Елизавета Иващук - Радость отцовская

Я ударила дом. Дерево снесло крышу, отправив ее в полет. Внутри никого не было. Я ударила еще раз, разбивая дом на части. Сначала стоит сломать дома и напугать эльфов… А потом убьем их всех, как обычно…

Дома разлетались на части, а эльфы смешно суетились. Но мы пока что убили только тех, кто был внутри. А оставшиеся боялись. Я видела страх. Его тоже можно использовать, как магию, хотя он ей и не является. Но сейчас это не требуется. Совсем.

Домов больше не осталось. Мы с отцом переглянулись и обменялись улыбками. Наверное, почти одинаковыми. Хорошо, что мы так похожи.

Первую жертву мы выбрали одновременно, хотя и не сговаривались. Эльфа, пытавшегося скоординировать действия сородичей, просто размазало между стволами деревьев. Красиво получилось, и пахло вкусно. Хотя есть это я бы не стала, слишком негигиенично. Остальных мы убили достаточно быстро, и некоторые даже почти не пострадали.

— А давай теперь устроим привал. Я даже проголодалась немного, а они вкусно пахнут… — Я кивнула в сторону эльфов, хотя и так было ясно, кто тут пахнет. И чем.

— Сама выберешь эльфа или поручишь это мне?

— Я сама. Ты же не зря учил меня разбираться в мясе? — Я начала внимательно осматривать покойников. Слишком расплющенный… Слишком тощий… Слишком старый — красивый, но мясо жесткое… Слишком безголовый… А, вот этот, наверное, очень вкусный. Хотя эльфы все такие. Я читала в книгах, что это из-за того, что они травоядные. Хищники не такие вкусные, но они почти все наши союзники… Может быть, именно по этому признаку и выбирают союзников? С травоядными нельзя по-настоящему сотрудничать, кто же дружит с едой. Не мы, во всяком случае. Такая дружба продлится только до тех пор, пока хищник не проголодается, и все это понимают.

— Давай съедим этого… — Я указала на аппетитного эльфа.

— Выглядит неплохо. Я прикажу забрать остальных.

— Он и пахнет очень вкусно… — Я еще раз принюхалась. Нет, в плане запаха эльфы определенно лучше людей. От тех вечно воняет… Хотя лучше всех в этом смысле феи. Из них получается такое варенье… И конфеты… Они по вкусу и запаху совсем не напоминают мясо. Я даже не знаю, на что они похожи. И все равно очень их люблю. Но шашлык из феи не сделать. А вот из эльфа — легко. Опыт уже есть.

— Замечталась? Пойдем готовить. И можешь перейти в обычную плоскость. Нужно уметь действовать и на ней… — Я кивнула и вышла из плоскости заклятий. Отец был виден — видимо, он сделал это раньше. Я пропустила переход, но его все равно почти невозможно заметить из плоскости заклятий.

Эльф был оттащен за пределы поселения. Место для готовки отец выжег — получился ровный оплавленный круг, мгновенно остывший. Если бы я была чистокровным человеком, большая часть эльфа не пригодилась бы. Но я полукровка, и больше похожа на отца, чем на мать. Пол-эльфа съесть просто… И очень полезно для растущего организма.

Мы начали привычно разделывать тушу. Такое случалось часто, и процесс мне нравился. Почти так же весело, как убивать.

Когда эльф был разделен на части, а они нанизаны на ветки, отец зажег огонь. Можно было бы приготовить все очень быстро, но зачем? Так интереснее.

— Церелис, ты помнишь, что вскоре после дня рождения тебе придется отправиться в школу? — Я вздохнула. Настроение сразу испортилось. Да и отцу неприятно было об этом говорить… Я видела его эмоции. Знала, что он любит меня, и не хочет отправлять почти одну в чужие руки. Я сама тоже этого не хотела. Но знала, что условие нельзя нарушать. Отец был вынужден дать клятву — он воспитывает меня до десяти лет, а потом на пять лет меня забирают на родину матери и отдают в школу. Слишком сильная и связь существует между человеческими ведьмами и их детьми, ничто не в силах защитить меня от матери — кроме договора. Ее семья не пожелала отдать меня, просто дав клятву не причинять вреда.

После пяти лет в школе я смогу сама сделать выбор, хотя для меня он и так очевиден. Мать — человек, и враг — а ее государство тоже принадлежит врагам. Пусть сейчас официально мир… И я должна учится среди врагов пять лет. Да чему они могут меня научить, умирать? Отец не совсем со мной согласен, но тоже считает, что он способен обучить меня лучше, чем кто-либо другой.

Мне страшно даже представить, какими будут эти пять лет. Я стараюсь не вспоминать о будущем, но отец часто напоминает. Он прав — я должна быть готова к жизни среди врагов. Иначе что со мной будет?

— Помню. Я помню, и как вести себя. — Пять лет без отца… Никто не будет заботиться обо мне и даже убивать не таясь не позволят. Никто не будет меня любить… Как же я не хочу этого…

— Есть еще одна вещь. Раньше я не говорил тебе — не знал, возможно ли подобное. Но теперь — знаю. Мы сможем общаться во сне. Тебе нужно будет просто заснуть, искренне желая меня увидеть. Если я буду тоже спать в это время, и тоже думать о тебе, мы встретимся. А я буду поступать именно так. — Значит, я буду не совсем одна… Хорошо. Так легче.

— Я запомню. Только давай пока не говорить об этом. Я не хочу думать о таких вещах. — Мясо было уже почти готово, и я предпочитала сосредоточиться на нем.

— Сегодня — не будем. Но пять лет — не так много. Главное, не позволяй изменить себя. Тогда все будет хорошо.

— Я знаю. А эльф готов. — Я занялась едой. Хорошо, что я могу съесть больше, чем вешу сама, это значит, что я здорова и совсем не похожа на человека. Ну, кроме внешности. Когда светло, она совсем как у людей — если не считать клыков и языка, но их не видно. Зато в темноте глаза и волосы становятся красными, как у отца… Тогда они нравятся мне гораздо больше.

— Готов. — У отца тоже хороший аппетит… Хотя к растущим организмам он уже давно не относится. Вдвоем мы быстро уничтожили останки эльфа — только кости есть не стали, они слишком твердые. Вот фей можно есть целиком… Кости тонкие, и вполне годятся в пищу. Они очень аппетитно хрустят на зубах. А в школе нельзя будет есть ни фей, ни эльфов… Но это еще не страшно, возьму с собой запас на пять лет.

Я облизала последнюю кость и аккуратно положила ее на землю. Слуги уже собирали оставшиеся в деревне трупы. Глупо не воспользоваться случаем и не пополнить наши запасы. Конечно, их и так может хватить на несколько тысяч лет… Но отец говорит, что когда хранишь продукты в бесконечности, их много не бывает. Я тоже так считаю. В конце концов, мы собираемся жить вечно, и имеем неплохие шансы, как и все сильные демоны с родственниками. Если я переживу школу. Ладно, нужно не думать об этом. Зачем раньше времени грустить? Все равно ничего не изменить. Иначе отец это уже сделал бы, я знаю.

— Я собираюсь купить раба. Ты отправишься со мной? — Отец уже давно искал подходящего раба для меня. Но пока такого не нашлось… А для хозяйственных работ он предпочитает големов. Но мне они не подойдут, слишком глупые.