, отстали. Облегченно выдохнув, мужчина осторожно приоткрыл окно и прислушался. На улице царила оглушающая тишина. Дворовые псы, вяло залаявшие, когда они подбиралась к дому священника, замолкли. Сверчки, летучие мыши, даже играющий в ветвях деревьев и скосах крыш ветерок затих. Это было как минимум странно, но чего только не бывает в этой проклятой глуши, когда до ближайшего города не меньше дня пути…

— Позволь узнать, кто гонится за вами? — обратился к мужчине молодой священник. Обернувшись, разбойник посмотрел на хозяина дома — невысокого, светловолосого парня в светлой рясе, перетянутой простым поясом. Этот человек оказался добр к ним — он помог обработать раны брата, перевязал их и даже выставил на стол небогатое угощение. Кроме прочего, священник не осуждал их поступков и со смирением сносил брюзжащего и бранящегося старшего. Если вспомнить о том, кто они — более чем достойное поведение для слуги Всевышнего из затерявшегося среди лесов поселка. Сам же младший не был особенно религиозным человеком, но и не относился к церкви Всевышнего наплевательски, как старший брат. Разбойник верил во Всевышнего и даже следовал его заповедям, ровно до того самого момента, когда князь забрал у него землю, дом и жену. Забрал все, что имело для мужчины ценность, превратив в беглого преступника. Теперь же осталась только вера — тлеющие в глубине души угли, да и только. Нельзя следовать заповедям бога, который слеп и глух к несправедливости, что твориться на земле. Всевышний есть, но он далеко, а голодная смерть — вот она, прямо перед тобой. Выбор прост, когда попадаешь в подобную ситуацию.