Литунина Владимировна - Доброе. Светлое

– Да.

– И… – папа выдержал положенную паузу, – Тебе нравится такое отсутствие ответственности?..

Ла-а-адненько, давайте разбираться…

– Пап, я не кронпринц. Я Второй Сын Солнца. Только и всего. Когда Гет взойдет на трон, – а это будет ой как не скоро! – я стану при нем Рыцарем Света – так же, как он сейчас при тебе. И моей единственной обязанностью будет обеспечение безопасности – его и его семьи. Все. Так что в будущем у меня будет одна – всего одна ! – но крупная обязанность: следить, чтобы Гет с потомками торжественно скончались от старости, а не от кинжала в спине… – а что? Между прочим, так оно и есть. И ничего чудовищного в рассуждениях о смерти брата я не вижу. Это моя будущая работа, – Так что можешь считать, что сейчас я, во-первых, наслаждаюсь свободой, которой потом у меня не будет, а во-вторых, морально готовлюсь к принятию сей должности! – я скрестил руки на груди и откинулся в кресле.

А родители снова переглянулись, после чего мама почти несчастным тоном поинтересовалась:

– То есть ты хочешь сказать, что твоя нынешняя жизнь тебя устраивает?

– Давайте начистоту и перестанем тянуть шахура за яй… – косой взгляд на маму… ф-фу, не услышала, пронесло, – …хвост. Куда вы решили меня припахать?

– Тин! Что за язык! – мгновенно возмутилась мама, – Годлар, откуда он понабрался этих слов?!

«В конюшне помогал», чуть не ляпнул я, но вовремя прикусил язык – не буду конюхов выдавать. Спросят – отвечу, а самому под веник лезть нечего…

– А почему сразу «Годлар»? Я при детях не ругаюсь…

– Па-ап… – влез я, прерывая дискуссию. Так, глаза в пол, весь такой скромный, а то еще жахнут какой-нибудь дрянью в воспитательных целях, чтобы в разговоры взрослых не лез, – Я вопрос задал… Могу я получить на него ответ, пожалуйста?

Родители тут же успокоились, хотя по маминому взгляду можно было понять, что после моего ухода она вытянет из папы все-все нехорошие слова, которые он произносил в нашем с Гетом присутствии. Таких было немало, но, должен признаться, конкретно от папы я ничего нового не узнал.

– Мы с твоей мамой тут подумали… – еще один тревожный признак… – И решили, что ты уже достаточно взрослый, чтобы жениться.

Грома нет? Эй, почему грома нет? Молний? Хотя б дождика?.. Пока я мысленно решал, грохнуться мне в обморок или стоически терпеть, папа быстро продолжил, пока я еще был относительно вменяем и адекватен:

– Мы нашли тебе невесту, ее отец не против, она тоже.

Вот меня сейчас, разумеется, больше всего волнует, против моя дохрова нареченная или нет! А меня спросить типа забыли?

– А… Эээ… А с какого перепугу вы решили меня женить? Мне и так неплохо живется. – пытаюсь говорить спокойно, но голос норовит выдать петуха.

– Тинар, – мама пришла на помощь отцу, – Свадьба – хороший способ укрепить отношения с соседями. Кроме того, выдав своего сына за дочь правителя одного из приграничных государств, мы тем самым окажем ему поддержку и выразим свое расположение. И ты должен привыкать к ответственности. К тому же ты обязан выбрать себе невесту до сорока пяти лет, а тебе уже двадцать три!

Угу, а еще это неплохой товарообмен. Значит, я взрослый? Вот как «мам, пап, я в город смотаюсь?», так сразу начинается: «Тин, возьми свиту. Нет, без свиты нельзя, тебе еще рано. Ой, да сейчас все заняты, у Гета собрание, пусть мальчик учится. Тин, прости, в другой раз…»; а как жениться – так «тебе уже двадцать три, ты взрослый»! До сорока пяти у меня есть еще целых двадцать два долгих года, на которые я имею, вообще-то, большие планы, не включающие возню с новоявленной женушкой.

– Тин, мы бы хотели узнать твое мнение. – и папа взглянул на меня чуть исподлобья. Лорд Света высокий, величественный… Прибавьте к этому гладкую копну зачесанных назад черных волос, узкое породистое лицо и холодные серые глаза – и вы поймете, почему такой его взгляд действует на подданных потрясающе – споры сразу прекращаются, проблемы решаются, сделки заключаются, приказы принимаются, и все без единого слова поперек. Вот только я привычный. И сам иногда подобный взгляд копирую. Так что у меня, можно сказать, иммунитет. Да и не испытываю я перед папой такого трепета, как его вассалы…

Посему я упрямо вздернул подбородок:

– Я против.

Родители переглянулись, и папа осторожно заметил:

– Но ты даже не знаешь, кто она…

– Вот именно!

– Тин!

– Ладно, и кто?

Папа довольно усмехнулся:

– Сама принцесса Деяра Подлунная.

Ой-ей! А вот теперь пора в обморок…

– Сынок, королевству необходим твой брак с ней. Ты сам знаешь, какие шаткие отношения у нас с Подлунными Землями. Если ты возьмешь ее в жены, между нашими государствами будет заключен кровный союз. Учитывая положение на границе, это необходимо.

– Но… Па… Она же… Она же полуночница!

– И что? – Боги, какое искреннее удивление на лице! Публика плачет!

– Ммм… Прости, па, я думал, что ты знаешь… Я вообще-то сумеречный эльф!

– И что? – папа по-прежнему не видел никаких препятствий для такого союза.

Горт син, ничего! Называется, скрестили выхухоль с ежом…

– Как бы тебе объяснить пап… Знаешь, полуночные эльфы… Они такие, очень необычные существа… И как только они видят сумеречника – ну, то есть кого-то вроде меня, – у них от счастья крышу сносит, причем настолько, что живым от них уже вряд ли уйдешь…

– Тин! Перестань разговаривать со мной как с идиотом! – папа подпустил в голос угрожающие нотки. Вроде никаких вспышек ярости, никакого огня в глазах, который так любят упоминать поэты, никаких сжатых кулаков, но сразу становится ясно: Его Величество Лорд Света изволят гневаться.

– Тогда перестань вести себя как… – упс! Кажется, я перегнул палку…

– Ты женишься!!!

– Да дохра с два!

– Но, милый… – мама помялась, – Мы уже дали свое согласие…

Волше-е-ебно… А какого шахура меня тогда спрашивают?..

– Ну а я своего не давал. – я раздраженно отвернулся.

– Мы уже все обговорили!

– Да я лучше мохнатку поцелую!

– Тинар ас'Геллиаль Дир'ван'Дек, ты женишься через три месяца! – Лорд Света во гневе. Картина страшная в своем спокойствии. Так природа замирает перед ураганом. Во взгляде невозможно ничего прочитать, только глаза приобрели пронзительный стальной оттенок – верный признак сдерживаемой ярости. По-хорошему, сейчас надо извиниться, заискивающе посмотреть снизу вверх на папу, шаркнуть ножкой и дать «добро» на шахурову свадьбу… Но, дохр побери все на свете, принц я или нет, пусть даже и ненаследный?!

– А если я не дам своего согласия? – запальчиво спросил я. В конце концов, последнее слово все равно за мной – мне же, а не родителям, говорить сакраментальное «да» у алтаря.